Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Атаки на «Мемориал» и альтернативная история России


Ирина Лагунина: Мы уже сообщали о том, что 4 декабря в питерском офисе Научно-информационного центра "Мемориал" был проведен обыск, в результате которого были без описи изъяты все жесткие диски компьютеров и электронные носители информации. Обыск был произведен под предлогом расследования якобы возможной связи «Мемориала» с антисемитской публикацией в одной из газет Санкт-Петербурга. О другой, случившейся в то же время, атаке на «Мемориал» известно куда меньше. Ей посвящен материал моего коллеги Владимира Тольца.



Владимир Тольц: 5 декабря, в день открытия в Москве международной научной конференции "История сталинизма. Итоги и проблемы изучения" президент Фонда эффективной политики Глеб Павловский распространил среди некоторых участников этого форума бумажную версию номера редактируемого им «Русского журнала», посвященного проблемам исторической памяти и отечественной истории. В центре внимания некоторых статей – в частности, и главного редактора Павловского, и ведающего «Отделом интеллектуальных расследований» издания писателя Кирилла Бенедиктова, - оказалось Общество Мемориал – один из главных организаторов конференции по Сталинизму. Утверждалось, что Мемориал поставил перед собой «амбициозную задачу - сформировать национальную политику памяти» (речь идет об исторической памяти- вт) и что он сам являет собой «неудавшаяся попытку политики памяти», что исповедуемый им «антисталинизм» это «катастрофа на старте», утверждает «метод "хулилища" в поле стратегий русского историописания» а сопоставления сталинизма и фашизма в начале 1990х гг. «разрушали «"иммунную систему" страны, которая и без того переживала жестокий кризис собственной идентификации». Ну, и так далее.


Внимательно отслеживающий такого рода историографические новинки заместитель главного редактора веб-сайта «Полит.Ру» Борис Долгин рассказывает об этом выпуске «Русского Журнала» так:



Борис Долгин: Часть, некоторый блок материалов наиболее прямо оказывается привязан к «Мемориалу», от действительно, понятно, главной статьи номера, статьи Глеба Павловского, через некоторый материал господина Кирилла Бенедиктова, достаточно важного, очень идеологически насыщенного текста с попыткой рассказать об истории «Мемориала» с очень четкими идеологическими настройками, установками, которые есть смысл забрать. И конечно, третий идеологически насыщенный материал номера – это интервью с Александром Филипповым. Речь идет, конечно, не об известном и авторитетном социологе Александре Филиппове, а о политтехнологе, который является автором скандально известного «Пособия для учителя», а потом и учебника по истории 20 века. Почему я сказал о значимости второго материала Бенедиктова? Потому что есть ощущение, что именно этот материал должен был стать и стал некоторым стержнем, на который нанизываются иные материалы этого выпуска. Он должен связывать и мысль передовицы руководителя «Русского Журнала» Глеба Павловского, где речь идет о том, что «Мемориал» якобы провалил политику памяти. С другой стороны, он подверстывает к проблеме политики памяти в видении «Мемориала» вопрос о якобы присутствующем тезисе у «Мемориала» о коллективной ответственности и сюда подверстываются тексты из других европейских стран о том, как проблемы у них освещаются. То есть это такой некоторый центральный материал.



Владимир Тольц: От многих из тех, кто успел прочесть этот выпуск «Русского Журнала» еще в ходе конференции по истории сталинизма, мне довелось слышать суждение, что не только с конференцией он связан – вместе с питерским обыском это-де такая комбинированная атака на «Мемориал».



Борис Долгин: Да, есть ощущение, что это не просто спецвыпуск о политике памяти, но еще наряду с питерскими событиями некоторый такой анонсирующий конференцию материал, материал, призванный как-то снизить значимость мероприятия. Хотя сам «Русский Журнал» информировал о мероприятии и сделал отчет с него, но все-таки снизить значимость мероприятия и особенно снизить значимость «Мемориала», попытаться его маргинализировать некоторым образом. Как если обыск путем некоторой криминализации структуры, то здесь в материале Бенедиктова сначала делается попытка продемонстрировать якобы всемогущество «Мемориала» на протяжении 90 годов и резкое снижение значимости, чуть ли не общественная смерть организации в последние годы.



Владимир Тольц: Так считает зам.главного редактора Полит.Ру Борис Долгин. Мнение одного из организаторов конференции по истории сталинизма, к которой Глеб Павловский приурочил публикацию антимемориальского выпуска «Русского журнала» – генерального директора Российской политической энциклопедии Андрея Сорокина.



Андрей Сорокин: Если Павловский говорит в своем материале о политике «Мемориала», то, наверное, это не совсем правильно и не совсем точно. «Мемориал» не политическая организация - это организация просветительская и правозащитная. Поэтому говорить о некоторой политической линии можно, но все-таки, наверное, не так с размаху, а выстраивая точно цепь логических умозаключений.



Владимир Тольц: Тут стоит, пожалуй, напомнить то, что говорил на конференции по сталинизму по поводу «политики исторической памяти» председатель правления Мемориала Арсений Рогинский:


…едва ли не самый важный институт конструирования коллективных представлений о прошлом – школьный курс истории. Здесь (а также в значительной части публицистических и документальных телепередач) государственная историческая политика, (…) вполне активна. Ее характер, впрочем, заставляет задуматься над тем, что пассивность по отношению к исторической памяти не столь опасна, как использование истории в качестве инструмента политики.


Так нужна ли государственная «историческая политика»? – Мне отвечает заведующий кафедрой истории российской государственности Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации Рудольф Пихоя.



Рудольф Пихоя: Существуют разные точки зрения на необходимость введения в России де-факто существующей в России политики национально-исторической памяти. Первый вопрос: существует сейчас государственная политика исторической памяти? Я думаю, что сейчас скорее можно говорить о том, что она формируется. Элементами формирования такой политики стало прежде всего признание череды так называемых воинских праздников, государственных праздников. Вот то, что это введено указами, оформлено законами – это само по себе своего рода системообразующее для государственной программы исторической памяти. Задача представляется достаточно актуальной по одной самой простой причине - по существу сейчас Россия вступила в новый этап своей истории. Старые праздники, которые без малого 80 лет были государственными праздниками, которые стали, как бы мы к ним ни относились, частью обыденной жизни, традиционной культуры, я не говорю о содержательном элементе 1 мая или 7 ноября, но в общем отмечали все, то сейчас все это дело разрушено. Сейчас возникает вторая проблема, как создать эту систему. Это важная задача. Потому что нельзя же себе представить Соединенные Штаты Америки без 4 июля, нельзя себе представить Францию без празднования дня взятия Бастилии, а в России все Бастилии были разрушены, вместе с ними были разрушены все такие системообразующие элементы памяти, государственной памяти. Хотим, не хотим, но восстановление государственности, а мы должны говорить именно о восстановлении государственности после 92 года, оно ставит государственные программы такого рода.



Владимир Тольц: Так вот и складывается впечатление, что, затаптывая «Мемориал» и его достижения, Павловский и компания и хотят оседлать этот процесс… Андрей Сорокин говорит мне на это:



Андрей Сорокин: Володя, я думаю, что дело даже в другом. Я думаю, что Глеб самостоятельно или выполняя чей-то заказ, думаю, что начинается кампания по вытеснению «Мемориала» с этого поля. Судя по всему, желание и готовность разбираться и участвовать в этой теме у него есть. Но вполне допускаю, что для него, скорее всего для кого-то еще «Мемориал» является нежелательным субъектом на этом поле. Думаю, что многое объясняется именно этим.



Владимир Тольц: Журнальная атака на «Мемориал», дополняющая силовую – обыск в Питере. Ясно, что продолжение последует.
XS
SM
MD
LG