Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кризис в отношениях между Сербией и Хорватией


Ирина Лагунина: Международный суд ООН принял к рассмотрению иск Хорватии против Сербии с обвинениями в совершении геноцида во время войны на хорватской территории. Этот иск бы подан Хорватией в 1999 году. Сербия, в свою очередь, всё это время пыталась убедить суд в том, что принимать этот иск не в его компетенции – ведь в 1990-92 годах, - а именно к этом времени относятся обвинения, - формально ещё существовала Социалистическая Федеративная республика Югославия и именно её войска, в рядах которых воевали и командовали не только сербы, но и представители других югославских народов, совершали военные действия против Хорватии. Главные обвинения со стороны Хорватии приходятся на осень 1991 года, когда город Вуковар на востоке Хорватии был занят и полностью уничтожен войсками под командованием Белграда. Более 200 человек были массовом порядке расстреляны. Белград же считает, что Сербия как независимое государство существует только с апреля 1992 года, когда, вместе с Черногорией, была провозглашена Союзная республика Югославия. Аргументом сербского руководства против рассмотрения дела Международным судом был и тот факт, что новая страна до 2000 года не являлась участницей ООН и не подписывала конвенций против геноцида. О том, как повлияло решение суда принять дело к рассмотрению на отношения между Хорватией и Сербией, рассказывает наш корреспондент в Белграде Айя Куге.



Айя Куге: Руководство Хорватии открыто ликует, что Международный суд готов рассмотреть иск против Сербии, и утверждает, что первый раунд спора успешно завершен. Руководство Сербии отвечает, что ничего не завершено, так как есть весомые доказательства того, что геноцид совершила именно Хорватия, когда осенью 1995 года, в ходе военно-полицейской операции под названием «Буря», изгнала 250 тысяч человек из самопровозглашенной сербами республики Сербская Краина. Официальный Белград сообщил, что против Хорватии будет подан встречный иск. Министр иностранных дел Сербии Вук Еремич.



Вук Еремич: Сербия подаст в Международный суд иск на Хорватию за преступления, совершённые в ходе операции «Буря» в 1995 году. Они всегда отказывались признавать факт, что 250 тысяч сербов с территории Хорватии подверглись этническим чисткам, но на этот раз они должны будут это сделать.



Айя Куге: Глава сербской дипломатии пригрозил даже, что Сербия также потребует рассмотреть ответственность Хорватии за геноцид, совершённый хорватами против сербов во время второй мировой войны.


Этот новый сербско-хорватский спор открыл старые раны в отношениях двух государств и двух народов. Белградский профессор, специалист по международному праву Воин Димитриевич считает, что Сербия имеет шансы на определённый успех её встречного иска, однако такие судебные процессы, в которых поднимается вопрос коллективной вины того или иного народа, порождают серьёзные последствия. Геноцид же, по его мнению, в этом случае доказать нельзя.



Воин Димитриевич: По юридическим соображениям Сербия должна подать встречный иск против Хорватии. Ведь нельзя допустить, чтобы другая сторона, используя компетенцию Международного суда, вела спор, а Сербия попала в ситуацию, что может только обороняться. Теперь наступил момент, когда нужно разъяснить, что на самом деле там происходило. Видный хорватский адвокат Анте Нобило уже заявил, что, возможно, в операции «Буря» было больше действий, которые имели черты геноцида, чем в Вуковаре. В Вуковаре союзные войска бомбили и разрушали город, не спрашивая, кто серб, кто хорват, а во время операция «Буря» из Хорватии были изгнаны именно сербы. Однако, этнические чистки – это ещё не геноцид. Общественность не понимает, что геноцид является очень специфическим преступлением, где нужно доказать особые намерения против одной группы людей.


Я считаю, что нынешний спор надо решать не на уровне коллективной ответственности ни сербской, ни хорватской нации, а на уровне индивидуальной ответственности тех, кто совершил и организовал преступления. Ещё лучше, чтобы их судили собственные, национальные суды. И это уже происходит - и в Сербии, и в Хорватии. Международный суд – это растрата денег и энергии. У нас есть специалисты, и я в их числе, считающие, что не стоит Сербии пускаться в расширение спора, это ни к чему не приведёт. Однако я понимаю, что политическая элита не может отказаться от встречного иска, ей это невыгодно. В обострении риторики против Хорватии можно набрать политические очки.



Айя Куге: Отношения сербов и хорватов на протяжении истории обременены серьёзными конфликтами, несмотря на то, что это - два самых близких народа, говорящих на языке, который до начала войны назвался общим именем - сербохорватский язык. Сербы не могут забыть Вторую мировую войну, когда фашистская Хорватия в массовом порядке, в концентрационных лагерях, убила пару сотен тысяч сербов. Хорваты, со своей стороны, утверждают, что сербы всегда предпринимали всё, чтобы подчинить их, пытаясь осуществить проект Великой Сербии. Сегодня, через тринадцать лет после войны в Хорватии, отношения между двумя государствами, которые начали было налаживаться, снова наполнены лютой ненавистью и реваншизмом. Так считает белградский военно-политический обозреватель Любодраг Стоядинович.



Любодраг Стоядинович: То, что сейчас происходит, прежде всего, на эмоциональном уровне и, конечно, на политическом тоже, со всей силой возвращает нас в девяностые годы. Много ран со всех сторон, и верх снова берёт живучий балканский атавизм, который нас постоянно держит в реваншистском напряжении. Он нас постоянно подводит к размышлениям о том, стали ли мы снова жертвами планетарного заговора, где все против нас. Много у нас, сербов, не расчищенных на политическом и эмоциональном уровне проблем с Хорватией, и эти проблемы снова и снова тянут нас вниз. Особенно тогда, когда оживают исторические воспоминания.



Айя Куге: Наша собеседница – белградская журналистка, родом из Хорватии, Таня Тагирова.


Как вы воспринимаете спор Хорватии и Сербии в Международном суде ООН?



Таня Тагирова: Я считаю, что это совершенно нерационально, потому, что так нельзя решить ни одну проблему, существующую между государствами и гражданами наших государств. По-моему, Сербия, её представители, в первую очередь министр иностранных дел Вук Еремич, отреагировали слишком эмоционально, без серьёзного анализа происходящего. К сожалению, иск Хорватии пролежал все эти годы, и Международный суд принял решение забирать этот спор, несмотря на то, что на место Слободана Милошевича давно уже пришли новые власти. В 2001 году, когда на политическую сцену вступило новое правительство во главе с, позже убитым, премьер-министром Зораном Джинджичем, пытавшееся договориться с Хорватией о разрешении спора вне суда, до этого не дошло. И вот теперь бессмысленным способом решается взаимный спор, который открывает старые раны. Такое развитие событий не на пользу ни одной, ни другой политической элите, ни в Сербии, ни в Хорватии. Она таким образом просто снимают с повестки дня реальные проблемы, которые существуют в обеих государствах. Снова бушуют страсти, снова ставится вопрос, кто в чём виноват, кто агрессор, а кто жертва.



Айя Куге: Примирения между Сербией и Хорватией очевидно не произошло. Однако в последние годы заметно, что люди всё-таки начали свободно общаться, что хорваты, посещая Сербию, не скрывают свою национальность, а в Хорватии больше не громят автомашины с сербскими номерами.



Таня Тагирова: Между обычными людьми раны более или менее зажили, – они просто жаждут нормальной жизни и отношений. Это можно увидеть, например, по тому, сколько хорватов, в первую очередь молодёжи, проводят все возможные праздники в Белграде. Раньше для них это был «запрещённый город», о котором они слышали только плохое. А теперь они приезжают веселиться, так как Белград, в отличие от их столицы Загреба, живёт 24 часа в сутки. А хорватская статистика показывает, что минувшим летом в несколько раз возросло число сербов, которые поехали отдыхать на море в Хорватию, несмотря на то, что море там для сербов дорогое, как и для самых граждан Хорватии. По-моему, между людьми проблем не много, но то, что происходит на политическом уровне, может замедлить нормальные процессы отношений между обычными людьми, между народами.



Айя Куге: Кстати, отношения Хорватии и Сербии начали ухудшаться ещё до того, как Международный суд на минувшей неделе принял к рассмотрению спор о совершении геноцида сербским государством. Тихий процесс примирения был подорван, когда весной Белград очень болезненно воспринял признание Загребом независимости Косово, и ещё больше, когда Хорватия, первая среди 15 государств, распорядилась открыть в Приштине своё посольство. Может быть правы те наблюдатели, которые говорят о «холодной войне» между Хорватией и Сербией?



Таня Тагирова: Похоже на то, если смотреть по средствам информации. Многие издания и каналы и с той, и с другой стороны как будто соревнуются, кто скажет больше гадкого про другой народ. Однако на всех остальных уровнях проявляется большая сдержанность – это относится к большинству политиков, но особенно – к бизнесменам и всем тем людям, которые хотят нормализации в регионе. Жизнь продолжается. Идёт торговля, люди встречаются. Сейчас есть опасность, что может замедлиться решение некоторых проблем, стоящих перед Сербией и Хорватией и касающихся именно злободневных проблем маленьких людей. В случае сербов из Хорватии это – возвращение беженцев, возврат им жилья, решение прав на пенсию. Что касается хорватов – осуществление имущественных прав тех граждан Хорватии, которые покинули свои дома в Сербии в военные годы. Этот процесс, подчеркиваю, может быть замедлен, но не может остановиться. Те страшные времена, когда не было никаких контактов и сотрудничества, прошли.



Айя Куге: Мы разговаривали с живущей в Белграде журналисткой из Хорватии Таней Тагировой.


За всю историю Международного суда ООН иск Хорватии против Сербии с обвинениями в геноциде лишь второй подобный случай. Первый был подан Боснией против Сербии. Рассмотрение дела продолжалось 14 лет, и Сербия не была признана виновной в государственном геноциде. Ей вменили в вину лишь то, что она не предупредила геноцид в Сребренице, когда в течение одной недели летом 1995 года армия боснийских сербов во главе с генералом Ратко Младичем убила около восьми тысяч боснийских мусульман. А в случае Боснии, как считают специалисты, против Белграда было намного больше улик.


Ожидается, что для вынесения вердикта по иску Хорватии Международному суду потребуется, по меньшей мере, четыре года. Суд может провозгласить Сербию виновной, и, кроме морального значения, реальным последствием такого решения могло бы быть возмещение Хорватии военного ущерба, которое сами хорваты оценивают в размере 15 миллиардов евро. Однако демократическая общественность и Хорватии, и Сербии считает, что Международный суд не может решить основную проблему: обеспечить примирение двух народов, которое будет настоящим только в том случае, когда каждый из них примет на себя вину за военные преступления, совершённые собственными гражданами и руководствами.


XS
SM
MD
LG