Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Катастрофическая неделя на Уолл-стрит завершилась оптимистичной нотой: что дальше? Раскол Православной церкви за рубежом принял формальные очертания.


Сегодня в Америке



Юрий Жигалкин : Катастрофическая неделя на Уолл-стрит завершилась оптимистичной нотой: что дальше? Раскол Православной церкви за рубежом принял формальные очертания. Таковы темы уик-энда в рубрике «Сегодня в Америке».


Подъемом курсов акций завершилась в пятницу худшая для Уолл-стрит со времен Великой депрессии неделя. Что дальше? Рассказывает Ян Рунов.



Ян Рунов : Углубляющийся экономический спад, рост безработицы, безуспешность попыток правительства оздоровить финансовый сектор - всё это не даёт американцам оснований для оптимизма. Отсюда - недоверие к рынку ценных бумаг и его затянувшееся падение. Индекс «Стандарт энд Пур» упал в этом году почти на 49 процентов - худший годовой показатель за всю историю индекса. Вот что думает об этом положении Фрэнк Гамрат, экономист из Института общественной политики Аллегени в Питтсбурге, штат Пенсильвания:



Фрэнк Гамрат : Я не представляю, когда мы достигнем дна на рынке ценных бумаг и как далеко это дно. С каждым новым падением нам предстоит удивляться - куда же дальше? Пока инвесторы не поверят, что вкладывать деньги в компании не только безопасно, но и выгодно, рынок будет идти вниз.



Ян Рунов : Всё чаще нынешнюю ситуацию в Америке сравнивают с временами Великой депрессии. Правомерно ли это?



Фрэнк Гамрат : Нет, не думаю. По одной причине - сейчас у нас гораздо больше возможностей получить государственную помощь, чем в 30-е годы. Да, многие компании выходят из бизнеса, объявляют банкротство. Что ж, может быть, это не так уж плохо, потому что всё больше компаний начинают понимать необходимость реорганизации, ибо нынешняя модель ведения бизнеса перестала работать.



Ян Рунов : Правительство принимает различные меры по преодолению финансово-экономического кризиса, по пока все эти многомиллиардные денежные вливания и программы стимулирования не принесли результатов. Почему?



Фрэнк Гамрат : Прежде всего, потому что изначально никто ни в правительстве, ни в законодательном собрании не представлял себе, как антикризисный пакет будет работать. В результате через месяц министр финансов Полсон заявил, что он поменял своё мнение, и вместо выкупа плохих активов и долгов, мы дадим эти деньги банкам для выдачи займов. Конечно, он имеет право поменять план действий, но проблема в том, что жёсткого плана не было с самого начала.



Ян Рунов : Теперь всё чаще стали говорить о новой опасности - дефляции.



Фрэнк Гамрат : Дефляция, как известно, это подавление цен, в отличие от повышения цен. Для компаний падение цен на их продукцию сулит нехватку денег для выплаты кредитов и зарплаты рабочим. Дефляция - это результат недавних завышенных цен и завышенной зарплаты. С дефляцией можно бороться регулированием уровня банковской ставки.



Ян Рунов : Признаками надвигающейся дефляции является падение цен на акции и на нефть.


Ожидается, что в декабре Федеральный резерв вновь пойдёт на понижение базовой ставки.



Юрий Жигалкин : Гигантское падение цен на нефть во многом обрекло на страдания фондовые рынки нефтедобывающих стран, в то числе России. Однако, как предполагает известный американский аналитик, в ближайшее время нефть может подорожать. С Тимом Эвансом, сотрудником корпорации Citi Futures Perspective , беседует Аллан Давыдов.



Тим Эванс : Считаю вполне вероятным повышение цен на нефть как в среднесрочной, так и в долгосрочной перспективе. В ближайшие 3-6 месяцев цены, скорее всего, вернутся в диапазон от 70 до 80 долларов за баррель. В дальнейшем можно ожидать повышения до 90 - 100 долларов. Просто потому, что нынешних низких цен недостаточно для инвестирования в развитие добычи нефти и даже поддержки ее производства на сегодняшнем уровне. Другой важный фактор - это нынешнее стремление членов Организации стран-экспортеров нефти сократить ее добычу настолько, что в 2009 году спрос будет значительно превышать предложение, и будут исчерпаны запасы, накопленные за счет нынешнего падения глобального спроса на нефть. Страны ОПЕК соберутся 29 ноября в Каире для пересмотра стратегии нефтедобычи в ответ на нынешнее падение цен. Судя по всему, на ОПЕК оказывается давление с целью сократить добычу не менее чем на 1 миллион баррелей в день. С 1 ноября они уже сократили квоты добычи на 1,5 миллиона баррелей в день. Если бы они не объявили об этом, мы бы видели сегодня еще более низкие цены. Эта группа производителей контролирует 40 процентов мировой добычи нефти и почти все ее резервные излишки. Не обязательно сегодня, но в ближайшие 3-6 месяцев стратегия ОПЕК сыграет очень заметную роль в поведении цен на нефть.



Аллан Давыдов : Если исходить из теории многолетних циклов движения цен на нефть, то в какой точке такого цикла мы сейчас находимся? Действительно ли это нисходящая тенденция, или только временное отклонение от общей тенденции удорожания?



Тим Эванс : Я бы назвал это окончанием цикла подъема. На рынке существовал ценовой пузырь. Он лопнул, и в этом убедительный ответ рынка на вопрос о пределе роста цен. Сейчас идет поиск ответа на вопрос о пределе снижения цен. Достигли ли мы ценового дна - единого мнения пока нет. В 80-е и 90-е годы 40 долларов за баррель считалось высокой ценой, а 12 долларов - низкой. Наложив эту ценовую вилку на нынешнюю ситуацию, можно предположить, что сегодня самая низкая цена должна составлять примерно 45 долларов. Данный уровень почти достигнут. В этом смысле рыночные цены занижены по отношению к долгосрочному диапазону ценовых колебаний. В условиях, когда после июльского пика падение цен уже составило почти сто долларов за баррель, настало время прекратить играть на понижение и задуматься - не слишком ли занижены цены. Для меня сейчас разговоры о возможном падение цен на нефть до 35-40 долларов звучат не очень убедительно.



Аллан Давыдов : Так аналитик компании Citi Futures Perspective в Нью-Йорке Тим Эванс прокомментировал нынешние тенденции на нефтяном рынке.



Юрий Жигалкин : В конце прошлой недели раскол в Российской православной церкви за рубежом стал свершившимся фактом. Представители приходов, не признавшие Акта о каноническом общении зарубежной церкви и Московской патриархии, подписанного в мае две тысячи седьмого года, формально вернувшего зарубежную церковь в лоно церкви-матери, провели пятый Всезарубежный собор, на котором митрополитом был избран епископ Агафангел. C обор проходил на Толстовской ферме в городе Вэлли Коттедж в штате Нью-Йорк. Обозначив свой собор порядковым номером пять, его участники объявили о своих притязаниях на право быть преемниками Зарубежной православной церкви. Тот факт, что за полтора года к небольшому числу тех, кого сторонники воссоединения называли раскольниками примкнули сто два прихода, во всех концах мира внушает участникам собора понятный оптимизм. Рассказать о предыстории этого Собора я попросил журналиста Вадима Ярмолинца, внимательно следящего за происходящим в зарубежной церкви.



Вадим Ярмолинец : Первым этапом было создание временного высшего церковного управления. Это произошло в апреле прошлого года здесь, в Нью-Йорке, когда собрались все, кто отказался последовать за ныне покойным митрополитом Лавром, тогдашним первоиерархом РПЦЗ. Отказался последовать за ним после того, как он подписал Акт о воссоединении с Московской патриархией. Не последовавшие за ним - это были отдельные приходы, которым нужно было как-то собраться и продолжать свою линию, продолжать свою старую церковь. Они собрались в апреле прошлого года и создали Высшее верховное церковное управление, как того требовали обстоятельство согласно церковной традиции. Председателем этого управления стал единственный тогда епископ Одесский и Таврический Агафангел, который не последовал за Лавром и, по сути, стал организатором оппозиции.


Полтора года ушло у ВВЦУ на то, чтобы рукоположить новых епископов. Для архиерейской хиротонии, то есть для рукоположения епископа, нужно два епископа. Агафангел был один. Это была колоссальная проблема, где взять других епископов для того, чтобы соблюсти все церковные правила. Агафангел тогда обратился к грекам старостильникам, которые его поддержали. Они прислали ему своих епископов в Одессу, в его храм. И там были рукоположены в епископы новые епископы, которые впоследствии рукоположили новых епископов. Сегодня был еще один из них рукоположен. Сейчас пять епископов, которые составят новый Синод РПЦЗ. А несколько дней назад епископ Агафангел был избран большинством голосов митрополитом. Теперь есть две РПЦЗ. Одна РПЦЗ, которая продолжает свою старую традиционную линию, и та РПЦЗ, которая сейчас пишет в скобках после своей аббревиатуры МП - РПЦЗ Московской патриархии.



Юрий Жигалкин : За счет чего прирастает эта церковь, ведь помнится, число отказавшихся от союза с патриархией приходов было совсем небольшим?



Вадим Ярмолинец : Удивительное явление это то, что в РПЦЗ сейчас, если говорить о росте новых приходов, то они появляются в России.



Юрий Жигалкин : Ощущается ли сегодня Москвы в делах воссоединившейся с патриархатом церкви, ведь были самые разные опасения?



Вадим Ярмолинец : Двумя центрами Русской православной зарубежной церкви были Джорданвилльский монастырь и семинария и Синод, находящиеся в Манхеттене. Сейчас Джорданвилль, можно сказать, что это умирающий организм. Часть монахов просто разошлась. Семинария прекратила свою деятельность. Туда прислали нескольких молодых людей из Москвы. Но говорят, что из этого места ушел дух. Люди, которые там были, говорят, что они сталкиваются с тем, что там просто какое-то безлюдье.


Что касается здания Синода в Манхеттене. По словам тех, кто сейчас посещает синодальную церковь, это здание планируется перестроить. Часть здания оставить под церковь, а часть здания превратить в кондоминиумы и продать их, поскольку предположительно это может принести церкви большие деньги. Это, безусловно, идея москвичей, а не местных епископов, которые к этому зданию относились трепетно всегда и берегли его.



Юрий Жигалкин : Это был журналист Вадим Ярмолинец. Прокомментировать явно оформившийся раскол в русской зарубежной церкви я попросил протоиерея американской православной церкви, известного американского церковного деятеля Леонида Кишковского.



Леонид Кишковский : Во-первых, нужно сказать, что история показывает, что преодоление раскола практически никогда не давало результата воссоединения церквей или преодоление раскола всеми. Всегда остается какая-то часть вне этого примирения. Так показывает история. Это грустно, это пагубно, это жалко, но нужно считаться с этой реальностью. Я убежден, что примирение основной части Русской и Зарубежной церкви с Русской православной церковью Московского патриарха это был правильный шаг. Преодоление раскола всегда правильно, тем более в условиях возрождения православной церкви в России. Для нас даже, для американской церкви, это радость, что мы можем практически со всеми зарубежными церквями быть в общении. Еще перед нами лежит какой-то путь для того, чтобы было полное общение, повсеместное. Но оно начинается. Это правильно, с нашей точки зрения.



Юрий Жигалкин : Говорил протоиерей Леонид Кишковский, на этом мы завершим очередной выпуск рубрики «Сегодня в Америке».



XS
SM
MD
LG