Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Незамеченный документ ООН. 2008 год для цыган в России


Ирина Лагунина: В августе минувшего2008 г. Комитет по ликвидации расовой дискриминации ООН, регулярно рассматривающий на своих заседаниях доклады о положении дел в государствах-участниках Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации, принял на своем заседании ряд важных замечаний, касающихся России, в частности, положения российских цыган. Документ прошел незамеченным в прессе. А сказался ли он на жизни цыган в России. Проблему исследовал Владимир Тольц.



Владимир Тольц: В «Замечаниях» Комитета ООН речь идет не только о российских цыганах (в документе они именуются «рома»), но и о других этнических меньшинствах РФ – «чеченцах и других представителях народов Кавказа и Средней Азии, (…) африканцах, а также представителей этнических меньшинств мусульманского и иудейского вероисповедания». Во-первых, Комитет ООН отметил, что они «по-прежнему подвергаются несоразмерно частным проверкам документов, арестам, задержаниям и проверкам документов» и порекомендовал России «принять надлежащие меры, в том числе в рамках дисциплинарного или уголовного делопроизводства, в отношении должностных лиц, которые руководствуясь расовыми мотивами» совершают подобные противозаконные действия. Во-вторых, Комитет «выразил беспокойство отсутствием федеральной правительственной программы по проблеме социальной и экономической маргинализации рома» и предложил РФ принять «национальный план действий» предусматривающий систему мер для поощрения доступа цыган «к работе по найму, оформления личных документов, регистрации по месту жительства, надлежащему жилью, (…) образованию» и т.п.


Как сказался этот документ ООН на жизни российских цыган? Как она складывалась в минувшем 2008 году? Об этом мы беседуем с экспертом Антидискриминационного центра «Мемориал», руководителем проекта по защите прав цыган Стефанией Кулаевой.



Стефания Кулаева: Мне, конечно, трудно сказать за всех цыган Российской Федерации, как складывалась их жизнь. Действительно, наверное, для кого-то конец уходящего года принес большие неприятности в виде экономических проблем, которые постигли страну и ударили по малозащищенным, как всегда и по довольно благополучным людям тоже ударили, потому что встало всякое производство и торговля. Но для нас, как для правозащитников и людей со своей перспективой, пожалуй, самым важным и интересным событием стало заседание комитета по вопросам расовой дискриминации в Организации Объединенных Наций, посвященное положению дел в Российской Федерации. И тот факт, что может быть впервые за время работы комитета с Россией был всерьез рассмотрен вопрос положения цыган и были вынесены специальные рекомендации к Российской Федерации по улучшению положения цыганского меньшинства и преодоления дискриминации этого меньшинства, что мы считаем на самом деле событием важным и некоторым достижением в этой области. Потому что с такими рекомендациями уже можно работать. И даже у нас некоторое ощущение, что приносит результаты. Мне кажется, этот разговор в ООН повлиял на позицию, скажем, новгородских властей в отношении чудовского табора, который, похоже, все же не снесут. Это такой очень существенный момент ушедшего года.



Владимир Тольц: Поясню для слушателей: около года назад мы обсуждали в этой программе «цыганскую тему». И именно тогда речь шла о решении суда о принудительном сносе цыганских жилых домов, как «незаконно построенных» в новгородском райцентре Чудово. «Это политическое решение», — заявил тогда местный прокурор. Ныне уже цитированный мной документ ООН «выразил беспокойство в связи со сносом поселений рома» и рекомендует России «пересмотреть (…) политику по сносу незаконно возведенных поселений рома, если соответствующие здания , легализовать по мере возможности существующие поселения и предоставлять адекватное альтернативное жилье во всех случаях, когда производится принудительное выселение рома».


О других рекомендациях Комитета ООН мы еще поговорим. А сейчас, - я вновь обращаюсь к Стефании Кулаевой, - поясните, пожалуйста, свои слова о воздействии нынешнего кризиса на жизнь российских цыган!



Стефания Кулаева: Экономический кризис, конечно, ударил по всем людям в том смысле, что, например, все почувствовали громадную инфляцию, цены в первую очередь на продукты питания зависят от курса иностранной валюты, поскольку в огромной степени, особенно дешевые продукты – это импорт. Скажем, самое простое – цены на подсолнечное масло, вещь, без которой не обойтись, скакнули колоссально, в полтора раза за короткий период. И конечно, люди перестали есть то, что они себе могли позволить. Это касается всех бедняков. Но тут, когда люди и так были на пределе, то, конечно, возникли такие проблемы, как голод. К нам из нескольких таборов обратились со словами, что требуется срочная помощь, часть семей голодает. В этих трудовых группах было не так еще недавно. А те, кто и так голодали, нелегально приехавшие из бывших республик Союза, самые бедные и маргинальные группы, там, конечно, совсем тяжело, буквально не на что прокормить семью, нет никакой возможности выживать.



Владимир Тольц: Вновь обратимся к документу Комитета ООН по ликвидации расовой дискриминации:



Комитет с беспокойством отмечает сообщения о сегрегации детей, принадлежащих к этническим меньшинствам, в частности рома, в специальных классах для отстающих, а также о случаях, когда детям, (…) чьи родители не прошли регистрацию по месту проживания, было отказано в доступе к образованию .



Владимир Тольц: Но дело не только в регистрации. Элза Михай из табора Верхние Осельки во Всеволожском районе Ленинградской области рассказывает мне:



Элза Михай: Мы уже оседлые цыгане, мы живем давно на одном месте. Мы уже немножко продвигаемся в квалификации. В школе хотим, чтобы наши дети учились вместе с русскими детьми, чтобы мы не отличались от русских. Пока что дети отдельно учатся, у нас своя школа цыганская есть. А мы хотим, чтобы дети были вместе.



Владимир Тольц: Элза, а что это за школа?



Элза Михай: Мы отдельно учимся. У нас школа не очень большая. У нас учится 105 человек, цыганские дети. По сменам они учатся, в одну смену 60 человек, в другую 50 человек. Школа небольшая, нет удобств в школе. Три комнаты всего, три класса.



Владимир Тольц: А учителя? Откуда они берутся?



Элза Михай: Учителя из школы. У них школа другая, а у нас цыганская школа. Хорошо учителя с нами обращаются, хорошо учат наших детей, мы на них не обижаемся.



Владимир Тольц: А на кого вы вообще обижаетесь?



Элза Михай: Я ни на кого. Просто у нас проблема, что дети отдельно учатся, мы бы хотели, чтобы они учились вместе в одной школе.



Владимир Тольц: В чем здесь препятствие? Что не позволяет учиться уже сейчас вашим детям вместе?



Элза Михай: Я вам сейчас объясню. Потому что у нас дети в детский сад не ходят, они не подготовлены к школе. Первоклассники русские знают уже, у них другая программа, они знают все, а наши ничего не знают, когда приходят в школу, по-русски плохо говорят, не понимают – вот то есть проблема. Отношение совсем другое. Я училась в педе, училась вместе с русскими детьми, у нас без разницы было, все одинаково было, что цыгане, что русские. А здесь раздельно.



Владимир Тольц: По поводу рассказанного мне Элзой Михай руководитель проекта по защите прав цыган Стефания Кулаева поясняет:



Стефания Кулаева: Аргументы, которые пыталась привести, как я слышала, Элза, что основная проблема, что наши дети плохо владеют русским, находятся на другом уровне подготовки при поступлении в школу, чем русские – это аргумент не должен быть решающим в государственной политике. Значит надо подготовить, значит надо создать дополнительные классы, дополнительные занятия в ходе начального образования, что угодно. Этого не делается. Вопрос решается именно так, что дети представляют собой некоторую трудность в силу особенностей языкового развития, а значит надо посадить их в коррекционные классы. А коррекционные классы – это, к сожалению, ничуть не лучше образование, ничуть ни сильнее финансирование. Это наоборот просто отсутствие требований. Что школа может дать, то она дает. Сажают, как правило, какую-нибудь пенсионерку. Директор школы, с которой мы работаем, говорила совершенно серьезно, что математика очень трудный предмет, первый-второй касс я еще могу с ними решить, а задачки за четвертый мне с ними не решить. Родители, не имея возможности следить за качеством образования, сами в этом не разбираясь, не предъявляют часто претензий. Педагоги отставные рады, что их вообще хоть куда-то взяли. А дети страдают, но кто их слушает. Школа, про которую говорила Элза, школа в Ленинградской области, где в рамках одной административной системы, одной школы, директор, завуч, разделены на разные здания. В хорошем здании, 20 с лишним комнат, учится человек 70 русских, в плохом здании, где всего два класса, еще какая-то небольшая учительская, учится более 100 цыганских учеников, разделенных исключительно по цвету глаз. Мы стараемся на это дело воздействовать и, в частности, очень удачно, что все-таки появились люди в таборе, к ним относится Элза Михай, которые поняли, что это неправильно и которые начали качать свои права. Похоже, что удастся на уровне средней школы, хотя бы частично эту ситуацию преодолеть.



Владимир Тольц: Добавлю, что время для этого есть. Следующий отчет о положении этнических меньшинств Комитет по ликвидации расовой дискриминации ООН ожидает от России лишь к марту 2012 года.



XS
SM
MD
LG