Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сможет ли Иран выступить в качестве миротворца на Южном Кавказе


Ирина Лагунина: Официальный Тегеран намерен выступить с инициативой по урегулированию конфликтов на Кавказе. Согласно сообщениям в прессе, план по урегулированию разработало министерство иностранных дел Ирана. Но что может предложить Иран кавказскому региону? И поверят ли этому режиму в странах Южного Кавказа? На эту тему с экспертами беседовал Олег Кусов.



Олег Кусов: О подготовке плана по урегулированию кавказских конфликтов не так давно сообщили представители Министерства иностранных дел Ирана. По их словам, Тегеран, разработав эти предложения, представил их на обсуждение Москве, Баку, Еревану и Тбилиси. Эксперты отмечают, что это уже не первая попытка Ирана предложить себя в качестве регионального лидера. Говорит заведующий отделом Кавказа Института этнологии и антропологии Российской академии наук Сергей Арутюнов.



Сергей Арутюнов: Выступление Ирана с инициативой как-то разруливать кавказские проблемы – это, конечно, не новость. Иран уже 2,5 тысяч лет, может быть даже немножко больше пытается разруливать кавказские проблемы, и в течение этих 2,5 тысяч лет ничего, кроме безобразия, кровопролития, страданий от этого для народов Кавказа не происходило, да и народ Ирана большого навара на этом деле не имел. Другое дело, что тешили свое самолюбие иранские правящие круги. Сейчас Иран никакого значения для Кавказа не имеет. Единственное – для Армении, поскольку Армения в кольце блокады, и это ее единственный, хотя и не самый хороший выход во внешний мир. Тем более Иран со своей ядерной программой противопоставляет себя остальному миру, ведет себя достаточно агрессивно. Они могут там предлагать что-то, но смешно было бы воспринимать это всерьез или идти им навстречу в этих достаточно пустых, амбициозных пожеланиях.



Олег Кусов: У Тегерана большой интерес к Кавказу, в частности к Армении, замечает московский эксперт Алексей Ващенко.



Алексей Ващенко: Сейчас Иран очень активно работает с Арменией, очень много совместных предприятий, магазинов, школ, очень много высоком на армянском языке. Армения практически через Иран получила доступ к энергоносителям, и там очень активно развиваются экономические связи. Иран является одним из таких важных торговых и экономических партнеров Армении. Потом там практически граждане Армении могут свободно ездить в Иран и возвращаться обратно, то есть там на границе проблем нет. Тем более, на территории Ирана, особенно в северной части, живет очень много армян, там все эти контакты и связи после того, как распался Советский Союз, существуют, восстановились, и идет укрепление. Хотя, конечно, в Армении не в восторге очень многие от этих контактов, потому что там все-таки есть и религиозный фактор, там есть и исторические проблемы, тем не менее, это ситуация именно по расчету. Потому что Армения из-за карабахского конфликта и из-за ситуации в Грузии, есть проблемы и с Турцией, особенно из-за геноцида, она практически оказалась в изоляции. И Иран – это для Армении, в общем-то, коридор, который позволяет выжить.



Олег Кусов: Иранские политики традиционно внимательно следят за событиями на Кавказе, тем более за теми, которые разворачиваются в приграничных областях Армении и Азербайджана, полагает глава Союза политологов Армении Амаяк Ованнесян.



Амаяк Ованнесян: Иран никогда не утрачивал интереса к Южно-кавказскому региону и всегда, может быть, незримо, но присутствовал на всех мало-мальски значимых событиях. Даже не так явно, но его интересы всегда были там, где мы договаривались с основными игроками, которые сегодня участвуют в налаживании существующих проблем. И сегодня, когда сопредседатели Минской группы ОБСЕ в один голос говорят о том, что впереди активная фаза урегулирования нагорно-карабахской проблемы предстоит, Иран, вполне логично, уже в открытую высказывается о том, что у него есть свои собственные интересы, как у страны, которая непосредственно граничит с зоной нагорно-карабахского конфликта.



Олег Кусов: Инициатива по урегулированию кавказских конфликтов связана с экономическими интересами Ирана, отмечает Амаяк Ованнесян.



Амаяк Ованнесян: Иран понимает, что урегулирование нагорно-карабахской проблемы непрямую связано с перспективами развития региона. Регион имеет ключевую роль в вопросе снабжения энергоносителями Европы. Иран сам является крупнейшей страной, которая добывает энергоносители и претендует на более активную роль на международных рынках. Поэтому здесь совершенно ясно, что надо рассматривать эту инициативу Ирана сквозь призму, например, предстоящего и столь беспокоящего Запад соглашения между тремя основными странами, поставляющими на газовый рынок более 50 процентов газа, - Россия, Иран и Катар. Серьезная заявка на создание некоторого аналога ОПЕК и обозначение роли Ирана в этом плане. Это напрямую сопряжено и с еще большим интересом в перспективах урегулирования в регионе, которое должно открыть новые горизонты в освоении энергетических ресурсов региона.



Олег Кусов: Российско-иранские отношения эксперты не могут назвать ни безоблачными, ни враждебными. Две страны сотрудничают во многих сферах жизнедеятельности. Однако независимость Абхазии и Южной Осетии Тегеран, как складывается впечатление, признавать не намерен. Российский эксперт Алексей Ващенко так объясняет эту позицию Тегерана.



Алексей Ващенко: У Ирина тоже существует немало проблем, например, проблема курдов, которые тоже борются за то, чтобы отсоединиться от Ирана и создать свое государство. Тем более, такое государство в середине 40-х годов на территории Ирана на не очень длительное время (на несколько месяцев) создавалось. С другой стороны, Ирану именно с политической и экономической точки зрения лучше отмолчаться, одной стороны, и не портить отношения и с Россией, и с другой стороны, не портить отношения с южно-кавказскими странами. Потому что если это все признавать, то тогда надо обострять свои отношения с Азербайджаном, потому что там карабахская проблема существует, то тем самым обострить свои отношения с Грузией. В том числе, после того, как Армения не поддержала позицию России по Абхазии и Южной Осетии, Ирану, естественно, смысла не было выступать с поддержкой России по вопрос Южной Осетии и Абхазии.



Олег Кусов: Армению Тегеран рассматривает, главным образом, как экономического партнера. На Азербайджан он пытался воздействовать, используя ислам. Слово – президенту Фонда политических исследований государств Каспийского региона Вафе Гулузаде.



Вафа Гулузаде: Тегеран, когда пала советская власть, проявил большую активность, для того чтобы распространить свое религиозное влияние, а также создать религиозные ячейки, типа «Хезболлах», по всей территории Азербайджана. Приход Гейдара Алиева к власти ликвидировал это. Гейдар Алиев – опытный чекист, и он знал, что может угрожать его власти. Он боролся против всего, что угрожало его власти, в том числе и попытка Ирана под флагом религии прихватить Северный Азербайджан. У них ничего не получилось. Я думаю, что сейчас, конечно, иранские спецслужбы очень сильно работают здесь, Иран пытается распространять в Азербайджане шиизм, религию. Но учтите, что Азербайджан несколько сотен лет был в составе христианской империи и 70 лет в составе атеистической супердержавы, империи. Азербайжан сейчас завоевать путем религии практически невозможно. Должны протии столетия, чтобы Азербайджан стал бы тоже мусульманской страной, как все другие. Мы не такие. Мы ближе к России ментально и ближе к Европе ментально через Россию. Поэтому попытки Ирана здесь идеологическим путем что-то сделать или сделать экспорт своей идеологии – это будет невозможно, на мой взгляд.



Олег Кусов: Иран намерен взять на себя роль регионального лидера с согласия России, полагает грузинский политолог Сосо Цискаришвили.



Сосо Цискаришвили: После того, как была озвучена готовность Турции стать более влиятельным игроком на этом поприще, Иран подумал: почему бы и мне ни заняться тем же самым? В любом случае я думаю, что и Турция, и Иран прежде всего собираются занять лидирующие позиции в регионе с опорой и с учетом поддержки России. Потому что Россия так легко бы не уступила идею лидерства в зоне, в которой она не может представить никого другого, кроме себя. И я имею в виду и США, и Евросоюз, и тем более НАТО. Тут почему-то такое спокойствие – в отношении Турции и Ирана. Таким образом конкуренция в первую очередь должна произойти между Ираном и Турцией за более надежное партнерство с Россией. А что остается трем более молодым государствам в Южном Кавказе, я имею и виду Армению, Азербайджан и Грузию, - тут однозначно, что вся эта новая волна желающих лидировать в регионе появилась в связи с тем, что южно-кавказский лидеры исторический – эту роль выполняла всегда Грузия – сейчас является самой неприемлемой стороной для России.



Олег Кусов: Так считает грузинский политолог Сосо Цискаришвили.


У Ирана нет перспектив стать государством, влияющем на ключевые кавказские процессы. Все меньше и меньше таких шансов остается и у России, полагает Вафа Гулузаде.



Вафа Гулузаде: Либо Россия с США найдут совместное решение взаимных интересов на Кавказе, либо Россия уступит. Три республики Россия уступит – это Армения, Грузия, Азербайджан. Потому что они независимые государства, и они будут иметь независимые отношения с тем, с кем они захотят. И Россия должна уважать международное право. Выдумывая различного рода предлоги о защите своих граждан во всех концах мира, Россия не сможет вводить войска во все южно-кавказские республики, как она это сделала в Осетии и Абхазии. Что касается Северного Кавказа, на Северном Кавказе идут очень негативные процессы. Это результат неправильной политики Москвы, только лишь. Москва могла установить нормальные отношения и с Чечней, и с Ингушетией, и с Дагестаном, дать им больше прав, дать им больше автономии, установить дружеские отношения. И не доводить дело до военного столкновения.


Москва с глубоким пренебрежением относится к национальным традициям, к религиозным традициям, исламу. Россия не признает ислам, на словах только. Конечно, на Кавказе обстановка особая, Ирак вряд ли будет представлять какую-либо угрозу Кавказу. Потому что есть Россия, есть США, и есть Турция – член НАТО, которая может по поручению НАТО играть и военную роль на Кавказе.



Олег Кусов: Говорил президентфонда политических исследований государств Каспийского региона Вафа Гулузаде.


XS
SM
MD
LG