Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Две выставки Петербурга




Марина Тимашева: Две выставки проходят в Петербурге: в Музее политической истории - выставка об истории российского паспорта, в Петропавловской крепости – экспозиция, посвященная главной политической тюрьме России. На выставках побывала Татьяна Вольтская.




Татьяна Вольтская: Самая важная вещь, которую нужно взять в дорогу русскому человеку, это паспорт. Паспортная книжка, как говорили в начале 20-го века. «У «краснокожей паспортины», воспетой поэтом, есть родственники, предки и потомки. Это - вид на жительство, отпускное письмо, билет, грамота, свидетельство, пачпорт, пашпорт, удостоверение. Миру мало простого факта нашего существования, приходится убеждать в том, что мы существуем, предъявляя документы». Так начинается маленький, но очень выразительный путеводитель по выставке, являющей собой некую оду паспорту, отчасти - ироничную, отчасти - трагическую. Рисунки Митьков, сопровождающие экспозицию, тоже трагикомические. Вот идет счастливый путешественник, сжимая в руке огромную паспортину, вот стоит у шлагбаума угрюмый страж в рогатом, почему-то, шлеме, и с устрашающим палашом, всем своим видом говоря, что несчастный, чьи документы не в порядке, должен оставить надежду навсегда. А вот уже сценки из истории. Грозный полицейский проверяет, откуда приехал крестьянин с толстыми мешками на телеге, не дальше ли 30-ти верст от дома он живет, и если так, то в тюрьму его, конечно, а потом - домой. Вот унылое еврейское семейство сидит перед дорожной разметкой, символизирующей, вероятно, черту оседлости, вот свирепый городовой трясет за шиворот беспаспортного мужика. А, в общем, понятно, что так, как сегодня, в этой части света стало далеко не сегодня. С чего начинается Родина? С паспорта, конечно. О том, как родилась выставка, говорит заведующая Отделом по работе с аудиторией Музея политической истории Эля Кураева.



Эля Кураева: Идея эта обрастала, как снежный ком. Идея принадлежит Ксении Константиновне Чекадановой, а работала над ней замечательный человек - Ольга Борисовна Кох. Они поняли, что есть очень интересная тема и возможности музея представить паспорт, тот документ, который есть у каждого гражданина России, и все это выросло до программы, акции одного дня, которая называется «Моя краснокожая паспортина». Это театрализованный маршрут по экспозиции нашего музея, презентация буклета. В этой же программе у нас представлена мини выставка «Народная стена», посвященная истории паспорта в доступных, занимательных картинках. Кроме того, здесь отражены житейские истории, которые есть, наверное, в загашнике у каждого гражданина.



Татьяна Вольтская: Буклет, выдаваемый при входе, действительно интересен, и не только текстом и иллюстрациями Митьков. Вот, например, посетителю предлагается заполнить на свое имя паспорт образца 1879 года, где присутствуют такие графы: лета, рост, волосы, брови, глаза, нос, подбородок, особые приметы и, даже, «объявитель сего уволен в разные города и селения Российской Империи для собственных надобностей». Короче говоря, еще прошлый век на дворе, а прелести полицейского государства - во всей красе. Вот, кстати, и анекдот того времени о паспорте. Анекдот в старинном смысле, то есть, случай из жизни.




Эля Кураева: Пришел момент одному служащему, который работал под началом одного литератора, фамилия его Толбин, обновить паспорт. И он должен был поехать на свою малую родину для того, чтобы ему этот паспорт поменяли. А литератор Толбин решил поинтересовался, что же написано в особых приметах сослуживца. Там были пустые строчки. «Как так? У тебя нет никаких запоминающихся индивидуальных примет?». Он говорит: «Ну, нет». «У каждого человека есть особые приметы. Вот, например, ты знаешь, кто такой Гамлет, Принц Датский?». Служащий говорит: «Не знаю». «Вот тебе и особая примета». Взял и написал в этой строчке: «Не знает, кто такой Гамлет, принц датский». Но интереснее было потом. Когда его подопечный вернулся уже с обновленным паспортом, там в особых приметах было: «Не знает, кто такой Гамлет, Принц Датский».





Татьяна Вольтская: Смешные и зловещие свойства документа почти без изменения перетекают из эпохи и эпоху. При входе, вместе с буклетом, посетителям музея выдается маршрутный лист. Говорит автор идеи выставки, старший научный сотрудник музея Ксения Чекаданова.



Ксения Чекаданова: Они будут с этим маршрутным листом в руках и с этим путеводителем находить те экспонаты, которые у нас есть в музее, и которые могут рассказать об истории паспорта. Само слово входит в российский обиход во времена Петра Первого, спасибо царю-реформатору. Здесь мы видим Соборное Уложение Алексея Михайловича, где есть опасные проезжие грамоты, они предшественники нашего паспорта, дальше мы двигаемся по экспозиции в 19-й век, и там мы показываем нашим посетителям три паспорта, правда, называются они не паспорта, а билет и свидетельство. Это документы, которые давали возможность владельцам приискивать работу. Понятно, что в 19-м веке не было фотографии. Мы можем посмотреть на этот паспорт и узнать, что податель этой бумаги «лет имел 29», был он…



Татьяна Вольтская: … «роста двух аршин четырех вершков, волосы черные, глаза карие…»



Ксения Чекаданова: «…подбородок - заросший, лицо - чисто». Но, самое важное - особые приметы. Хорошо тому, кто имел бородавку. У этого, к счастью, тоже бородавка была, но самая главная особая примета – «женат».



Татьяна Вольтская: В советское время, что касается паспорта, говорит старший научный сотрудник музея Андрей Митько.



Андрей Митько: Паспорт обладает тоже контрольными функциями, тоже привязывает в известном плане человека к месту. Здесь мы видим анкеты. В общем-то, эти вопросы достаточно серьезны. Социальная принадлежность - из крестьян, бедняков, сын рабочего. Социальное положение - служащий…



Татьяна Вольтская: Конечно, и родители, и не служил ли в войсках белой армии.



Андрей Митько: Безусловно. Не был, не состоял, не привлекался.




Татьяна Вольтская: В качестве образца паспорта более поздних, послесталинских времен, представлен паспорт Анастаса Микояна. Тема паспорта богата, практически бесконечна и незримо, а порой и вполне зримо, связана с темой тюрьмы. Для того, чтобы в этом убедиться, можно просто прейти через дорогу и пересечь почти все внутреннее пространство Петропавловской крепости, до отреставрированного Трубецкого бастиона, бывшей тюрьмы. Как жилось политическим узникам, о чем они писали в казематах, как к ним относилась охрана, чем они питались - обо всем этом повествует новая экспозиция. Очень большое значение ее открытию придает историк, директор Фонда спасения Петербурга Александр Марголис.



Александр Марголис: Тюрьма Трубецкого бастиона это сердце Петропавловской крепости. А Петропавловская крепость, как известно, это колыбель нашего города. И то, что тюрьма, наконец, вернулась, причем в обновленном виде, это, конечно, событие знаковое. Я работал в Петропавловской крепости в 70-е – 80-е годы, и я знаю, как много замечательных материалов хранилось под спудом. Скажем, научная сотрудница Маргарита Владимировна Эйдельсон всю жизнь занималась историей эсеров. А эта тюрьма, по преимуществу, эсеровская. Об этом молчали, говорили только о большевиках. А вот сейчас весь этот материал, наконец, в значительной его части, явлен народу. Это же можно сказать про других научных сотрудников, которые изучали русскую Бастилию в стол. Где-то там, внутри, были совершенно замечательные материалы, адекватно отражающие историю тюрьмы, а для людей в экспозиции показывали какую-то сказку.



Татьяна Вольтская: Как подумаешь: невзрачный паспорт, темная теремная камера… А выйдешь оттуда на морозный воздух и понимаешь, что история это и правда Муза.







XS
SM
MD
LG