Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

6 января – сочельник, канун православного праздника Рождества Христова


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие московский религиовед, ответственный редактор газеты «НГ-Религия», приложения к «Независимой газете», Марк Смирнов.



Андрей Шарый : 6 января – сочельник, канун православного праздника Рождества Христова. Я 6еседую с известным московским религиоведом, ответственным редактором газеты «НГ-Религия», приложения к «Независимой газете», Марком Смирновым.



Марк Смирнов : Сегодня именно и совершается уже праздничное рождественское богослужение. Оно всегда происходит в ночь накануне праздника. Вообще, церковные праздники – будь то Пасха, или Рождество, или другой праздник –всегда накануне вечером. Поэтому сегодня по церковному календарю уже 6 часов вечера – это уже другой день. Церковь прославляет Христа как родившегося. Поэтому и в храме Рождества в Вифлееме у той самой звезды будут совершаться богослужения. До нас, до Москвы, тоже дойдет отголосок этой радости, то есть она вселенская для христиан.


Сама по себе дата – 7 января – это не дата рождения Иисуса Христа. Это именно только дата установленного церковью праздника в честь Рождества Христова. Верующие, прежде всего, конечно, прославляют Бога за то, что он прислал Спасителя на Землю, того, кто должен был освободить человека от рабства греху и смерти. С сегодняшнего дня как бы и начинается история спасения человечества в христианском смысле слова.



Андрей Шарый : Празднование западного и восточного христианского обрядов сильно отличаются между собой?



Марк Смирнов : Если говорить о литургических разницах, то, безусловно. Потому что при как бы всей общей семантике, притом, что и та, и другая церковь совершенно одинаково проповедует Христа как Бога Человека, то есть Бога, пришедшего на Землю и воплотившегося, родившегося от девы Марии, но вот внешняя обрядность она, действительно, отличается. Потому что все-таки западное христианство развивалось самостоятельно, независимо от восточного, от византийского обряда, византийского благочестия до 1054 года, когда восточное и западное христианства были единой вселенской церкви. Это не считалось существенно важным.



Андрей Шарый : Как известно, патриарх Московский и Всея Руси Алексий скончался несколько недель назад. Сейчас местоблюстителем престола патриаршего является митрополит Кирилл. Что говорит традиция, церковный обычай, Марк? Как митрополит проведет сегодняшней вечер сочельника?



Марк Смирнов : Это будет то же самое богослужение, которое совершал бы и патриарх. Хор, естественно, или дьякон, когда будет произносить молитву о предстоятеле церкви, будет упоминать, конечно, уже не покойного святейшего патриарха Алексия Второго, а местоблюстителя патриаршего престола митрополита Кирилла.



Андрей Шарый : По вашим наблюдениям религиоведа и человека, который много лет следит профессионально за развитием церковных процессов в России, Россия становится более воцерковленной страной?



Марк Смирнов : Да, безусловно. Этот процесс приобретает и количественные характеристики, прежде всего. Что же касается качественных, здесь можно думать - насколько глубоко это воцерковление? Но все равно вот эта религиозная безграмотность действительно преодолевается в силу того, что сегодня любой желающий узнать что-нибудь о религии может без труда это сделать. Но глубина религиозности очень различна. Многие, знакомясь с церковью, с ее вероучением, с ее богослужением, как бы на это и заканчивают свое знакомство, считают, что для европейски образованного человека этого достаточно.



Андрей Шарый : А как вы оцениваете уровень искренности связи с религией нынешней российской власти? Сегодня по телевизору креститься будут все представители российской власти наверняка. Церковь принимает любого. Так к этому нужно относиться?



Марк Смирнов : Вы, конечно, видимо, имели в виду – осенять себя крестным знаменем. Ну – да. Вы абсолютно правы. Скорее всего, сегодня мы будем видеть такую телекартинку, когда на амвоне право от царских врат в храме Христа Спасителя будут первые лица государства. Все это, конечно, символизирует некоторую близость Православной церкви, прежде всего, конечно, ее иерархии к власть предержащим. Плохо это или хорошо? Трудно сказать. Ведь все зависит оттого, какую, собственно, модель или концепцию имеет сегодня Российское государство, российское общество и церковь вместе взятые, что они хотят. Воссоздать старую какую-то модель дореволюционных отношений между церковью и государством, когда церковь была, на самом деле, просто государственным ведомством и подчинялась непосредственно императору. Попытаться это реставрировать – это одна задача. Другая задача – это найти какие-то традиционные основы духовности. Или это должны быть какие-то паритетные отношения в этой новой России.



Андрей Шарый : Я рискую сейчас неверно поставить вопрос, Марк, но все-таки решусь. А разве нынешняя власть в каноническом смысле не остается безбожной? Они же ни в чем не покаялись!



Марк Смирнов : На самом деле, нельзя, конечно, скажем, нынешнего президента Дмитрия Медведева заставить каяться за действия той власти, которая была в 1917 году, в 30-х годах, когда церковь, безусловно, подвергалась очень жестоким гонениям. Наверное, это должен был бы сделать президент Ельцин, по крайней мере, или Михаил Горбачев. Уже очень значительный срок прошел, затянулся этот процесс, я бы сказал. Своевременно ли это будет? Я не знаю. Нынешний президент достаточно молодой человек. Несет ли он ответственность за преступления сталинского, скажем, режима или преступления ленинской политики, большевистской?



Андрей Шарый : То есть вы хотите сказать, что преемственность власти в России не означает преемственности покаяния, необходимости покаяния?



Марк Смирнов : Мне кажется, что эта преемственность чисто такая дипломатическая. Мы сохранили те же обязательства перед Западной Европой. Мы все соглашения международные приняли на себя. Но брать на себя ответственность и каяться за уж очень большой такой список лиц, начиная с 1917 года, это серьезный вопрос. Я не знаю. Он требует очень глубокого осмысления.



XS
SM
MD
LG