Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Русская неделя в Лондоне утратила былой размах




Дмитрий Волчек: В пятницу в Лондоне завершилась Русская неделя – серия аукционов произведений русского искусства, которые проводили крупнейшие британские аукционные дома «Сотбис», «Кристис», «Макдугалл» и «Бонэмс». С подробностями из Лондона - Наталья Голицина.



Наталья Голицина: Перед началом Русской недели многие эксперты, в связи с глобальным финансовым кризисом, предрекали серьезный спад на рынке русского искусства – резкое падение цен и уменьшение спроса. Однако всё обошлось, правда, не без потерь. Владелец аукционного дома «Макдугалл» Уильям Макдугалл нашел для итогов Русской недели политкорректную формулу: «Не так плохо, как боялись, но не так хорошо, как надеялись». Надежды аукционистов на то, что в ситуации финансового кризиса и падения ликвидности многих ценных бумаг финансисты начнут инвестировать в произведения искусства, не оправдались. «Сотбис», который выручил на этих торгах около 38 миллионов долларов, не сумел реализовать более трети своих лотов. Его самый дорогой лот, картина Михаила Ларионова «Лежащая обнаженная», ушла ниже предварительной оценки, правда, за два миллиона семьдесят тысяч долларов. Восемь картин русских художников были проданы более чем за миллион долларов – в том числе работы Владимира Маковского, Рериха и Поленова. В «Кристис» максимальная цена была выручена за полотно Натальи Гончаровой «Натюрморт с арбузами» - два миллиона двадцать пять тысяч долларов. За девятьсот тысяч долларов была куплена картина Алексея Харламова «Составление букета». К удивлению экспертов невостребованными оказались работы Петрова-Водкина, Малевича, Константина Коровина. О том, как прошли торги в аукционном доме «Макдугалл» в интервью Радио Свобода рассказывает его директор Екатерина Макдугалл.



Екатерина Макдугалл: Мы результатами довольны по двум причинам. Во-первых, мы продали два наших топ-лота, помните, я вам говорила, что Сомов должен уйти при любом кризисе. Собственно, он и продался. Продался Левитан. То есть люди, готовы платить миллион фунтов, остались. Конечно, процент продаж у всех - и у нас, и у наших конкурентов - ниже, чем хотелось бы. Но то, что люди искусство покупать не перестали, это факт, а нам отрадно и то, что по результатам 2008 года мы выросли, по сравнению с 2007-м, несмотря на кризис.



Наталья Голицина: Можно ли говорить о каких-то новых тенденциях на рынке русского искусства на Западе?



Екатерина Макдугалл: Можно. Отрадным фактором, несмотря ни на что, было то, что если некоторые частные коллекционеры побаивались торговаться, очень активно в игру вступили дилеры. Уже, скажем, года три цены, которые существовали на русское искусство, были для дилеров слишком высоки. Получался немножко ненормальный рынок, когда на рынке не было посредников, а торговались как бы непосредственно конечные покупатели. А в этот раз, поскольку цены упали на некоторые работы, то получилось, что в игру вступили дилеры, и я считаю, что это очень положительно. То есть некоторые корректировки нужны. Происходит как бы очищение иммунной системы рынка. А дальше, когда люди привыкнут к этой ситуации, переживут эмоционально, мы посмотрим, что будет. Сейчас к нам приходят многие покупать после аукциона, и они совершенно уверены в том, что через год это все будет стоить гораздо дороже.



Наталья Голицина: Большинство покупателей было из России, из стран бывшего Советского Союза, или им конкуренцию составляют покупатели западные, в частности, из Америки?



Екатерина Макдугалл: Как и прежде, покупатели, в основном, из бывшего Советского Союза. А где они нынче проживают – в Монако, в Англии или в Москве, или сразу в трех странах - это как было, то так и есть. То есть большинство покупателей это люди, у которых советское - свое, что было местом юности и зрелости. То есть покупают люди то, что они запомнили и любят.


XS
SM
MD
LG