Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Имя России" - цели, механика и заранее известный результат


Владимир Тольц : На 28 декабря назначено финальное голосование и последнее шоу главного российского телепроекта года "ИМЯ РОССИЯ". За последнюю неделю сообщения информационных агентств, мобилизованных на «информационную поддержку» этой государственной телевизионной игры надрывной напряженностью своей стали копировать прямые репортажи о спортивных марафонах и стилистику газетных реляций о достижениях первых стахановцев.



Москва. 23 декабря. INTERFAX . RU - Поэт Александр Пушкин за сутки значительно увеличил отрыв от ближайшего преследователя в рейтинге проекта "Имя России"(…) После подсчета 2 млн 789 тыс. 331 голоса Пушкин набрал 379 тыс. 485 голосов. При этом, если в понедельник он опережал ближайшего соперника только на 75 голосов, то на данный момент его отрыв составляет почти 8 тыс. голосов.


"Примечательно и то, что теперь вторым идет не Александр Невский, а Петр Столыпин, опережая его на 15 тыс. голосов. В свою очередь, Иосиф Сталин отстает от третьего - Невского - почти на 10 тыс. голосов".



24 ДЕКАБРЯ. ГТРК «Регион-Тюмень».- Лидирующая тройка выглядит так: 3 место — Александр Невский, 2 — Петр Столыпин, 1 — Александр Пушкин. Рейтинги героев меняются буквально каждую минуту. Так, еще неделю назад первое место занимал Александр Невский, а Петр Столыпин буквально за один день поднялся с третьего на втрое место.


Главный телепроект года «Имя Россия» выходит на финишную прямую. В это воскресенье, 28 декабря, на канале «Россия» состоится заключительное, 13-ое шоу, на котором определится победитель проекта, и страна наконец-то узнает имя своего главного героя.
В
наших силах еще изменить результаты голосования.



Владимир Тольц : Ну, последнее утверждение весьма относительно. _ Имя «победителя» известно было заранее. И многие, - я в том числе, - безошибочно могли назвать его еще летом. (Просто неловко было: все равно, что подойти к начавшему читать детектив и сообщить, кто там кого убил на последней странице).


«Призер» и «главный герой» телемарафона - конечно же, Пушкин – «наше все», назначенный на эту «должность» еще 70 лет назад, в преддверии приснопамятного 37-го, другим «кандидатом» на «имя Россия» - тов.Сталиным. И устроители телепроекта, думаю, понимали все это, еще когда за немалые деньги покупали у англичан лицензию на это действо. (Они-то прекрасно знали сталинское: «Других писателей у меня для вас нет…»). А кутерьма то с тем же Сталиным, вдруг становящимся «лидером» в голосовании, то с благоверными князьями Александром Невским и Дмитрием Донским, вульгарно и безграмотно именуемыми «Донским» и «Невским» - будто это фамилии, а князья – родственники советского кинорежиссера и убиенного большевика – это все «развлекуха» - игра все-таки…



Но, вот зачем ее покупали? Какие цели ставили? И насколько их достигли? – Это все вопросы… Им мы и посвятим сегодняшнюю передачу.



Первым на поставленные мной вопросы социолог культуры из Левада-Центра Борис Дубин. Сразу замечу, он предполагает в развитии проекта «Имя Россия» куда большую, нежели я, спонтанность.



Борис Дубин: Вообще говоря, проект складывался и развивался по ходу. Задумывался он как игра, там очень явные были элементы игры, а предполагались по замыслу еще большие. Предполагался элемент взаимодействия с аудиторией прямо в телевизионном пространстве. Постепенно вырисовывалась немножко другая драматургия, немножко другой, как выражаются, формат, и действие стало приобретать такой государственный, важный, какой-то такой мифостроительный характер. Выдвинулись вперед соответственно фигуры тех, кто представляет нам главные имена, главных соревнователей, соперников и, в общем, во многом именно драматургия отношений между ними теперь стала составлять центр действий.


Владимир Тольц : Эти рассуждения Борис Дубин обосновывает на своем толковании статьи опубликованной в «Вестнике общественного мнения» социолога медийного пространства, доцента Высшей школы экономики Любови Борусяк. Что ж, давайте, обратимся к «первоисточнику». Не к статье, а к госпоже Борусяк лично. Так что, Любовь Фридриховна, каковы были цели исторического телеигрища и достигнуты ли они?



Любовь Борусяк: Я начну сразу с того, достигли или нет. Отчасти достигли, отчасти нет. Тут было несколько целей на самом деле. Дело в том, что были цели политические, идеологические, телевизионные. Это такой комплексный проект. Телевизионная цель была такая: им хотелось привлечь на канал «Россия» молодых людей. У них очень старая аудитория и поэтому хотелось, чтобы к ним пришла молодежь, и поэтому был сделан такой мощный проект доэфирный, проект, связанный с интернетом. И чтобы сделать максимально бурным обсуждение, во-первых, были смешные заголовки, которые сначала придумали, потом сняли из-за возмущенной общественности. Во-вторых, то, что голосовать можно было миллион раз, с помощью ботов-программ, то есть то, чем развлекается только молодежь. И поскольку было объявлено, что это главный проект года, это висело все время в интернете, во всех интервью говорилось, то хотелось еще и получить большие рейтинги. И первое – собрать такое количество людей, которые как-то на это реагируют, удалось. Омолодить аудиторию не удалось, собрать рейтинги не удалось тоже. Программа шла по рейтингам очень слабо, и аудитория была старая при этом. То есть молодежь, порезвившись в интернете, в эфирную часть пошла очень плохо. И вообще аудитория была небольшой.



Владимир Тольц : Ну, а государственной важности идеологические цели, о которых говорит Борис Дубин?



Любовь Борусяк: Дело в том, что мы все-таки уже почти 20 лет живет без четко оформленной и сформулированной идеологии. Идеологию можно разными путями создавать и пытаться ее внедрять. Понятно, что в советское время система была очень сильная, она была разнообразная, она включала все институты, какие только есть. Но сейчас большинство институтов находятся в довольно плачевном состоянии. Пожалуй, самый сильный институт – это СМИ, это телевидение. Поэтому если мы хотим что-то сказать более или менее четко, то лучше все-таки сделать с помощью телевидения. Другое дело, что все-таки надо при этом народу смотреть. И вот здесь идеология, которую нам пытались сказать, какая она сейчас и сделать некие заделы на будущее, она довольно понятна. Прежде всего, это такая консервативно-фундаменталистская патриотическая риторика. Во-вторых, это риторика имперская. В-третьих, это риторика антилиберальная, потому что все, что обсуждалось, оно постоянно сбивалось на разговоры о том, какие были мерзкие демократы, которые погубили страну. Я изучала в свое время учебники для движения «Наши», вот здесь я видела все те же самые слова. Они звучали только закрыто, для избранных, а тут для всех.



Владимир Тольц : Так считает социолог Любовь Борусяк. А вот что говорит мне телевизионный критик Слава Тарощина.



Слава Тарощина: Такой мощный проект на государственном канале, он еще и создан для того, чтобы транслировать какие-то идеи власти. Телевидение у нас сегодня в основном призвано транслировать идеи власти. Для того чтобы транслировать идеи власти, здесь очень, я бы сказала, хилая интеллектуальная оснастка в этом проекте. Поэтому никаких целей, на мой взгляд, не добились. Кроме того, что этот еще тренд сезона, большой патриотизм, и чтобы немножечко заработать денег. Потому что вы, наверное, знаете, что SMS -ки стоят денег, и эти лицензии довольно быстро окупаются.




Владимир Тольц : Ну, в сравнении с затратами на покупку лицензии «выручаемый телевидением процент от платы за SMS -ки, особенно в условиях кризиса, - «семечки»!… Так насколько, по Вашему мнению, были удачными и эта покупка, и эта игра?



Слава Тарощина: Я уже давно заметила, что какие-то традиционные хорошие западные форматы очень плохо пересаживаются на нашу почву. С одной стороны мы кричим о нашем третьем пути и самости, а с другой стороны ничего не придумываем. Не годится, у нас история не может быть предметом игры, все-таки слишком это серьезная штука. И сегодня мы в каждой программе, да и даже в какой-то бытовой жизни встречаемся с противоречиями истории, которые никак не можем разрешить.



Владимир Тольц : Телекритик Слава Тарощина. Замечу, что вопрос, в какие игры играть телезрителям, и годится ли для этого История, в России решают не телекритики, а начальство. И не только телевизионное.



Тут я хочу коротко процитировать своего коллегу Анатолия Стреляного. В одной из своих передач он высказался о «финалистах» обсуждаемого нами телемарафона так:



Анатолий Стреляный : Кто решает вопрос о первых лицах России? Будем откровенны – толпа.


Владимир Тольц : При всем уважении к Анатолию Ивановичу не могу не заметить, что его оценка – почти то, чего в качестве впечатления хотели бы добиться устроители игры и стоящие над ними. Точнее, мне кажется, они хотели бы преобразования «толпы» в массу, настроениями и предпочтениями которой можно посредством телешоу управлять.


Борис Дубин.



Борис Дубин: Надо сказать, что уже по результатам опросов Левада-Центра, «Имя России» в 2008 году, это именно Пушкин, а не Сталин. Сталин занимает второе место, идет нос к носу с Петром Первым, а Пушкин их значительно обгоняет. Это тенденция именно последнего времени, потому что три-четыре года назад Пушкина близко к первым местам не было. Он был в первой пятерке, но не претендовал на первое место. Это изменения последних 1-2 годов.



Владимир Тольц : Я рад, конечно, за социологию и за что она по вашим данным так совпадает с гласом народа, но, вообще говоря, глас народа, его мнение в данном случае никакого отношения к результатам игры не имеет. Потому что это решает начальство, я все время об этом говорю.



Борис Дубин : Готов допустить . Но, согласитесь, что ситуация именно последних лет, это и есть та ситуация, когда практически все стало решать начальство, пункт один. И пункт два, в общем, это не сильно расходится с тем, что хотело бы большинство.


Владимир Тольц : Ну, что ж, в определенном смысле это – комплимент начальству, столь умело соответствующему тут народу. А с другой стороны, это – отнюдь не комплимент народу. Но если перефразировать уже приведенное мной высказывание Сталина, «другого народа у нас нет»…



Борис Дубин: Я бы сказал, Володя, что все-таки особенной демократии тут нет. Дело в том, что это согласие как бы народа и власти касается достаточно узкого круга вопросов, а точнее, всех тех вопросов, которые относятся к престижу России. Когда дело заходит о том, какие в России дороги, зарплаты, перспективы, власть, здесь большого согласия у народа с властью нет.


Владимир Тольц : Летом, когда многим доверчивым телезрителям показалось, что «именем Россия» может оказаться тов. Сталин, мой давний приятель профессор МГУ Гасан Гусейнов даже опубликовал в Интернете ловко сочиненную им речь для этого «лауреата» о речь, начинавшуюся так:



Товарищи, в связи с присвоением мне почетного звания «Имя России» я выступать не хотел. Во-первых, это нескромно было бы. Вы ведь все прекрасно понимаете, что это не я почетное звание получил, что это почетное звание в моем лице, прежде всего, товарищ Ленин получил, что это почетное звание вся ленинская гвардия получила, от тайги, товарищи, до британских морей. И было бы нескромно мне, большевику-ленинцу, выходить на эту трибуну самому. Но вот (…) товарищ Медведев звонил – просил выступить, откликнуться. (…)


Владимир Тольц : Гасан, ты что, действительно думал, что Сталин станет победителем телешоу?



Гасан Гусейнов : Я реагировал на промежуточный итог конкурса, когда Сталин с большим отрывом лидировал. В это время намного раньше определилась такая тенденция, считать Сталина в целом положительной объединяющей фигурой. Эта тенденция в официальном и полуофициальном дискурсе, как мне говорят многие в России, Сталин такое место занимает все равно. Конечно, как государственный деятель. И вот это обстоятельство потребовало от меня какой-то реакции, поэтому я написал. У меня была мысль, что какая-то другая фигура будет подобрана для этого непонятного места. Реакция была непосредственной, но она была только на промежуточный итог.



Владимир Тольц : Гасан, но это все же игра и шоу, в котором каждый свою роль исполняли люди известные, в т.ч., местоблюститель Патриаршего престола, ради участия в игре пренебрегший и трауром, и постом. Но почти все они не профессиональные актеры.… Как тебе их игра, каково зрительское впечатление?



Гасан Гусейнов : Все произвели впечатление, потому что все выступали в роли актеров, тут ты совершенно прав. Но есть одна большая проблема. Это были актеры, которые играли тоже актеров. Из-за этого вся конструкция страшно развалилась. Поэтому каждый из них мне в своей роли как это ни странно понравился. Но тот факт, что за сценой стоял какой-то кукловод, который этих актеров превратил, если угодно в маски самих себя, это мне показалось ужасным и неприемлемым. Потому что, в общем, все эти очень разные люди, к которым я очень по-разному отношусь, вдруг оказалось, что все они совершенно на одно лицо. Оказались стертыми личности и Глазунова, и Михалкова, и Черномырдина.


Владимир Тольц : Это мнение одного зрителя =- профессора Гасана Гусейнова. А вот другое – телекритика Славы Тарощиной



Слава Тарощина: Для меня был интересен, например, Черномырдин в своей пламенной речи о Петре Первом. Это вообще было такое скопление достаточно равнодушных людей. Было видно, что они говорят о вещах, которые лично их никак сердечно не затрагивают. Вот их назначили «цветом нации», собрали в большом светлом зале, все время показывают по телевизору, все замечательно. Но я уже говорила о том, что интеллектуальная поддержка стремится к нулю, точнее оснастка. Потому что количество ошибок, проговорок и неточностей, если вы полезете в Интернет, вы увидите, что вся сеть забита этим. Очень смешная функция, если говорить о структуре самой игры, была отдана с подачи Михалкова, Глазунову. От него все время отмахивались как от назойливого дедушки, который говорит не те вещи и не к месту и не так. Он все время был обижен. Но это какие-то такие мелочи, потому что шоу, игра предполагает какую-то динамику развития сюжета. Вот уже первый выпуск, и рейтинг у него был, он был посвящен Александру Невскому, рейтинг был очень низкий. Программа была невероятно длинной, очень нединамичной и неинтересной. Для игры там мало драйва, динамики, нет никакого адреналина. И даже великий Михалков не может спасти.



Владимир Тольц : А мне лично Михалков понравился больше остальных. Во-первых, хорошо играет – профессиональный актер! И таланта, как справедливо утверждают в народе, не пропьешь! Во-вторых, режиссер. И в данном шоу, похоже, один из главных. Наверняка его стараниями выбрано время презентации Петра Столыпина, которого он же и представлял. А в результате – высокий рейтинг Столыпина: Пушкина он, конечно же, не мог перещеголять – задумано было иначе. Но вот Петра Первого, вопреки всей социологии Бориса Дубина, обогнал.


А теперь самое время предоставить слово Борису Дубину:



Борис Дубин: Все-таки я не думаю, что за этой передачей, как и вообще, за телеканалами, стоит какой-то один человек или она группа людей. Судя по всему, там все-таки на протяжении этих месяцев шла некая борьба. Явно была некая группа или фракция людей, которые, условно говоря, хотели бы протащить на первое место Сталина, и вроде бы даже в предыдущей передаче Любимов об этом в одном из интервью обмолвился, что есть группа кремлевских политтехнологов, которые хотели бы такой вариант проиграть. И есть какие-то другие группы, которые хотели бы некоторого более взвешенного варианта, в том числе варианта, который бы устроил, вероятно, всех, причем и в России, и на Западе – это вариант Пушкин. Теперь об общем замысле и целях игры. Вообще-то говоря, вряд ли люди наверху или, по крайней мере, те, кто им пишет речи и подсказывает слова, не догадываются о том, что Россия сегодня – это общество чрезвычайно атомизированное и продолжающее атомизировать. В этом смысле, если есть какая-то государственная задача, которую политтехнологи или политэксперты должны были бы в это время решать, вот это задача о том, как если не создать, то, по крайней мере, сымитировать нечто, напоминающее национальное согласие. Лучший материал в советских традициях для этого – это политическая мифология. Это не реальное действие, а это политическая мифология, которая соответственно оснащена современными техническими средствами, включая обратную связь со зрителями, и прочее. Я думаю, что общий смысл этого действа состоял в том, что на протяжении нескольких месяцев. А это чрезвычайно важно, эта игра приобрела ритуальный характер. Продолжается постоянное муссирование темы Россия, ее прошлое, она как великая держава, ее герои, цари, полководцы и прочие люди в форме. Что-то начинает слепляться вроде чего-то напоминающего национальный пантеон или какую-то державную историю России. Это остается в головах, поддерживается. И, в конечном счете, не напрямую, конечно, в конечном счете, влияет и на то, что люди поддерживают эту власть или, по крайней мере, принимают ее такой, какая она есть, поскольку на лучшее не надеются и ничего делать для ее улучшения не собираются – это с одной стороны. И второе, что эта штуковина, что может быть не совсем явно, но для меня видно, эта штуковина, конечно, придумана как изоляционистская.



Владимир Тольц : Стоит отметить, что в этом, как и в прочих особенностях нынешних политических и телевизионных игрищ «наше все» - Пушкин - не виноват!




  • 16x9 Image

    Владимир Тольц

    На РС с 1983 года, с 1995 года редактировал и вел программы «Разница во времени» и «Документы прошлого». С 2014 - постоянный автор РС в Праге. 

XS
SM
MD
LG