Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Леонид Гозман: "На официальном политическом поле страны нет политической силы, которая озвучивала бы правые идеи"


Программу ведет Марина Дубовик. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Мумин Шакиров.



Марина Дубовик: В Москве сегодня открылся учредительный съезд новой прокремлевской партии «Правое дело». На форуме побывал мой коллега Мумин Шакиров, сейчас он рядом со мной в студии. Что же это такое за новая структура образовывается в России, расскажите, пожалуйста.



Мумин Шакиров: Эта новая структура основана на прежних либеральных партиях. Буквально накануне распустились такие партии, как «Союз правых сил», «Гражданская сила» и Демократическая партия России, и вот на этой основе образовалась новая партия «Правое дело». Естественно, никто не скрывает, что отцы-основатели этой партии – чиновники из Кремля, эксперты из Кремля, политологи из Кремля – по-разному можно к этому подходить. Но что важно, и этого никто не скрывал в «Президент-Отеле», где я побывал, и в настоящий момент там идет принятие программы партии, то есть работа продолжается, но все это – в очень ускоренном темпе, и вот об этом спрашивал почти каждый журналист. Давайте послушаем, с какими ощущениями пришел на форум Борис Надеждин, один из бывших лидеров СПС, а ныне он вошел в состав лидеров новой партии.



Борис Надеждин: Вот сейчас первые несколько часов моей жизни за 20 лет, когда я не член никакой партии. Я вчера перестал быть членом СПС, а еще не стал членом «Правого дела». Я сегодня беспартийный. Я себя ощущаю как-то необычно.



Мумин Шакиров: Как девушка, которая замуж выходит за Кремль? Или нет?



Борис Надеждин: Абсолютно точно. Я считаю, что у нас главной проблемой СПС было то, что мы не могли участвовать в выборах вообще. То есть за весь прошлый год мы не сумели зарегистрировать ни одного списка, ни одного кандидата. И наши отношения с Кремлем состоят вовсе не в том, что нам что-то кто-то гарантировал, обещал, это неправильное понимание. Отношения с Кремлем заключаются ровно в двух вещах: первое – что нас, как партию, зарегистрируют, и второе – что мы получим доступ к тем ресурсам, без которых никакая партия ни в какой цивилизованной стране существовать не может вообще. Я имею в виду доступ к средствам массовой информации и возможность вполне законно, легально собирать деньги на участие в выборах.



Мумин Шакиров: Не менее интересное состояние было у другого, теперь уже видного лидера «Правого дела» политолога Георгия Бовта.



Георгий Бовт: У меня настроение, я вспоминаю свое детство. Я последний раз был на съезде в 1970 году, когда я носил гвоздики в президиум, и меня поцеловал Арвид Янович Пельше. А вот сейчас я чувствую, что…



Мумин Шакиров: А сейчас вас может поцеловать Сурков. Нет?



Георгий Бовт: Я не знаю, придет ли он. Потом сейчас нравы изменились.



Мумин Шакиров: Учитывая, что эта партия создается с помощью Кремля, легко ли заводить роман с Кремлем?



Георгий Бовт: Легко ли быт молодым, легко ли заводить роман… Это вопрос, который носит чисто риторический характер. Ответ на него зависит от того, что ты хочешь сделать помимо того, чтобы отвечать на подобные обвинения. Потому что пока что наибольшая критика идет именно со стороны демократического лагеря.



Мумин Шакиров: Вы считаете, что она несправедливая?



Георгий Бовт: Я считаю, что каждый имеет свою позицию и имеет право отстаивать ее именно в таких формах и в таких методах, в которых считает нужным.



Мумин Шакиров: Вопрос: насколько Кремль вам позволит что-то реализовывать.



Георгий Бовт: Посмотрим. Это ответ на вопрос, который лежит в будущем.



Мумин Шакиров: Ну, а ради чего распустили свои прежние партии либералы и решили собраться под единым знаменем, - об этом с трибуны съезда рассказал один из бывших лидеров «Союза правых сил» Леонид Гозман.



Леонид Гозман: Сегодня на официальном политическом поле страны нет уважаемой, значимой, авторитетной политической силы, которая озвучивала бы правые идеи. Есть масса левых, есть «Единая Россия», есть Жириновский, кто угодно есть, есть националисты, но нет людей, которые внятно сказали бы, нормальным русским языком сказали бы, что частная собственность священна и неприкосновенна, что, кроме рынка, кроме свободной экономики, пути нет, что ресурс авторитарной модернизации исчерпан, что если не будет в стране демократии, то вся наша надежда на то, что повысятся цены на нефть, ну, даже если повысятся, мы все равно будем на обочине мировой цивилизации.


XS
SM
MD
LG