Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Маршалл Голдман: Экономическая ситуация в России будет ухудшаться и власти будут вынуждены активнее прибегать к инструментам подавления недовольства


Программу ведет Сергей Тарасов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Нью-Йорке Юрий Жигалкин.



Сергей Тарасов: Закат российского нефтяного чуда - так многие западные наблюдатели оценивают испытания, через которые проходит российская экономика. Следующий год, по их мнению, вряд ли обещает перемены к лучшему.



Юрий Жигалкин: Всего полгода назад звучная аббревиатура БРИК была на устах многих инвесторов и экономистов. Динамичная четверка - Бразилия, Россия, Индия, Китай – с их фантастическим экономическим ростом и растущими потребительскими аппетитами выглядела, по мнению многих, локомотивом, который был способен вытянуть Соединенные Штаты и Европу из намечавшегося экономического спада. Сегодня иллюзий практически не осталось. Если Китай и отчасти Индия еще внушают надежды наиболее стойким оптимистам, то у Бразилии и России поклонников практически не осталось. Можно ли сегодня с большей или меньшей уверенностью сказать, что российское преуспевание последних лет было видимостью, мыльным пузырем? Мой собеседник профессор Маршалл Голдман, содиректор Центра российских исследований Гарвардского университета, автор книги «Нефтегосударство».



Маршалл Голдман: Это слишком сильное заявление, хотя падение цен на нефть доказало, что большая часть признаков преуспевания была производным ценового пузыря. Я отдаю Путину должное за воплощение концепции так называемых национальных чемпионов - создание крупных энергетических конгломератов, которые помогли стране заработать больше средств во время нефтяного бума. Но глубинная причина почти десятилетнего экономического подъема России, как мы сейчас отчетливо видим, заключалась лишь в историческом прыжке цен на нефть, который точно совпал с приходом Владимира Путина к власти. С 1999 года, за девять лет, цена барреля нефти поднялась с приблизительно 10 долларов до 147-ми. И как только он ушел, начинается ее падение. В этом смысле Путину удивительно повезло. Теперь Дмитрию Медведеву, жертве обстоятельств, скорее всего, придется расплачиваться за такой поворот событий, в то время как Владимир Путин стяжал славу.



Юрий Жигалкин: Профессор, до недавних пор Владимир Путин убеждал россиян, что экономический кризис обойдет стороной Россию. Это предсказание не сбывается. Как вы считаете, стоит ли россиянам готовится к заметному снижению уровня жизни?



Маршалл Голдман: Как только приток денег от сбыта нефти иссякнет, эффект будет заметен моментально. Во-первых, исчезнут люди, разбрасывавшие деньги на разные проекты, во-вторых, государство неизбежно, по мере сокращения бюджетных поступлений будет вынуждено снизить расходы, рано или поздно ему придется отказаться от повышения зарплат бюджетникам. Для городов, где на нефтедоллары были построены дворцы, как, например, в Ханты-Мансийске, проблемой будет не дальнейшее строительство, а содержание построенного. Как и в любом другом городе мира, налоговая база в условиях кризиса сокращается, поступления в казну падают. И это произойдет и во Владивостоке и в Томске где бы вы ни были. Иссякающий приток нефтедолларов - это проблема для всей страны.



Юрий Жигалкин: Это касается и цен на жилье? Ведь премьер-министр Путин заверяет, что краха цен недвижимости не будет, он обещает поддержать строительную индустрию.



Маршалл Голдман: Такая поддержка возможно лишь в краткосрочной перспективе. Если ситуация с доходами в бюджет не изменится, Путин осознает, что у правительства попросту нет средств на поддержку строительства и есть более важные приоритеты. Это, кстати, касается и увеличения финансирования армии. В советские времена все советское государство работало на армию, доходы от экспорта нефти шли на ее содержание. Не исключено, что вскоре российскому правительству придется сделать очень трудный выбор в этом смысле, ибо в ближайшее время прибыли от экспорта будут продолжать падать.



Юрий Жигалкин: Эта малоприятная перспектива заставляет задать неизбежный вопрос: оказалось ли последнее десятилетие потерянным десятилетием для России, если она не смогла за эти богатые времена заложить основ реального преуспевания?



Маршалл Голдман: Такой вывод был бы излишне несправедливым по отношению к Путину. Я думаю, он действовал, исходя из разумных соображений: иностранные импортеры к нам идут не за плоскими телевизорами или компьютерами, а за нефтью, газом, металлами. Давайте, по крайней мере, научимся зарабатывать на их экспорте. Это было вполне разумное решение в тех условиях. Позже Путин заговорил и о создании наукоемких отраслей промышленности, базы для развития нанотехнологий. Но одно дело - поставить задачи, а другое дело - приступить к их исполнению в стране, которая столь коррумпирована. Кстати, в этом, на мой взгляд, состоит крупнейший провал Владимира Путина, как лидера. Он ничего не сделал для борьбы с этим злом. Наоборот, он своими действиями дал знать местным властям, что изнурение предпринимателей поборами, придирками - вещь нормальная. В такой атмосфере не может существовать здоровая экономика. В результате, я думаю, в новом году в условиях отсутствия средств на поддержание уровня жизни населения власти будут вынуждены более активно прибегать к инструментам подавления недовольства, в то время как экономическая ситуация будет ухудшаться.


XS
SM
MD
LG