Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Бакуриани проходит Международная экспертная конференция по российско-грузинским отношениям


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимают участие корреспондент Радио Свобода Андрей Шарый и Андрей Бабицкий.



Андрей Шароградский: Бывший спикер парламента Грузии, ныне лидер оппозиционное партии "Демократическое движение "Единая Грузия" Нино Бурджанадзе сегодня призвала к проведению в стране досрочных президентских и парламентских выборов. По ее мнению, после августовских событий в Южной Осетии нынешнее грузинское руководство "сильно потеряло доверие в мировом сообществе". Об общественных настроениях в Грузии мой коллега Андрей Шарый побеседовал со специальным корреспондентом Свободы Андреем Бабицким, который в эти дни принимает участие в международной экспертной конференции по российско-грузинским отношениям, конференция проходит в городе Бакуриани.



Андрей Бабицкий: Фактически следов войны нет. Когда мы проезжали Гори, Бакуриане, водитель показывал места, где прошли российские войска, показывал военные казармы под Гори, которые пострадали в результате военных действий, объяснял, где проходит граница, уже фактически новая граница Южной Осетии, на котором стоят российские войска. Скорее, война сейчас присутствует в разговорах как главная тема сегодняшней грузинской жизни, но вот так вот в быту, в каких-то интерьерах, уличных или любых других, ее не видно.



Андрей Шарый: На кого возлагается в этих разговорах ответственность за войну - на Саакашвили, на грузинские власти, которые, по одной из версий, спровоцировали боевые действия, или все-таки на Россию, на оккупанта?



Андрей Бабицкий: Атмосфера общественная в Грузии очень сильно поменялась. Мне кажется, сегодня очень серьезно грузинское общество, по крайней мере, те эксперты, которые пытаются отразить его симпатии и антипатии, говорят о том, что критика в адрес грузинского президента становится открытой после парламентских слушаний, где картина начала военных действий была если не в полной мере, то, по крайней мере, по основным каким-то деталям восстановлена. Фактически Грузия потеряла часть своих территорий, не только мятежные республики сегодня фактически оказались аннексированы, но и еще к Южной Осетии оказались прирезаны какие-то дополнительные земли, это все служит основанием для очень серьезных претензий в адрес Саакашвили. По крайней мере, на слушаниях, которые продолжались три дня, эта критика звучала достаточно часто, говорилось о катастрофических ошибках, которые совершило руководство Грузии. Но это вовсе не означает, то позиция России здесь приветствуется. К России претензий не меньше, ее действия здесь считаются военной агрессией, и я думаю, что это мнение едва ли что-то может изменить.



Андрей Шарый: За недели, прошедшие после войны в Грузии, мне довелось беседовать в эфире, наверное, уже с несколькими десятками тбилисских экспертов, и я получил такое общее ощущение того, что никто не понимает, что же делать теперь с этими мятежными автономиями. Кажется, грузины не готовы внутренне смириться с тем, что эти земли потеряны.



Андрей Бабицкий: Грузин продолжают мучить фантомные боли, они постоянно возвращаются к теме Абхазии и Южной Осетии. И, в общем, пока у них сохраняется вот этот вопрос, который формулируются в тысячах вариантов: что же делать для того, чтобы когда-нибудь, пусть в очень далекой перспективе, эти земли вернулись в состав Грузии. Ну, в общем, звучат и пессимистические оценки о том, что сделать с этим ничего нельзя, надо смириться и обустраивать жизнь в новых границах. Меня поразило само изменение атмосферы, само изменение интонации. Российские эксперты высказывались достаточно жестко, отстаивали право России и на защиту Южной Осетии, и на все дальнейшие действия. Грузинские эксперты внимательно слушали и пытались понять позицию России, для того чтобы попытаться каким-то образом, усвоив ее, выработать механизм коррекции, найти какой-то способ, не знаю, опять-таки в далекой перспективе все-таки вернуться к диалогу. Очень серьезно меняется сама тональность обсуждения августовских событий в грузинском обществе. Уже нет такого однозначного, одномерного ощущения, что Грузия здесь выступает в роли жертвы, а в Россия в роли агрессора. Акценты стали немножко меняться в связи с тем, что все-таки Михаил Саакашвили оказался вот в зоне критики.



Андрей Шарый: Андрей, вы не первый раз уже находитесь на территории Грузии. По сравнению с предыдущими вашими посещениями этой республики что изменилось? Лучше живут грузины, хуже живут грузины?



Андрей Бабицкий: Что касается внешних вещей, в общем, жизнь меняется к лучшему. Явно совершенно лучше становятся дороги, богаче становятся дома. Вот Бакуриани - это, в общем, маленький горнолыжный курорт, там живет 3 тысячи человек, и видно, что все это активно отстраивается, масса новых гостиниц. Приличные магазины, хорошо одетые люди, очень доброжелательная атмосфера. Вообще, есть ощущение, что люди как-то выбрались из чудовищной нищеты, которая здесь, в Грузии, была заметна на каждом шагу еще несколько лет назад. Я думаю, что у людей есть чувство, что они двигаются в верном направлении.



Андрей Шарый: Это лучше, чем в Абхазии, где вы недавно побывали?



Андрей Бабицкий: Конечно, несомненно. Абхазия кажется обветшавшим островком советского быта, прогнившим и задержавшимся в далеком прошлом. Это, наверное, не столько вина абхазов, сколько проблемы, возникшие у этого региона из-за многолетней блокады. Тем не менее, конечно, там совсем другая ситуация.


XS
SM
MD
LG