Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дмитрий Муратов: "Мы этот процесс закрытым сделать не дадим"


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Марьяна Торочешникова.



Кирилл Кобрин: Московский окружной военный суд будет проводить процесс по делу об убийстве Анны Политковской за закрытыми дверями. Такое решение принято на сегодняшнем заседании по просьбе присяжных, которые отказались выходить в зал в присутствии журналистов. Ранее суд собирался проводить открытый процесс по делу. На судебном заседании, пока было можно, находилась наш корреспондент Марьяна Торочешникова, сейчас она в студии Радио Свобода.



Марьяна Торочешникова: Из множества журналистов приехавших наблюдать за ходом разбирательства в зал судебных заседаний попало не больше 15 человек. Помещение настолько маленькое, что просто не смогло вместить всех желающих. Но и те счастливчики, которых все-таки впустили, пробыли в зале не более пятнадцати минут, в течение которых председательствующий Евгений Зубов успел отклонить два ходатайства адвокатов подсудимых (об отсрочке начала слушаний для ознакомления вновь прибывшего адвоката с материалами дела и о введении в процесс общественного защитника одного из подсудимых). А затем председательствующий заявил, что, принимая решение о проведении гласного судебного разбирательства, он не учел интересы присяжных, которые будут рассматривать это дело. Между тем, сказал судья Евгений Зубов, зам. начальника отдела по работе с присяжными доложил ему, что те отказываются заходить в зал суда, если там пресса.


Адвокат одного из подсудимых Мурад Мусаев возразил на это, что закон не знает таких оснований для закрытия слушаний, как нежелание присяжных участвовать в процессе, где есть пресса. «Суд должен учитывать, что никто из журналистов не угрожает безопасности присяжных», - сказал Мусаев. Его поддержала и адвокат семьи потерпевших Каринна Москаленко, заявившая, что о своих опасениях присяжные могли рассказать вчера, во время формирования коллегии, перед тем как дать присягу. В конце концов, до тех пор пока нет никаких данных об угрозах в адрес присяжных, нельзя закрывать процесс, сказала Москаленко.


Но Евгений Зубов возразил на это тем, что, когда появятся реальные факты, будет поздно. И объявил, что слушания будут проходить за закрытыми дверями.


Вот, что говорили адвокаты во время объявленного перерыва. Каринна Москаленко...



Каринна Москаленко: Я глубоко разочарована решением суда закрыть этот процесс. В наших интересах, в интересах потерпевшей стороны было рассмотрение дела в открытом режиме. И я сегодня все, что могла, для этого сделала. На первом заседании я сделала все, что могла, и я думаю, что в какой-то степени это имело значение для первого решения суда. Сейчас мы сделали все, что могли, и мы напомнили о том, что судьи тоже дают присягу, и они ее приняли. И невыход в заседание - это не основание. И вот этот повод... И я понимаю судью, ему надо провести процесс. Я понимаю судью, который с сочувствием относится к страхам и опасениям жюри. Но до возникновения первых угроз, каких бы то ни было, косвенных, прямых, завуалировнных, принимать такое решение, с моей точки зрения, было нельзя.



Мурад Мусаев: Вы думаете, что судья руководствуется желанием присяжных? Я думаю, и это сугубо мое личное мнение, дело в том, что изначально была установка на закрытые слушания. Изначально, еще на следствии. Отлично скомпилировали это дело, чтобы общественность не видела тот стыд и срам, который там будет твориться, не видела, что обвинение совершенно несостоятельно, что доказательства отсутствуют.



Марьяна Торочешникова: Сказал адвокат Джабраила Махмудова Мурад Мусаев. Анна Ставицкая, представляющая интересы семьи Анны Политковской, сказала, что решение о закрытии процесса было вполне предсказуемым, но никто не ожидал, что все произойдет так быстро.



Анна Ставицкая: Мы где-то процентов на 80 были уверены в том, что впоследствии процесс закроют. И, в принципе, судья нашел довольно, с их точки зрения, разумное оправдание, что закрытый процесс необходим не просто для того, чтобы его закрыть, а именно для того, чтобы оградить присяжных от каких-то попыток давления на них. Но так как пока таких сведений нет, и присяжные не заявляли, что на них давили, то я считаю, что оснований на данный момент совершенно никаких не было. Я думаю, что суд это сделал именно для того, чтобы просто было удобнее работать, чтобы, в принципе, все-таки, как мы уже говорили, общественность, журналисты не могли сами оценивать то, что будет происходить в судебном заседании. А для нас это было очень важно.



Марьяна Торочешникова: По мнению заместителя председателя Конституционного суда в отставке Тамары Морщаковой, судебные слушания не могут объявляться закрытыми просто потому, что присяжные чего-то опасаются.



Тамара Морщакова: Фактически, если по любому делу присяжные будут заявлять, что они боятся, а основания, я думаю, есть всегда такие у присяжных, потому что как минимум одной стороне своим решением из участников процесса они обязательно не угодят, тогда мы с вами должны похоронить принцип гласного судебного разбирательства, а он, между тем, вводится в интересах тех, кого обвиняют. Потому что каждый их лиц, подозреваемых в совершении преступления, которым предъявлено обвинение, имеет право на открытое судебное разбирательство, чтобы он мог обратиться, как принято говорить на языке международно-правовых актов, к форуму общественности. На самом деле, необходимо указать конкретные фактические обстоятельства, на основе которых суд принимает решение о закрытии судебного разбирательства. Но тут нужно принимать во внимание, что очевидно существуют и какие-то другие способы, с помощью которых можно обеспечить безопасность участников судебного разбирательства.



Марьяна Торочешникова: В редакции "Новой газеты", где работала Анна Политковская, решение о проведении судебного процесса в закрытом режиме назвали политически-мотивированным. А главный редактор издания Дмитрий Муратов заявил, что в ближайшее время редакция начнет публиковать материалы, которые удалось собрать в ходе независимого расследования, проведенного "Новой газетой".



Дмитрий Муратов: Мы уважаем институт присяжных, является его категорическими сторонниками. Считаю, что присяжными сманипулировали, для того чтобы общество не узнало о том, как и кем готовилось и осуществлялось убийство Анны Политковской. Я понимаю, что, на самом деле, закрывать они хотели с самого начала, и там количество прессы, которое оказалось там в первый день, заявление уполномоченного по правам человека спутали планы. Но ведь они даже до этого хотели суд, один из самых резонансных на сегодняшний день в мире судов проводить в комнатке, куда вмещаются 10 человек. То есть они с самого начала не собирались его открывать. Просто под воздействием внешних обстоятельств, видимо, пришлось принять единственно верное решение, которое потом благополучно, как я полагаю, с помощью телефонного права было отменено.


У нас остался единственный вариант. Мы этот процесс закрытым сделать не дадим. Газета не даст сделать его закрытым. Мы будем открывать этот процесс, то есть публиковать известные нам в результате собственного расследования данные на страницах газеты.



Марьяна Торочешникова: После того, как журналистов и родственников подсудимых попросили покинуть зал судебных заседаний, наконец, начались слушания дела по существу. Представители прокуратуры огласили обвинительное заключение. Подсудимые заявили, что не признают себя виновными в убийстве Анны Политковской. Завтра слушания продолжатся.


XS
SM
MD
LG