Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кресло председателя Европейского Союза по ротации переходит от Франции к Чешской республике


Программу ведет Михаил Саленков. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Кирилл Кобрин и Семен Мирский.



Михаил Саленков: 1 января 2009 года кресло председателя Европейского Союза по ротации перейдет от Франции к Чешской республике. Как ЕС за последние полгода справлялся со своими задачами и проблемами под руководством французского президента Николя Саркози, и насколько изменились за это время позиции Парижа в Евросоюзе – об этом мой коллега Кирилл Кобрин побеседовал с обозревателем Радио Свобода в Париже Семеном Мирским.



Кирилл Кобрин: Как во Франции журналисты, эксперты, политологи оценивают год президентства Франции и Николя Саркози в Европейском союзе?



Семен Мирский: Расценивают по-разному, в зависимости от политической принадлежности тех или иных органов печати. Есть и лестные, и есть весьма нелестные отклики. Поэтому я предпочел бы, отвечая на ваш вопрос, сослаться на источник столь же авторитетный, сколько и нейтральный в смысле своих политических пристрастий. Речь идет о Европейском институте имени Томаса Мора в Брюсселе, в котором работают видные экономисты, социологи и политологи. Речь идет о своеобразном синклите умов Евросоюза. Он известен своими анализами и оценками, как правило, нелестными для политических деятелей стран единой Европы.


Можно сказать, что нахождение президента Французской республики Николя Саркози во главе Евросоза получило в Брюсселе и шире в Европе, как правило, очень высокую и весьма положительную оценку. Сконцентрируемся на трех моментах, каждый из которых, пожалуй, очень важен и показателен. Это, во-первых, нынешний финансовый кризис, во-вторых, начавшийся в августе этого года вооруженный конфликт между Грузией и Россией, и, в-третьих, разработанный президентом Саркози и его командой проект создания Союза стран Средиземноморья. Когда Николя Саркози принимает бразды правления Евросоюза 1 июля 2008 года, экономический кризис уже на горизонте, но еще не вступил в свою острую фазу. Саркози развивает бурную деятельность, он ухитряется в течение одного дня побывать в трех европейских столицах, вести не поддающееся учету количество переговоров на высшем уровне, играет ведущую роль в создании механизмов преодоления кризиса.



Кирилл Кобрин: Как известно, Европейский союз был детищем французской идеи и затем союза Парижа и сначала Бонна, потом Берлина. Сейчас Европейский союз существует в том виде, в котором он существует, это мощное довольно образование, наверняка самый успешный проект, европейский, континентальный, со времен Второй мировой войны. Обременяет его существование множества проблем, в частности, история с нератификацией Лиссабонского договора, с отказом его поддержать даже на референдумах. Роль Франции при Саркози выросла в ЕС или, наоборот, стала меньше?



Семен Мирский: Она выросла неизмеримо. Она выросла параллельно той самой оценке, которую даже независимые эксперты, не страдающие франкофилией или галломанией, дают президенту Французской республики. Я хотел бы просто в подтверждение этих слов упомянуть еще о роли Франции и Николя Саркози в достижении соглашения о прекращении огня между Россией и Грузией. Напомню, что конфликт начался ровно через месяц после вступления Франции, точнее, Николя Саркози на пост президента Евросоюза. Я, кстати, думаю, что здесь роль Саркози, скорее, преувеличивается международными наблюдателями, но в том, что он сыграл очень видную роль и тем самым усилил, поднял престиж Евросоюза на международном и мировом уровне, в этом сомневаться не приходится.


Я хочу очень коротко упомянуть о роли Саркози в создании Союза стран Средиземноморья. Речь идет о союзе, объединяющем 42 государства, в котором, конечно, присутствует одна из стран, находящихся на берегу Средиземного моря, - это государство Израиль, с одной стороны – Израиль, с другой – более дюжины арабских стран. Вот это и есть квадратура круга, и в эту упряжку сейчас Саркози впрягся и делает все, от него зависящее, чтобы и этот проект увенчался успехом.



Кирилл Кобрин: Когда Николя Саркози вступал в должность президента, но не Европейского союза, а Франции, было много разговоров, какую внешнюю политику будет проводить Саркози. Его обвиняли то в излишней пристрастности к США, что он американофил, либо говорили, что он, наоборот, будет продолжать политику де Голля и, соответственно, не антиамериканскую, конечно же, но все-таки с опаской относясь к политике США. Много говорили об отношениях с Великобританией и с Россией. Вот в результате сейчас Саркози-политик как выглядит?



Семен Мирский: Я думаю, что в отношении Саркози сбылись все без исключения прогнозы, которые вы упомянули, и, думаю, еще некоторые, которые вы просто не сочли нужным упомянуть. Это и то, и другое, и третье. С одной стороны, разумеется, мощная атлантическая направленность, то есть дружба с США, и здесь Саркози во многом отходит от модели поведения Франции, разработанной де Голлем, который был известен своей неприязнью к англосаксонскому миру, в частности, к США. Говорили, что он будет более сдержанно относиться к России, чем его предшественник Жак Ширак, тем не менее, мы знаем, что и во время упомянутого кризиса между Россией и Грузией, и можно привести другие пример, когда Саркози очень хорошо принимали в Москве, он нашел общий язык с Владимиром Путиным. И, разумеется, Саркози ведет себя по известному принципу: слушать всех и никого не слушаться.


XS
SM
MD
LG