Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Скандал на церемонии награждения победителей "Премии Кандинского – 2008"


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Лиля Пальвелева.



Андрей Шарый: Московский интеллектуальный бомонд активно обсуждает скандал, омрачивший церемонию награждения победителей «Премии Кандинского – 2008». Церемония состоялась в Центре современного искусства «Винзавод» и была омрачено демаршем лауреата премии прошлого года художника Анатолия Осмоловского и пикетом, который провели левые интеллектуалы, объединившиеся в группу "Что делать?" и социалистическое движение "Вперед". Все они протестуют против награждения художника Алексея Беляева-Гинтовта, - по мнению протестующих, «ультраправого почвенника».



Лиля Пальвелева: Премия Кандинского присуждается за достижения в области современного искусства, и ее устроители приложили немало усилий для того, чтобы премия стала престижной. У нее солидное денежное наполнение, победитель в одной только номинации «Проект года» получает 40 тысяч евро. Говорит руководитель пресс-службы премии Алексей Агуреев.



Алексей Агуреев: В номинации «Лучший проект года победу одержал Алексей Беляев-Гинтовт, медиа-проект – Группа ПГ, молодым художником года была названа Диана Мачулина. Уже второй год подряд Премия Кандинского приглашает ведущих художественных мастеров мирового значения. Философ с мировым именем читает небольшую, но искрометную лекцию. В этом году таким человеком стал Борис Гройс, который снова обратился к теме «Художник и власть». Очень хороший отзыв у публики нашел, скажем откровенно, совершенно хулиганский фильм братьев Четманов, один из которых присутствовал на церемонии. И перформанс, конечно, братьев Гао из Китая – это разбивание молотами статуи жены Мао Цзэдуна и вытаскивание оттуда сердца… Ну, победители вызывали абсолютно разные эмоции. К примеру, вот художник Осмоловский под конце церемонии, когда Борис Гройс вручал основную номинацию Алексею Беляеву-Гинтовту, вскочил и начал кричать: «Позор! Позор!» Видимо, этот художник хотел переключить внимание на себя, в определенной степени ему это удалось, его стали снимать камеры. Люди пытались аплодировать тем словам, которые пытался произносить Алексей Беляев-Гинтовт, он выступил со словами признательности и выражением надежды на продолжение сотрудничества.



Лиля Пальвелева: Тем временем на улице перед «Винзаводом» тоже было неспокойно. Слово – участнику пикета, сотруднику Института Философии Российской академии наук Алексею Пензину.



Алексей Пензин: Организовали пикет, который был связан с протестом по поводу решения жюри включить в список финалистов премии художника Беляева-Гинтовта, который известен, помимо своих художественных достижений, участие в Союзе европейской молодежи, идеологом которого является небезызвестный Александр Дугин. Мы считаем, что эстетика Гинтовта, а также его идеология носят если не фашистский, то явно протофашистский характер, прославляют культ силы, величие России, связаны также с имперскими лозунгами и так далее. И мы считаем, что в данном случае работы этого художника нельзя оценивать по сугубо эстетическим критериям, здесь необходима также политическая оценка. И поэтому мы решили вместе с группой «Что делать?» и группой «Вперед», а также с рядом молодых художников, которые к нам присоединились, всего человек около 20 нас было, мы решили устроить пикет. Мы сделали плакат, на котором было написано: «Кандинскому стыдно!», которые обрамляли свастики и символика дугинского Союза евразийской молодежи. Мы стояли, выкрикивая: «Кандинскому стыдно!» или «Пусть цветут все цветы: деньги, свастики и кресты!» Пикет простоял около 40 минут. Потом пикет атаковали два юноши, которые представились членами Союза евразийской молодежи и пытались сорвать эту акцию, что им почти удалось, потому что они смогли вырвать наш постер-плакат. Пикет, поскольку он длился довольно долго, мы считаем, что его задача была выполнена.



Лиля Пальвелева: Не все члены жюри премии Кандинского были единодушны. Так искусствовед Андрей Ерофеев по многим основаниям выступал против кандидатуры Беляева-Гинтовта. И вот лишь одно соображение.



Андрей Ерофеев: Сам Кандинский очень пострадал от нацистов, как известно. И от коммунистов – его выгнали отсюда, и от нацистов пострадал – бежал в Париж. И человечески, и художественно представлял совершенно противоположные взгляды и позиции. Ни в коем случае никогда Кандинский не поддерживал никакие формы вот такого тоталитарного что ли стиля. Поэтому очень странно, что художник, исповедующий реально взгляды, близкие в какой-то мере фашизму… В чем они близки? Прежде всего в заявленном стремлении отнять независимость у недавно получивших ее бывших советских республик и вернуть так называемые «утраченные территории». Не миром, так войной. Призывы к агрессивному реваншистскому милитаризму, которые произносят на разных сайтах молодчиками со свастикой на рукаве или чем-то подобным, на фоне картина Алексея Беляева. На фоне Кандинского они не будут произносить такие призывы, а вот на фоне Беляева они произносят. Сам Беляев достаточно ангажирован, сам он участвует в политических выступлениях, съездах, рисует плакаты такого типа, например: «Севастополь – русский город», то есть плакаты, призывающие к захвату и возвращению этих земель.



Лиля Пальвелева: На выставке работ, которые были номинированы на премию, были более нейтральные его вещи, именно «Братья и сестры» и «Родина-дочь».



Андрей Ерофеев: Ну, они тоже вполне соответствуют вот этой… Одна картина показывает массу просто, неразличимую массу такую, как бы магму. А вторая показывает вождя или там, я не знаю, эмблему государства, снятую в перспективе, снизу. Вот здесь – вожди, а вот здесь – масса.



Лиля Пальвелева: Подчеркивает Андрей Ерофеев.


XS
SM
MD
LG