Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дмитрий Травин: "Та корпорация, которая находится у власти, стремится ее сохранить на максимально длительный срок"


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Андрей Шарый.



Андрей Шароградский: Многие политические эксперты пакет инициатив Дмитрия Медведева рассматривают как знак грядущих изменений в российской политической системе, другие уверены, что именно экономические проблемы будут диктовать в России развитие политических процессов. Мой коллега Андрей Шарый побеседовал о политической стратегии Кремля с известным петербургским экспертом, заместителем главного редактора газеты "Дело" Дмитрием Травиным.



Андрей Шарый: По сумме инициатив, которые в последние дни анализируют политологи и журналисты, у некоторых ваших коллег создается впечатление, что сейчас можно судить о политическом курсе с большей определенностью Медведева-Путина. Так ли это, на ваш взгляд?



Дмитрий Травин: Если говорить об увеличении срока полномочий, в принципе, я бы не сказал, что это существенный отход от демократизации. Демократизации у нас и так было мало. В принципе, президенту нетрудно было лишний раз организовать выборы, для того чтобы переизбраться либо поставить своего преемника, как было с Медведевым. Мне кажется, что продолжается достаточно жесткий и недемократический курс, который и был.



Андрей Шарый: А понятно, куда дрейфует политическая система российская?



Дмитрий Травин: Она начала дрейфовать еще на первом сроке пребывания Путина у власти. Та корпорация, которая находится у власти, стремится ее сохранить на максимально длительный срок. Все политические преобразования последнего времени именно на это были намечены. Однако мне кажется, что вне зависимости от того, куда эта система дрейфует, она будет все более подвергаться расколу, особенно в условиях того экономического кризиса, который сейчас начался. У разных элементов этой системы, у разных, как говорят, башен Кремля будут свои рецепты выхода из кризиса, и мы почувствуем эти расхождения.



Андрей Шарый: А Путин и Медведев сидят в одной башне?



Дмитрий Травин: Я бы сказал так, что Путин сидит на колокольне Ивана Великого, а все остальные - в башнях. То есть Путин над ними, и с Путиным пока никто конфликтовать не может. В крайнем случае, может попытаться объяснить свою позицию и добиться какого-то иного решения. В этом смысле президент страны не намного более влиятелен, чем господин Сечин, скажем, или в экономике господин Кудрин, к которому Путин прислушивается. Напряженность постепенно будет возрастать. Скажем, уже сейчас некоторые аналитики заметили, что Медведев использует слово "кризис", а Путин его не использует. Если позиции Путина начнут ослабевать, тогда, возможно, конфликтность начнет усиливаться гораздо быстрее.



Андрей Шарый: У вас есть впечатление, что Медведев за те месяцы, которые он провел на посту главы государства, стал более самостоятельным политиком? Или он по-прежнему в глубокой тени Путина?



Дмитрий Травин: Он не стал более самостоятельным политиком. Он стал себя лучше чувствовать, стал увереннее выступать. И во время президентского послания Федеральному Собранию он выглядел, конечно, уже не как ученик. Очень характерно в этой связи его предложение относительно того, что 7-процентный барьер мы снижать не будет для Государственной Думы - этом путинский курс был правильным, но мы разрешим одному-двум людям из партий, которые пройдут 5-процентный барьер, участвовать в работе Думы. Предложение очень странное, как я понимаю, практически не имеющее аналогов в демократических странах, и объяснить его можно только одним, на мой взгляд. Медведев, с одной стороны, демонстрирует лояльность Путину, он не готов сказать, что 7-процентный барьер был ошибкой, даже по такой мелочи он не готов это сказать, но, с другой стороны, Медведев пытается продемонстрировать и Западу, и либеральной общественности в России, что он готов идти на изменения. Отсюда такие смешные и ничтожные изменения, как те, что он предложил.



Андрей Шарый: Вы упомянули о том, что экономические проблемы в России оказывают и будут оказывать все большее влияние на композицию политических сил в Кремле. Но вот на Украине, похоже, экономическая составляющая диктует сейчас логику развития политики. В России случится то же самое?



Дмитрий Травин: В России, конечно, несколько иная система, чем на Украине. Там элиты всегда были расколоты, такая квазидемократическая конфигурация, которая получилась, стала следствием раскола днепропетровской, донецкой, западенской элит. В России элиты в другом состоянии, они концентрированы, консолидированы, расколу произойти гораздо сложнее. Наличие такого рода жестких авторитарных, консолидированных систем не значит, что раскола не будет. Просто раскол произойдет быстрее и в более жестких и, может быть, трагичных формах. Мы не знаем, как будет развиваться экономический кризис. В России все зависит от динамики цен на нефть, а это предсказывать невозможно, они могут остановиться, могут дальше падать, могут снова начать подниматься. А кроме того, действует еще целый ряд факторов. Поэтому думаю, что раскол между башнями Кремля будет усиливаться, но каким темпом и к чему это приведет - предсказать все-таки невозможно.


XS
SM
MD
LG