Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

«Моя надежда – на «офисный планктон». Гость студии - главный редактор газеты «Труд» Владимир Бородин


Елена Рыковцева : Могут ли газеты помочь своим читателям во время кризиса? – вот о чем будет наш сегодняшний разговор с главным редактором газеты «Труд» Владимиром Бородиным.


И мы задаем вам вопрос, уважаемые слушатели: какого рода информации о текущем моменте не хватаем вам сегодня в газетах?


Вы также можете задавать свои вопросы главному редактору газеты «Труд». Это совсем новая газета, не тот «Труд», который вы знали раньше. И мне было бы также интересно услышать тех читателей, которые знакомы с прежней газетой «Труд» и могут сравнить ее с нынешней. Хотя я думаю, что там даже сравнивать нечего, там абсолютно две разные плоскости. Но все равно интересно. Может быть, найдутся такие люди. И мне также интересно, видите ли вы газету «Труд» в киосках. Потому я сейчас сказала Владимиру, что в трех киосках, мимо которых прошла сегодня, не было этой газеты ежедневной, по крайней мере. Он пообещал сделать нагоняй своей службе по распространению. И вот вопрос: стоит ли ругать людей зря, может быть, это мои три киоска так меня подвели, а вы эту газету видите? И люди не пострадают, таким образом, если вы нам об этом скажете.


Владимир, поскольку впервые мы с вами встречаемся вот в этой роли... Я напомню, что Владимир Бородин до этого работал главным редактором газеты «Известия». В роли главного редактора газеты «Труд» он к нам еще не приходил. Газете 9 месяцев, вот в этом новом формате...



Владимир Бородин: На самом деле, газете 87 лет.



Елена Рыковцева : Да-да.



Владимир Бородин: Но мы просто осуществили обновление ее в начале этого года.



Елена Рыковцева : Полное, тотальное.



Владимир Бородин: Да, полное обновление. И действительно, в новом виде она выходит с 26 февраля.



Елена Рыковцева : И правильно ли я формулирую, что если раньше газета «Труд» была для людей, действительно, труда, скорее, даже физического, потому что мы знаем, что подписывались на нее фабрики, села, заводы, колхозники – именно для трудящихся, то теперь это, скорее, газета для тех, кто хочет работать вообще, газета о работе, не для людей труда, а газета про работу, так или нет?



Владимир Бородин: Ну, и так, и не так. Газета «Труд» всегда, ну, в советские времена была газетой профсоюзов, газетой для людей труда, в самом широком смысле этого слова. Поскольку известно, какой труд у нас был, - пролетарский, сельскохозяйственный и интеллигентский...



Елена Рыковцева : Не в очень широком смысле. Для людей писательского труда вряд ли она играла роль.



Владимир Бородин: Ну, на самом деле, Лена, я думаю, что вы помните, что где-то в 1989-1990 годах тираж ежедневной газеты «Труд» был 21 миллион 500 тысяч экземпляров.



Елена Рыковцева : Да.



Владимир Бородин: Это рекорд Гиннесса. И это, действительно, уникальный пример в мире, других таких примеров нет среди ежедневных газет. Потом, естественно, все мы прекрасно помним, что происходило со страной и с институтом подписки, и с ежедневной прессой, и так далее. И газета, скажем так, переживала не самые лучшие свои времена. Газета в каком-то смысле потерялась, непонятно было, для кого она. Очень много было читателей этой газеты среди пенсионеров. В этом смысле сложно было ее предложить рекламному рынку. Для рекламодателей эта газета была, скажем так, периферийной.



Елена Рыковцева : Потому что малообеспеченная аудитория ее покупала.



Владимир Бородин: Малообеспеченная аудитория, да. Собственно, газета не была сфокусирована, не имела какого-то своего лица что ли, в том смысле, который нужен рекламодателям. И это одни из причин, почему мы решили осуществить так называемый «перезапуск» (на профессиональном сленге). И сейчас эта газета... у нас даже под логотипом газеты написано «Газета о работе и жизни». Да, эта газета о работе и жизни, это ежедневная газета, которая газета общего интереса, газета новостная, поскольку она ежедневная. Но и газета специального интереса, в том смысле, что там появилась секция «Работа», а это 8 полос в день, про разную-разную трудовую тематику.


Не могу с вами согласиться, что эта газета уже не для производственников.



Елена Рыковцева : Да, не для той аудитории.



Владимир Бородин: На самом деле, у нас очень широкая и география распространения, и тематика. Это, на самом деле, по-настоящему газета федеральная, потому что у нас 27 корпунктов печати.



Елена Рыковцева : Как была, так и осталась федеральной?



Владимир Бородин: Конечно. И с точки зрения пропорций тиража, и конечно, распространение ее в регионах в значительной мере. Эту газету читают на крупных производствах – на «Норникеле», на «КамАЗе» и так далее, и так далее.



Елена Рыковцева : И считают ее своей?



Владимир Бородин: По крайней мере, по тем откликам лестным и нелестным, которые я получаю, я понимаю, что читают ее, в том числе, и там.



Елена Рыковцева : Вот давайте остановимся. Меня-то больше нелестные отклики интересуют, и вот в каком смысле. Или, наоборот, лестные. Есть ли люди, которые знали ту газету и не ругают эту? Знали и любили ту газету, и не очень страдают от того, что появилась новая? Есть такие люди?



Владимир Бородин: Конечно. Вы знаете, мне сложно сказать вам, сколько это человек, или пропорциональное соотношение какое-то вывести...



Елена Рыковцева : Нет, не нужно цифр. Но вы знаете таких людей?



Владимир Бородин: Во-первых, на нашем сайте « TRUD . ru » есть мой форум, где люди могут задавать мне вопросы, и я на них отвечаю. В самом начале нашей новой жизни я просто сидел на телефонах и отвечал на звонки вместо секретаря. Вот у меня был такой опыт: несколько дней я отвечал на звонки разгневанных или не разгневанных наших подписчиков и читателей и объяснял им, что, собственно, имеется в виду...



Елена Рыковцева : Что они держат в руках.



Владимир Бородин: ...и почему я считаю (а я в этом абсолютно уверен), что эта газета и им тоже интересна, людям, в том числе, старшего возраста, которые должны понимать, где они находятся, в какой стране они живут, и адаптировать своих детей, своих внуков к изменившимся условиям. Это очень важная вещь. Потому что газета «Труд» несколько лет назад все-таки была, скорее, обращена в прошлое, чем в настоящее и завтрашнее.


Более того, я публиковал в газете свой личный « e - mail », свой адрес электронной почты, и тоже напрямую общался с читателями. И звонки постоянных подписчиков и читателей «Труда», которые знали газету несколько десятков лет, и которые остались с этой газетой и сегодня, они, действительно, были. И их было ни один, ни два и ни три. Это не были единичные случаи. Что меня, конечно, радует. Это значит, что люди меня услышали.



Елена Рыковцева : Значит, вы ее плохо переформатировали, не до конца.



Владимир Бородин: Нет, я не согласен.



Елена Рыковцева : Раз ее узна ют все еще.



Владимир Бородин: Нет-нет, Лена. Дело в том, что газета была, конечно же, так называемой «газетой влияния», с ней считались, с ней считаются и сейчас. Изменился формат, но не изменилась ее функция, ее роль и ее влияние. Это я чувствую по себе, я чувствую, когда общаюсь с ньюсмейкерами разного уровня и в регионах, и в Москве, и это, действительно, так.



Елена Рыковцева : То есть ни в какой бюллетень она не превратилась?



Владимир Бородин: Ну, по крайней мере, мы сделали все, чтобы этого не произошло. Вот сейчас уже конец года, поэтому мы можем промежуточные какие-то итоги подводить. Аудитория наша выросла, и это показывает Gall u p, российская аудитория увеличилась больше, чем на 5-10 процентов. Качественный состав аудитории изменился очень серьезно. Действительно, процентов, я думаю, 25-30 пенсионеров от нас ушли, а 25-35 процентов людей 35-40-летних пришли. Поэтому изменения, действительно, произошли, и изменения мы чувствуем, и чувствуют их все наши партнеры.



Елена Рыковцева : Очень хорошо! Владимир, есть, конечно, ощущение, что кольцо сжимается.



Владимир Бородин: Конечно.



Елена Рыковцева : Потому что за последние несколько дней (расскажу две ситуации) я встретилась со своей подругой, не видела ее сто лет, и вот она рассказывает. Отдельно взятая семья: ее муж, ее дети. И взрослый сын ее мужа, который потерял работу. Он получал очень хорошую зарплату – 5 тысяч долларов. Никаких накоплений не делал. Они просто хорошо и широко жили этой семьей. Его жена никогда не работала. У него двое детей. Он занимался маркетингом, продвижением товаров. Это раз.



Владимир Бородин: Да, теперь это «расстрельная» профессия.



Елена Рыковцева : Да. Второе. Ее дочь замужем за специалистом по рекламе, который тоже в конце года теряет работу. То есть в одной очень обеспеченной, состоятельной до сегодняшнего дня семье уже два мужчины, в общем, два кормильца, и у обоих дети, потеряли работу.


А также мы с Александром Акоповым разговаривали, в общем, достаточно празднично с нашими слушателями в прошлый понедельник о сериалах, о прекрасных рейтингах, которые имеет сериал «Монте-Кристо». Но оказалось, что с 1 января Александр Акопов вешает замок на дверь своей компании «АМЕДИА». И та часть людей, которая все-таки осталась еще формально на работе, уходит в отпуск за свой счет, и как минимум, до 1 марта они будут в этом отпуске гулять. То есть ого-го чего делается-то.


И каковы действия вашей газеты? Вы успокаиваете, вы, наоборот, бьете тревогу? Что вы делаете?



Владимир Бородин: На самом деле, я-то считаю, что в кризисные времена выживут те газеты, которые ровно и будут помогать своим читателям, своим потребителям...



Елена Рыковцева : ...справиться с этим.



Владимир Бородин: Да. Мы с сентября этого года публикуем ежедневно много материалов, посвященных кризису, борьбы с ним. У нас есть рубрика, тогда же и введенная, «Труд против кризиса». И мы в ежедневном режиме мониторим все сокращения, все нарушения, которые работодатели, соответственно, умудряются совершить, и так далее. То есть у нас развернуты все орудия наши журналистские в эту сторону.



Елена Рыковцева : И юридические?



Владимир Бородин: И юридические в том числе. У нас есть колонки психолога, рекрутера, юриста. И все они сейчас пишут в основном про то, как нашим читателям справиться с кризисом. Мы публикуем рейтинги компаний, которые увольняют больше всего людей. Мы публикуем конкретные судебные...



Елена Рыковцева : Такая «Доска позора».



Владимир Бородин: И «Доска позора», и почета, как угодно назовите. На самом деле, очень много всего происходит. И действительно, мы можем уже сказать, что... я думаю, что речь идет о сотнях тысяч людей, которые потеряли свою работу с сентября этого года. И пока что эти темпы, они не сбавляются. На самом деле, государственная статистика, ну, не то, что лукавая, просто она в силу своей инерционности не оперативно реагирует на реальность. А реальность такова, что, действительно, по нашим подсчетам, от 30 до 50 процентов предприятий частных в России сокращают своих сотрудников. Процентов 30 сокращают зарплаты оставшимся сотрудникам. Соответственно, от так называемых социальных пакетов – это телефоны мобильные, страховки или что-то еще, отказываются процентов под 80. Просто, на самом деле, сейчас происходит существенный пересмотр основных каких-то параметров жизни, потребления, стиля жизни и отношения к работе. Потому что если начало года – я бы сказал, что это рынок соискателя, и соискатель мог выбирать себе компании, то сейчас, конечно же, конец года – и это рынок уже работодателя. Работодатель выбирает себе сотрудников, а не наоборот.



Елена Рыковцева : Иногда это бывает хорошо, конечно, иногда...



Владимир Бородин: А на самом деле, Лена, в кризисе всегда так. Понятно же, что когда выпускник журфака приходит в редакцию московскую и начинает разговор с 50 или с 45 тысяч рублей в месяц зарплаты, - это ненормально, и это всем понятно. И на самом деле, то, что времена совершенно непонятного «зарплатообразования», не привязанного ни к эффективности труда, ни к производительности труда, ни к чему, то, что эти времена проходят, это хорошо, объективно хорошо для бизнеса и для экономики. А то, что у нас безработица грозит быть очень существенной, - это плохо, потому что это может привести к очень серьезным социальным потрясениям в 2009 году, на самом деле, к серьезным потрясениям.


Сейчас основная головная боль, а мы очень внимательно за этим следим, - это, конечно, градообразующие предприятия, где работает весь город. Соответственно, в этом городе живут работники предприятия и члены их семей. И если предприятие сокращается на 20 процентов, то это значит, что треть города остается без денег, без средств к существованию. И это однозначно будет приводить к серьезным социальным потрясениям, если что-то с этим не делать уже сразу и сегодня. Потому что такие тенденции происходят. И мы с вами прекрасно знаем, что происходит в Набережных Челнах, например, на «КамАЗе», где сокращены пока 5 тысяч человек, ну и все эмоции, с этим связанные. И так далее. Практически любой регион крупный возьми – или это 4-дневная рабочая неделя, или это отпуск за свой счет до марта, как в случае с «АМЕДИА», или это серьезные сокращения – 10-15-20-процентные – сотрудников, и так далее.


Все, на самом деле, очень и очень печально. И если вы спрашиваете – успокаиваться или не успокаиваться? – то ни в коем случае не успокаиваться.



Елена Рыковцева : Ни в коем случае. Вот сегодня в «Коммерсанте» публикация называется «Обвальное стало явным». Страшные цифры! «Сегодня будут опубликованы, - пишет газета, - данные Росстата о масштабах сокращения промпроизводства в ноябре 2008 года – оно упало на 8,7 процента. Если ноябрьские данные не завышены, впереди – промышленная катастрофа, которая превзойдет по масштабам кризис 1998-1999 года».


И вопрос к вам, Владимир. Вот сегодняшние заявления руководителей государства, министров, чиновников вас удовлетворяют?



Владимир Бородин: Нет, конечно.



Елена Рыковцева : Это все неправда – то, как они разговаривают? Кудрин говорит: «У нас нет и не будет рецессии». А как же назвать вот это все?



Владимир Бородин: Я думаю, что рецессия – это уже реальность. Но я не могу сказать, отвечая на ваш вопрос, что все, что говорят наши чиновники, наши министры, это неправда. Ну, это в зависимости от того, что они говорят. По поводу рецессии – да, неправда. Она уже фактически есть. Убаюкивающие настроения и самовнушения «все хорошо, прекрасная маркиза» - конечно, себя они могут этим успокаивать, но боюсь, что люди, которые идут к обменному пункту, уже не идут на работу и идут в магазин, они как-то этим заявлениям не верят.


Я считаю, что действия власти частично эффективные, но по большому счету – нет. Потому что я не вижу никакой стратегии, стратегического решения России в борьбе с кризисом. Я считаю, что это пока что тушение пожара деньгами, которое в краткосрочной перспективе может принести эффект, а в долгосрочной, думаю, нет.


Что касается рынка труда, то, да, слава Богу, саму по себе тему услышали, понимают, что... первое, что приходит в голову любым бизнесменам, - это сворачивание фонда оплаты труда, сокращение каких-то расходов на персонал и прочее, прочее. И это скажется, во-первых, на людях, во-вторых, на рынке потребления в России, что, в свою очередь, приводит к изменениям на рынке товаров и услуг, к производительности, ну и так далее. Поэтому проблему заметили, но никаких эффективных решений этой проблемы на данный момент нет. Более того, в кулуарах (то, что я слышу или когда разговариваю с кем-то) я говорю: «Как же так, вот офисные сотрудники, что называется, средний класс, - это люди, которые составляют костяк читателей газеты «Труд», они-то, на самом деле, будущее страны. И они-то, на самом деле, больше всего сейчас и страдают от этого кризиса. Что вы им предлагаете? Как вы будете им помогать – советами, деньгами или чем угодно?». А в кулуарах говорят: «Ничем». Затянуть пояса, зубы сомкнуть – и вперед. «Сама, сама». Так что еще раз повторю, проблему поняли, но рецепта не предложили.



Елена Рыковцева : А можно ли то, что мы видим сегодня, назвать полным провалом экономической политики Владимира Путина?



Владимир Бородин: Нет.



Елена Рыковцева : Почему?



Владимир Бородин: Потому что до середины этого года экономика развивалась объективно.



Елена Рыковцева : Ну, что значит – объективно? Она развивалась хорошо благодаря высоким ценам на нефть. Это, как заклинание, говорили многие экономисты.



Владимир Бородин: Но это объективно...



Елена Рыковцева : Так объективно они и были высокими. И все время стоял вопрос: что вы сделали для того, чтобы застраховать страну, если они вдруг рухнут? Так что - сделали что-то, чтобы застраховать страну? Кроме того, чтобы вбрасывать сейчас безумные деньги в банки.



Владимир Бородин: Ну, мне кажется, что все-таки что-то делали. Это видно и по росту производительности, и по росту ВВП. Я бы так огульно не говорил, что это провал, и кроме цен на нефть больше ничего у нас, собственно, и не было. Не думаю. Я думаю, что...



Елена Рыковцева : ...что что-то еще было.



Владимир Бородин: Да, что-то все-таки еще было.



Елена Рыковцева : Хорошо. Я не против.



Владимир Бородин: Нет-нет, это сухой анализ. Я разговаривал на днях с аналитиками крупных инвестиционных банков, и западных в том числе. И мы говорили по поводу металлургических производств больших в стране, мы говорили по поводу машиностроения. Ну, не в смысле машинок наших «ЛогоВАЗов», а в смысле машиностроения. Мы говорили по поводу крупных производств. Безусловно, движение экономики позитивное было. Если бы этого не было, то не было бы и иностранных денег, не было бы и голосования долларом со стороны западных инвестиционных банков, в том числе. Другое дело, какие были риски, и политические в том числе. Другое дело, как мы «помогали» на фоне кризиса, например, признанием Абхазии и Осетии. Ну, помогали, в смысле, сбежать с наших рынков. Другое дело, как мы «кошмарили» западников и наших отечественных инвесторов



Елена Рыковцева : Своих же.



Владимир Бородин: ...всякими «Мечелами», ЮКОСами и всем остальным. То есть тут, бесспорно, постарались по полной программе. Но сказать, что это провал, что мы не делали ничего, я не могу.



Елена Рыковцева : Понятно. Хорошо. Владимир, вот вы все говорили о том, что выходов не предлагают. Мы сегодня получили письмо лидеров «Единой России» (несколько человек подписали это письмо) к руководству, видимо, страны. Вот они предлагают выход. Во-первых, они возмущены тем, что «последние годы страна копила деньги, копила специально для сегодняшнего дня - до мирового финансового кризиса, который пошатнул нашу экономику, наши финансы. Стабфонд, резервы - все это средства, которые предназначены не просто для каких-то важных проектов. Эти деньги - шанс России. Шанс на скачок в развитии. Однако то, как и с какой скоростью расходуются средства, собранные за годы, заставило нас, группу депутатов и членов партии «Единая Россия», открыто заявить о своем несогласии с проводимой чиновниками Минфина политикой. Мы уже потратили сотни миллиардов, но это не остановило кризисных тенденций. Даже если российские банки решат свои проблемы, но ипотеку будут предлагать под 25 процентов годовых, строительная отрасль никогда не поднимется».


И вот что же они предлагают? «Мы убеждены, что есть более эффективный путь борьбы с кризисом, и мы знаем, какой именно. Поддержать тех, кто в этом особенно нуждается - пенсионеров и инвалидов, многодетные семьи и людей, потерявших работу, бюджетников. Лучшее время сделать это - сегодня! Увеличив реальные доходы людей, мы вернем людям уверенность, экономике - рост. Мы должны приступить к этому немедленно. Повышение реальных доходов - самый справедливый, понятный гражданам и прозрачный способ стимулирования экономики».


Владимир, и как вам это? Вот выход из кризиса...



Владимир Бородин: Ну, во-первых, здесь есть две мысли, как ни странно. Обычно их бывает меньше. Мысль первая. Действительно, по линии денег, то есть критика властей, с чем я, например, не согласиться не могу.



Елена Рыковцева : Это правда, да.



Владимир Бородин: Мысль вторая: деньги надо раздать, и это будет очень эффективно.



Елена Рыковцева : И тогда люди начнут покупать что-то, и поднимется производство...



Владимир Бородин: Если даже деньги раздать, что, кстати, приведет к инфляции, то есть эти деньги розданные, они просто обесценятся, и деньги, конечно, никуда не будут потрачены. В лучшем случае, они будут потрачены на мешок картошки, ящик соли...



Елена Рыковцева : Если не водки.



Владимир Бородин: Да, если не водки. То есть, на самом деле, социалистическая, абсолютно прогнозируемая история. Подписанты - насколько я понимаю, это левое крыло «Единой России». А левое крыло «Единой России» обязано по своей сути критиковать правое крыло правительства, чем они и занимаются. То есть для меня это письмо – никакой не сюрприз, а просто вот господа отрабатывают то, чего должны отрабатывать. Вот и все.



Елена Рыковцева : Я, вообще-то, ни в какие крылья в «Единой России» не верю. Она единая и неделимая. И тут Исаев, Рязанский, Шувалов – это все люди в руководстве партии.



Владимир Бородин: Но из левого крыла.



Елена Рыковцева : И они одинаковые все. Да ладно вам с крыльями! В «Единой России» левое крыло... Ну, слушайте, мы же не газетную заметку пишем с вами.



Владимир Бородин: Подождите! Ну, как бы факт...



Елена Рыковцева : Вы еще скажите, что у них дискуссия в партии, что они при голосовании в Думе делятся на две части...



Владимир Бородин: Нет, дело не в дискуссии в партии, во что я тоже не верю, и считаю, что это декорация, скорее, чем конструктивная дискуссия. Просто есть люди, которые отвечают за разные темы. Вот Исаев отвечает за тему социальную, и он по своему происхождению был связан с профсоюзами. Поэтому еще раз говорю, в силу своего позиционирования внутри партии, если угодно...



Елена Рыковцева : Им положено. Понятно.



Владимир Бородин: Да, им положено. Можно их не называть «левым крылом», но просто это люди, которые должны со своих взглядов критиковать либералов правительства. Вот и все.



Елена Рыковцева : Меня-то, конечно, просто немножко пугает, что люди, которые, действительно, держат всю власть в стране, на полном серьезе шарашат такие письма и такие идеи: давайте мы раздадим деньги – и тогда у нас закончится кризис.



Владимир Бородин: Лена, не будьте такой наивной. Это же популизм и это политика.



Елена Рыковцева : Но популизм – это когда люди на выборы идут. А когда они реально распоряжаются...



Владимир Бородин: Нет, конечно. Это популизм чистой воды: «Мы в партии «Единая Россия» за то, чтобы вам, несчастным, раздать деньги в кризисный момент». Вы о чем?!..



Елена Рыковцева : «А этот Кудрин, он против, супостат».



Владимир Бородин: «А Кудрина нужно срочно убирать из правительства». А когда, кстати, в 2009 году ситуация обострится, - а я думаю, по крайней мере, по всем тенденциям, которые сейчас есть, она обострится, - и сами будут говорить: «Я говорила! Я говорила, надо было Кудрина убирать, а деньги раздавать, надо было слушать меня».



Елена Рыковцева : Так они же имеют юридическую возможность сесть, написать законопроект «давайте раздадим деньги» и принять его. И Кудрин будет обязан это выполнить.



Владимир Бородин: В этом разница между популизмом и не популизмом. Вот популизм (а я убежден в том, что это - популизм) ведет к тому, что будет много всего сказано по этому поводу, в том числе и нами с вами вот сейчас, но ни к какому законопроекту, естественно, это не приведет. Вот и все.



Елена Рыковцева : Это просто такая реклама «Единой России», как партии, которая заботится об интересах... Но они сами понимают при этом внутренне, что никакой законопроект они писать не будут.



Владимир Бородин: Естественно.



Елена Рыковцева : Они просто покричат, пошумят, чтобы мы об этом тоже поговорили. Хорошо.


Кирилл из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Вот продлевая ваш разговор, надо понимать, что Кудрин и правительство не знали, что делать, когда были деньги. Естественно, они теперь не будут знать, что делать, когда их нет.


Ну а по поводу вложения денег я думаю, что правительству сейчас нужно развивать первые и основные области – это национальные программы, о которых они кричали, по строительству жилья...



Елена Рыковцева : Да, что-то подзабыли про эти национальные проекты все уже.



Слушатель: Да-да. Причем вот сейчас, в этот кризис как раз это новые рабочие места, это строители, это обеспечение жильем граждан, то есть уменьшение цен на рынке, если будет больше жилья.


Ну а чего не хватает в вашей газете, так это сравнительного анализа, сколько у нас стали строить жилья за время правления Путина, по сравнению с Европой, в квадратных метрах каждый год, сколько новых рабочих мест и в каких сферах были открыты, по сравнению с Европой. То есть надо сравнивать с другими странами, например, с Китаем. В Китае за это время 30 заводов автомобильных открылись своих собственных, а у нас ни одного собственного завода не было.



Владимир Бородин: Кирилл, спасибо огромное. Ну, мы сравниваем с разными странами, но будем стремиться сравнивать и по тем параметрам, которые вы назвали.


По поводу вашего предложения, как бороться с кризисом по жилью. По жилью – не уверен. Но по поводу инвестиций, крупных государственных инвестиций в инфраструктуру, в инфраструктурные проекты и строительство дорог, и в строительство ЛЭП, и железных дорог, и так далее – однозначно. То есть не одна страна в мире уже этот путь проходила, от Америки Рузвельта до всех прочих, и Германия, если угодно, Европа послевоенная и так далее. Именно государственные деньги, направленные в инфраструктурные проекты, давали рабочие места и давали экономике другой, частной экономике, которая создается на основе этой инфраструктуры, развиваться и тащить экономику страны в целом вверх.



Елена Рыковцева : Владимир, я очень важный вопрос, кстати сказать, упустила во время нашего разговора о газете. Сейчас еще такая тема звучит, что, да, 100 тысяч человек уволены, но при этом 500 тысяч пустых рабочих мест свободных. Вот сегодня это, действительно, так? Вот то, что вы предлагаете в вашей вкладке вакансий, это реально? Человек может открыть газету, позвонить, и это место есть?



Владимир Бородин: Абсолютно точно. У нас вкладки вакансий в газете нет, у нас есть на сайте достаточно большой по стране раздел вакансий с абсолютно реальными предложениями. У нас есть и реклама в газете от ведущих компаний страны...



Елена Рыковцева : И на сегодняшний день это предложение сохраняется?



Владимир Бородин: Да, сохраняется. И я могу так сказать, что, конечно, в меньшем объеме, чем было раньше, но, конечно, сохраняется. В целом я могу сказать, что по рекламному рынку вакансий, конечно, уже проседание есть. Мы не специализируемся исключительно на этом сегменте рынка, поэтому для нас это не так чувствительно. А для компаний и газет, которые как раз специализируются на этом... да, это платные или бесплатные газеты без контента вообще, а только про вакансии, и конечно, для них это очень серьезная история, и они там всякие антикризисные меры предпринимают.



Елена Рыковцева : Хорошо. Владимир из Московской области, здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. Я хочу ответить на ваш вопрос, какой информации мне не хватает. Во-первых, такой профессиональной информации по поводу анализа сегодняшней ситуации экономической и социальной. А почему профессиональной? Потому что многие аналитики, которые привлекаются, они высказывают свое мнение. И в этих мнениях есть рациональные зерна, а есть очень много вокруг рассуждений. А вот мне нужно, чтобы была редакторская работа, которая именно рациональное зерно и выделяла бы. И мне не надо читать мнение одного человека на страницу, а мне лучше на странице дать десять мнений, но из них выделить зерно – и тогда я пойму, может быть, что вообще происходит анализ этого мероприятия.



Владимир Бородин: Спасибо.



Слушатель: И вот что еще интересно. Вот вы говорите, что у нас при Путине вроде был подъем экономики и так далее. Я согласен, что был подъем, но было объективно запрограммировано этим подъемом, чтобы были деньги в стране.



Владимир Бородин: Да, конечно.



Слушатель: И проблема России заключается в том, что мы сейчас, допустим, в построении вертикали повторяем путь СССР. Когда у нас были деньги, страна...



Елена Рыковцева : Мы не умеем жить и строить экономику без вот этих безумных денег, не умеем до сих пор.



Владимир Бородин: На самом деле, знаете, это любопытная история. Спасибо большое, Владимир, за информацию по поводу аналитики. Ну, я с вами соглашусь, я тоже аналитику люблю, и она есть в газете у нас. В завтрашнем номере будет аналитика по рынку недвижимости, что будет с ценами на жилье в следующем году. И это тоже отдельная история, и очень любопытная.


Что касается того, что не можем мы жить без нефтяных денег или в режиме экономии, да, это общее место, и все как бы с ним соглашаются, чертыхаясь на всех нас, на страну, на народ и так далее. Но если все-таки в позитивном ключе смотреть на то, что происходит у нас на разные примеры в регионах... Я просто не так давно общался с Валерием Павлиновичем Шанцевым, губернатором Нижегородской области. И он любопытную мне вещь сказал по поводу... У него есть один завод в области стекольный, который купили японцы, и это стекло производится для автомобильного рынка нашего и не нашего. Так вот, японцы специализируются как раз на производстве стекла. И у них есть 28 заводов по всему миру. Завод российский стоит на первом месте по производительности труда, по соотношению себестоимости, то есть по соотношению зарплаты, сколько человек получает, и сколько он производит, и какого качества. Это к вопросу о том, можем ли мы работать или не можем мы работать. Это один из примеров. На самом деле, таких примеров достаточно много. Не могу сказать, что сотни, но я могу перечислить несколько уж точно.


Мы можем работать. И есть такое клише, стереотип, что русский человек ленивый, вот печка, щука в проруби и так далее. Ну да, конечно. Но люди, которые попадают в новые условия, которые правильно мотивированы, которые понимают, для чего и что они делают, и им перспективу какую-то их работодатели рисуют, они готовы очень эффективно трудиться будь то на нефтяном заводе или не на нефтяном, это не имеет никакого значения. Поэтому моя надежда как раз на тот средний класс, о котором я говорил, на этот «офисный планктон», как его еще оскорбительно называют, который научился работать. Если вот этот средний класс докажет нам в кризисное время, что он уже такой прочный, что может выносить и кризис, и не кризис, и нахрапом брать рубежи, тогда есть шанс, что мы будем переживать и следующие кризисы, и так далее. Если нет, ну, будем начинать все сначала.



Елена Рыковцева : И давайте послушаем Сергея. Здравствуйте, Сергей.



Слушатель: Добрый день. С удовольствием читаю вашу газету.



Владимир Бородин: Спасибо.



Слушатель: Мне было лет 8, когда я начал читать, в конце 1970-ых годов, но читал только последнюю колонку...



Владимир Бородин: Мы ее сохранили, кстати, да.



Слушатель: ...забавные истории со всего мира тогда печатали. Вот сейчас нам, наверное, не хватает сообщений не из-за рубежа, а именно с мест. И отвечая на вопрос, хотелось бы больше читать информации о том, что происходит не только в Москве и в Питере, но и за пределами.


И мой вопрос. Как вам кажется, как скажется кризис на российской прессе, и особенно на ежедневных газетах? Я понимаю, что это не самый выгодный бизнес сегодня. Как вам видится, какой будет процесс? Потому что я читал некоторые экспертные мнения, что будет сокращение этого рынка довольно резкое, и некоторые издания исчезнут.



Владимир Бородин: Спасибо, Сергей. На самом деле, сейчас это, да, и моя головная боль, и моих коллег по рынку в целом. Потому что перспектива, конечно, не радужная. Понятно, что газеты, которые работают по неким бизнес-критериям оценки, которые должны зарабатывать деньги своим акционерам, тем самым обеспечивая независимость журналистики. Это для меня наиважнейшая вообще связка. То есть если мы говорим про такие газеты, а не газеты пропагандистские или газеты-игрушки для олигархов, то эти газеты, конечно, ориентированы на два ключевых для себя рынка – это рынок рекламный и рынок, собственно, потребительский, то есть на вас, на читателей, которые покупают газеты в рознице или по подписке.


На рекламном рынке происходят очень серьезные изменения, ну, в силу опять же понятных причин: вот сокращаются производства, сокращается потребление, а соответственно, сокращается и реклама. И первое (или второе), что делают крупные рекламодатели, крупные производители, - они сокращают свои рекламные бюджеты. Есть разные оценки следующего года, насколько просядет рекламный рынок в России. От 20 до 50 процентов говорят про падение на рынке печатных СМИ. Я склоняюсь к более пессимистичной границе и считаю, что... пусть я буду ошибаться, но думаю, что будет невесело.


А к чему это приведет? Это приведет к тому, что, конечно же, изменится медийный ландшафт, конечно же, и многие «глянцевые» издания, и газеты тоже просто закроются. Просто надо называть своими именами. Это может привести к тому, что независимой журналистики, которая напрямую связана с финансовой независимостью, будет еще меньше. Это приведет к тому, что некоторые рекламные сегменты минимизируются так, что их просто сложно будет увидеть. И уже сейчас очень сильно проседает финансовый сегмент, автомобильный сегмент, сегмент недвижимости. И уже на конец 2008 года очень многие издания это на себе почувствовали.


У нас, кстати, как ни странно, обратная тенденция. У нас ноябрь и декабрь по тому, что я сейчас вижу, будут самыми доходными месяцами в этом году для газеты «Труд». Но абсолютное исключение. Вот общее место на рынке – четвертый квартал 2008 года провальный для издателей. Ничего хорошего в этом смысле в 2009 году я не ожидаю.



Елена Рыковцева : И насколько я понимаю, рост тиражей, который наблюдается у некоторых газет, он совсем их не радует, это ни от чего не страхует. От того, что растет тираж...



Владимир Бородин: Нет, он радует, безусловно.



Елена Рыковцева : Ну, морально...



Владимир Бородин: Нет, это значит, что все-таки мы делаем релевантный контент для своей аудитории, контент, который нужен нашим читателям. Это их принципиальная оценка.



Елена Рыковцева : Это понятно, но...



Владимир Бородин: Но с точки зрения бизнеса, это, конечно же, к огромному сожалению, капля в море.



Елена Рыковцева : Итак, я читаю сообщения с пейджера. «Газетам нужно объяснять, как и кому возможно эмигрировать в страны, где в результате кризиса цены падают, в отличие от отдельно взятой «суверенной демократии», где скоро цена хлеба догонит килограмм черной икры. На «Голосе Америке», когда это радио еще существовало, говорили, что в США, штат Калифорния есть программа по приглашению медиков из-за границы. А за пределами Москвы у них смехотворная оплата», - так нам пишет Владимир Киселев их Междуреченска.


Владимир, будете советовать эмигрировать своим...



Владимир Бородин: Нет, я не считаю, что функция газеты...



Елена Рыковцева : Я тоже не думаю, что там все так просто, на Западе.



Владимир Бородин: ...советовать эмигрировать или, наоборот, приезжать в страну. Я считаю, что функция газеты в том, чтобы сообщать информацию и давать какие-то конкретные и какие-то потребительские советы, и так далее. А эмигрировать или не эмигрировать – это вопрос оценки и решения исключительно каждого человека.



Елена Рыковцева : Нет, имелось в виду советовать поискать работу там. Да там тоже все непросто сейчас с кризисом.



Владимир Бородин: Ну, я думаю, что сейчас нас, конечно, там с распростертыми объятиями не ждут.



Елена Рыковцева : «А будет ли в капиталистической газете «Труд» освещаться «непосильный» труд буржуев, «денежных мешков» и депутатов Госдумы», - Леонид спрашивает.



Владимир Бородин: Будет освещаться и ваша ирония... У нас есть полоса писем, поэтому регулярно эту иронию можно там почитать. И будет освещаться «непосильный» труд Дерипаски, Потанина и Абрамовича, точно так же, как освещается и любой другой труд.



Елена Рыковцева : «Господин редактор, почему вы такого низкого мнения об умственных способностях граждан старшего поколения? Они все поголовно имеют среднее образование, а очень многие – и высшее. Они поняли, в какой стране они живут в октябре 1993 года», - пишет Оксана Андреевна.



Владимир Бородин: Я гиперуважительно отношусь к старшему поколению и считаю, что это и советчики, и опора для очень многих людей, в том числе и для меня. Я относительно молодой человек. Просто дело тут в другом...



Елена Рыковцева : Но вы говорили о том, что часть подписчиков старшего поколения отпала.



Владимир Бородин: Я говорил про то, что рекламный рынок, рекламодатели, они ориентируются на своих потребителей. И в этом смысле издатели тоже должны... то есть мы не можем не замечать вот эту самую целевую аудиторию рекламодателей, мы должны к ней стремиться тоже.



Елена Рыковцева : «Когда в 1980-ых годах студентом работал почтальоном, разносить «Труд» было тяжелым трудом – выписывали почти в каждом доме. А сейчас газета тоже профсоюзная?», - спрашивает Иван из Клина. Нет же, конечно.



Владимир Бородин: Нет, она не профсоюзная. Это частная газета, со своими акционерами, со своей управляющей компанией.



Елена Рыковцева : «Рецессия – это вполне конкретный экономический термин, а не эмоциональная реакция. Извините, но Кудрин прав. Он оперирует экономической терминологией, а не журналистскими штампами», - пишет Игорь. Ну, знаем, что это термин, конечно.



Владимир Бородин: Ровно про это и идет речь.



Елена Рыковцева : Вот именно.



Владимир Бородин: Речь идет о спаде темпов экономического развития и производства. Спад производства в стране уже наблюдается, и об этом заявлял на прошлой неделе, например, заместитель министра экономического развития. То есть Министерству экономического развития и Министерству финансов просто нужно между собой договориться о терминах, а потом мы с вами поговорим.



Елена Рыковцева : «Наверное, люди хотят знать из СМИ и воплотить в жизнь то, чего недополучили в детстве. Например, военные не наигрались в детстве в войнушку. Или, переходя на личности, Лужков, наверняка, жил в бараке в малонаселенном пункте. Или Путин, судя по тому, что показывают по телевидению, точно недопил в молодости пива, были проблемы с сексом и так далее. Кому вы отдаете свое предпочтение в прессе?», - спрашивает Сергей в итоге.



Владимир Бородин: Я ничего не понял, Лена, извините.



Елена Рыковцева : Это я уже быстро тарахчу. Но даже если бы я медленно читала, то вы все равно бы ничего не поняли.


Алексей из Подольска: «Осталась ли газета «рупором профсоюзов»?». Да что ж такое-то?! Мы говорим, говорим, говорим, что не осталась. «Рассказываете ли вы об их новой роли в борьбе с незаконными увольнениями по собственному желанию?». Вот это хороший вопрос.



Владимир Бородин: Да, конечно, рассказываем. На самом деле, скажем так, до кризиса была четкая тенденция: новые независимые профсоюзы стихийно, природно образованные. И я страшно радовался этой тенденции, потому что это рыночная история, она уже образовывалась и на « Ford », и на «Nestle», и на многих-многих заводах. То есть это профсоюзы, которые, на самом деле, отстаивали перед начальниками, перед работодателями права своих сотрудников. Но сказать, что профсоюз сейчас будет играть какую-то важнейшую роль, в кризисные времена, нет, конечно, такого не видно. Федеральный профсоюз абсолютно подмят, никакой важной роли, по большому счету, в политике страны не играет. Поэтому, к сожалению, надо рассчитывать только на собственные цепи в этом смысле. И на товарища Исаева, который защищает (вы только что это слышали из уст Лены) наши с вами права.



Елена Рыковцева : Надежда из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Добрый день. Не осталось совсем времени. Я хочу сказать, что напрасно вы сеете панику. Русский народ пережил...



Елена Рыковцева : Да, не осталось, действительно, времени. Извините, Надежда.


Илья Аронович из Москвы, здравствуйте.



Слушатель: Здравствуйте. У меня вопрос. Кому все же принадлежит газета? И есть ли там освещение производственных катастроф, типа под Кировском, забастовочного движения новых профсоюзов?



Владимир Бородин: Да, конечно.



Слушатель: И пара реплик. Первая реплика. Борский стекольный завод в Горьковской, а ныне Нижегородской области был прекрасным заводом в советское время. Он им и остался. Поэтому его и купили японцы.


И вторая реплика. Наверное, стоит все же «релевантный контент» заменить каким-то другим словом. «Убедительный по содержанию» или что-то в этом роде.



Владимир Бородин: Извините, пожалуйста. Да, вы меня уже редактируете.



Слушатель: Между прочим, наши газеты этим грешат. Я думаю, что и ваша газета тоже.



Елена Рыковцева : Грешат, да.



Владимир Бородин: Спасибо. Извините, пожалуйста. Это просто мои всякие «болячки» уже словесные.


Что касается тематики профсоюзной, то я уже ответил. Что касается акционеров, то могу озвучить. Газета принадлежит, в конечном итоге, компании «ПромСвязьКапитал». Это компания, которая принадлежит Дмитрию и Алексею Ананьевым, известным в России бизнесменам.



Елена Рыковцева : Владимир из города Люберцы: «Областное так называемое правительство по своей численности приближается к численности правительства Советского Союза. И вот эта армада бездельников с отрицательной производительностью не сокращается, а сокращаются нужные рабочие профессии. Поставьте в своей газете задачу Путину сократить этих бездельников везде и всюду в 10 раз».



Владимир Бородин: Поставлю.



Елена Рыковцева : Хорошо. «Разве «Единая Россия» уже не все сделала законодательно, отдав 6 триллионов рублей банкирам, рабочим – жизнь без зарплат, рост тарифов ЖКХ? А как же проезд студентам и пенсионерам и рост зарплаты бюджетникам?». Ну, все понятно, да.


«Лучше долларами раздать. Все равно пропадут», - Александр советует.


«А новая газета «Труд» напишет о том, что 80 процентов населения оказались в кризисе сразу же после торжества псевдорыночной экономки, а наступает вовсе не кризис, а предсмертная агония воровского рыночного капитализма?», - спрашивает Федор.



Владимир Бородин: Вы напишите письмо в газету «Труд», и мы вашу оценку обязательно приведем на нашей предпоследней странице.



Елена Рыковцева : Да, пишите, кстати сказать, действительно.


Тагир Якупов из Казани: «Почему вы не пишете о том, что рабочие получают пенсию в 2 тысячи рублей, а судьи, прокуроры и прочая многомиллионная армия госслужащих – 80-100 тысяч рублей?». Я впервые об этом слышу.



Владимир Бородин: Ну, видимо, судьи – вполне возможно.



Елена Рыковцева : А может быть, с какими-то надбавками, с социальными пакетами...



Владимир Бородин: Ну да, судьи – вполне возможно. Но мы ровно пишем про людей, которые получают 2 тысячи рублей, и про людей, которые получают 250 тысяч рублей. Например, пилоты российских авиакомпаний получают именно эти деньги, ну, профессиональные.



Елена Рыковцева : И второй вопрос: «Сможет ли правительство обеспечить жителям России плавный переход от бедности к нищете?».



Владимир Бородин: Понятно. Спросите у правительства. Я – не правительство.



Елена Рыковцева : Действительно. Хорошо... Ну, ничего хорошего, но все равно мы надеемся на то, что все будет хорошо.


И завершаем на этом первую встречу с Владимиром Бородиным в новой роли. Ждем от газеты дальнейших советов читателям, как выживать, как в условиях кризиса бороться со своим работодателем и так далее.




Материалы по теме

XS
SM
MD
LG