Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дмитрий Медведев дал интервью газете "Фигаро"


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Данила Гальперович.



Андрей Шароградский: Дмитрий Медведев перед поездкой в Ниццу на встречу Россия-Евросоюз дал интервью газете "Фигаро". В нем речь шла не только о российско-европейских отношениях, но и о контактах Москвы и Вашингтона, а также о внутренней российской политике.



Данила Гальперович: Дмитрий Медведев начал с того, что, по словам российского президента, больше всего беспокоит Москву в планах Соединенных Штатов и их европейских союзников, - размещение элементов противоракетной обороны США в Европе.



Дмитрий Медведев: Мы все время задавали нашим американским партнерам один и тот же вопрос. Зачем вам это нужно? Насколько это эффективно? И против кого направлена соответствующая система? Ни на один из этих вопросов мы не получили вразумительного ответа. Более того, мы предлагали сделать другой шаг, мы предлагали создать глобальную систему защиты с использованием наших радиолокационных средств, радиолокационных средств наших ближайших партнеров, таких как Азербайджан. Ни по одному из этих направлений движения вперед не было. Поэтому рано или поздно нам нужно было принимать ответные меры. И об этом говорил и мой предшественник, и об этом говорил некоторое время назад я.



Данила Гальперович: При этом за время, прошедшее с послания президента Федеральному Собранию, даже лояльные Кремлю политологи говорили, что для жестких заявлений о размещении ракет в Калининградской области время было выбрано неудачно - новоизбранный президент США еще ничего сказать толком не успел, а ему уже грозят. Видимо, именно это впечатление пытался исправить российский президент, когда подчеркнуто тепло и позитивно говорил о том, как могут сотрудничать США и Россия, в том числе и в вопросах безопасности.



Дмитрий Медведев: Первая реакция, которая поступила из США, со стороны новой администрации, она обнадеживает. Во всяком случае, наши будущие партнеры думают над тем, полезно это, не полезно, эффективно, неэффективно. Стало быть, есть о чем говорить. Мы к таким переговорам готовы, и готовы просто к нулевому варианту. Это будет абсолютно нормальным выходом из этой ситуации. Более того, мы готовы даже к продолжению работы над идеей глобальной защиты, в которой бы принимали участие и США, и страны Евросоюза, и Российская Федерация. Что же касается моих отношений с избранным президентом, с Бараком Обамой, у меня с ним был разговор, хороший разговор. Я надеюсь, что с новой администрацией удастся выстроить нормальные, полноценные, партнерские отношения. И по каким-то сложным вопросам мы сможем найти развязки в тех ситуациях, когда мы с нашими действующими коллегами их найти не смогли.



Данила Гальперович: О продлении сроков полномочий президента Дмитрий Медведев говорил несколько смущенно, как бы одновременно раздражаясь и оправдываясь. Вот как российский президент отреагировал на вопрос о его возможной досрочной отставке и возращении в президентское кресло Владимира Путина.



Дмитрий Медведев: Ну, я же работаю. Что вы меня подталкиваете к каким-то решениям? Я могу вам сказать определенно только одно, что вот этими новыми сроками сможет воспользоваться только тот кандидат в президенты, которые будет баллотироваться на эту должность после вступления в силу соответствующих поправок. Сроки полномочий верховной власти, будь то президент или парламент, это штука, которая все-таки должна служить интересам развития государства. Поживем - увидим. Мы сейчас должны будем поработать с такими сроками полномочий. Кто его знает, что будет через 30-40 лет?



Ведущий: Еще раз тогда уточните, после принятия этих конституционных поправок новые сроки будут распространяться и на вас тоже или только на вашего преемника?



Дмитрий Медведев: По общеправовым принципам, новые сроки после изменения Конституции будут распространяться только на новое лицо, которое будет баллотироваться вновь. Обратной силы они не имеют. Действующий срок для полномочий президента или срок действия нынешних полномочий президента - 4 года.



Данила Гальперович: Явная перемена тона в отношении Соединенных Штатов была подмечена многими экспертами. Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов уверен, что Медведев подает Бараку Обаме знак.



Федор Лукьянов: Судя по всему, судя по последовавшим заявлениям, не только вот этому интервью Дмитрия Медведева, но и по ряду других высказываний, которые прозвучали за истекшие дни, Россия хотела бы несколько смягчить эффект, который произвела вот эта вот история с "Искандерами". И то, что президент говорит в интервью "Фигаро", о том, что, собственно говоря, это исключительно реакция и исключительно действия, которые будут предприняты в случае, если появится система ПРО, на мой взгляд, это как раз стремление как минимум сбалансировать подход и показать, что мы, собственно говоря, шантажировать Барака Обаму не собираемся. То, что он сказал по поводу состоявшегося разговора, ну, наверное, это такая естественная политическая вежливость. Хотя, может быть, действительно, разговор был хорошим, и они, как и ожидали многие, постараются сделать вид, что начинают с некого чистого листа.



Данила Гальперович: Но перед встречей по экономическому кризису в Вашингтоне, где Медведев и Обама действительно пообщаются, будет еще Ницца с переговорами Россия-ЕС по возобновлению работы над новым соглашением. Насколько тема Грузии, целостность территории которой последовательно признается Европой, может повлиять на ход переговоров? Отвечает Федор Лукьянов.



Федор Лукьянов: Естественно, это очередной такой камешек, кирпичик в ту стену такого традиционного исторического недоверия к российским намерениям, которая строится давно и будет строиться дальше, что, естественно, всегда влияет на отношения России и Европы. Но это не значит, что из-за Грузии, из-за этой проблемы все остальное остановится. В общем, для Европы гораздо важнее иметь перспективы на каких-то жизненно необходимых направлениях, как энергетика, чем заниматься бесконечной казуистикой вокруг того, что такое Грузия. А, собственно, вопрос-то об этом сейчас: Грузия - это включая Абхазию и Южную Осетию или нет? То есть, конечно, признанием этих двух территорий Россия создала для себя стратегическую проблему, то есть это будет все время вылезать и все время мешать. Потому что никто, конечно, не признает Абхазию и Южную Осетию как государства, в то же самое время как России - это было понятно с самого начала - отказаться от признания не может, это просто невозможно по определению, так не делают. Так что это будет вялотекущая такая, висящая на шее тема, которая время от времени будет всплывать, будет подниматься в те моменты, когда нужны какие-то дополнительные инструменты воздействия на Россию, но я не думаю, что это станет прямо вот таким бревном, которое ляжет на пути взаимодействия.



Данила Гальперович: Дмитрий Медведев сказал, что решение России о признании независимости Абхазии и Южной Осетии пересмотру не подлежит. И здесь у Москвы могут возникнуть проблемы не с Евросоюзом, а с Советом Европы, который также требовал от Москвы пересмотра этого решения.


XS
SM
MD
LG