Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Что стоит за слухами об отставке президента Башкортостана и за их опровержениями


Ирина Лагунина: На этой неделе в СМИ и Интернете одно за другим, появилось сразу несколько сообщений об ожидающейся вскоре отставке президента Башкортостана Муртазы Рахимова. Затем – тоже несколько – опровержений этих сообщений. Что стоит за всей этой информационной кутерьмой? Об этом – в материале моего коллеги Владимира Тольца.



Владимир Тольц: «Бессменный», как пишут о нем, президент Республики Башкортостан Муртаза Губайдулович Рахимов в региональной политике – еще с советских времен. С 1990-го по 1993-й он возглавлял Верховный Совет Республики. И именно в этот период была принята отмененная позднее Декларация о государственном суверенитете Башкортостана, республика подписала Федеративный Договор и декларировала свою новую Конституцию. Заслуги Рахимова во всем этом были вознаграждены тем, что в декабре 1993-го он был избран первым президентом Республики Башкортостан. В связи с изменившейся конфигурацией политического устройства страны в сентябре 2006-го Рахимов последовал примеру своего коллеги из Татарстана Минтимера Шаймиева и досрочно поставил перед тогдашним президентом России Владимиром Путиным вопрос о доверии и с благословения последнего был в октябре того же года наделен госсобранием республики президентскими полномочиями на новый пятилетний срок.


Как и другие политические марафонцы регионального масштаба (а таких уже немного – тот же Шаймиев, к примеру, или Лужков), Рахимов на долгой дистанции республиканского правителя накопил немало претензий к себе – и в народе, и в Кремле. Но по количеству сообщений о скорой досрочной отставке (и их опровержений) он – один из рекордсменов. В чем тут дело? – Об этом я беседую со своим коллегой, директором татаро-башкирской редакции Радио Свобода Римом Гильфановым.



Рим Гильфанов: Да, вы правы в том, что Муртаза Рахимов «уходит» уже годы. И эти слухи время от времени действительно появляются и довольно серьезные на первый взгляд. Но как ответ на ваш вопрос, почему именно с Рахимовым так происходит, Башкортостан все-таки регион особенный, специфический.



Владимир Тольц: А вот что говорит о специфике Башкирии – истории ее формирования и национальной структуре - председатель Башкирского регионального отделения Партии «Яблоко» Артур Асафьев.



Артур Асафьев: В свое время она была первая автономия в революционной России в границах так называемой малой Башкирии, которая сейчас составляет всего лишь небольшой кусочек нынешней территории республики на юго-востоке. Через три года, в 22 году путем слияния с Уфинской губернией была образована большая так называемая большая Башкирия, и она уже стала обладать и промышленностью, и необходимыми кадрами для становления своей автономной государственности. Но сразу резко изменился национальный состав. Потому что на территории Уфинской губернии жили преимущественно татары и русские. И вот сейчас такая трехсоставная по национальностям республика, первое место по численности занимают русские, их согласно последней переписи, которая прошла в 2002 году, 36%, вторая – это башкиры, их по этой переписи 29% с небольшим, и татары на третьем месте – 24%. Но я бы сразу заметил, что этой переписи, ее результатам не особенно можно верить.



Владимир Тольц: Ну, о недоверии к результатам переписи 2002 года уже много сказано: утверждалось, в частности, что татар целыми деревнями, не поинтересовавшись их волеизъявлением, записывали в башкиры. Так-де «титульный этнос» и «завоевал» свое второе по численности место в республике… Но какое отношение все это имеет к 17 лет несменяемому Муртазе Рахимову?



Артур Асафьев: Муртаза Рахимов, он, конечно, по национальности башкир, опирающийся преимущественно на башкирские кадры, из плеяды «красных» директоров, советских директоров. И вот здесь мы к главным отличиям переходим. Башкирия – это прежде всего для России, да и для СНГ, можно сказать, это крупнейший центр нефтепереработки. Вообще он крупнейший в Европе, он может перерабатывать до 50 миллионов тонн нефти в месяц. Словом, это сырьевая республика, безусловно. И контроль за этими крупнейшими химическими комплексами, конечно, устремлены всегда взгляды московских финансово-промышленных групп. В свое время в Башкирии в начале правления Рахимова приватизация нефтяной и нефтеперерабатывающей отрасли прошла по особому порядку. Так вышло, что они все остались в собственности республики. Указ Ельцина об общих правилах приватизации нефтехимической отрасли на территории Башкирии не действовал. А потом путем каких-то перекрестных слияний, переводов фактически вся нефтепереработка очутилась под контролем уже даже не республики, а лично клана Рахимовых, отца и сына.



Владимир Тольц: Про Рахимова-сына (его зовут Урал), про его «проделки», связанные не только с лукавой приватизацией значительной части энергокомплекса Башкортостана (часть пришлось вернуть республике), про желание отца передать верховную власть сыну и отказ от этой идеи, про их распри и замирения уже сказано и написано немало. Но вы заметили, с чего начал Артур Асафьев? –



Артур Асафьев: Муртаза Рахимов, он, конечно, по национальности башкир.



Владимир Тольц: В этом «конечно» унаследованный с советских времен принцип, согласно которому желательно, чтобы наместник московской власти в нацреспублике принадлежал к «коренной нации». (Если de facto было не так, переделывали: например, бывший 1-й секретарь Башкирского обкома Зия Нуриев – татарин, но по мере движения по карьерной лестнице, - он зампредом союзного Совмина стал – по мере подъема наверх, еще до Москвы, превратился в башкира. То же самое произошло и с другим башкирским партпредводителем Мидхатом Шакировым. И с прочими…)


Вот почему в нынешних, опровергнутых уже, правда, неназванными «информированными источниками» сообщениях о досрочной отставке Рахимова содержатся прямо как для советских открыток, изображающих «дружбу народов» подобранные кандидатуры – башкир Рудик Искужин- «государственник» из КГБ, русский, уроженец Уфы Андрей Шаронов – крупный госчиновник из комсомольцев, и татарин Ралиф Сафин – вице-президент ЛУКОЙЛа, знаменитый богатством и дочерью Алсу.


Рим Гильфанов говорит мне на это:



Рим Гильфанов: Эти имена в принципе не новые, кроме Шаронова может быть, он как бы удивил, что как выходец из Уфы тоже среди претендентов.



Владимир Тольц: Мне тоже так кажется – по принципу рождения.



Рим Гильфанов: Мое личное мнение по поводу последнего слуха, последнего списка – он очень такой идеально подобранный. То есть, мне кажется, что это не тот настоящий список, который есть у Рапоты и наверняка уже есть и у Медведева.



Владимир Тольц: Поясню – не все ведь знают: Григорий Рапота - полпред президента в Приволжском федеральном округе, а Медведев – сам президент…


Ну, вот, я уже сказал: не успел этот «идеальный» список появиться, как тут же его опровергают. Так зачем все это? – Из Уфы мне отвечает Артур Асафьев:



Артур Асафьев: Я думаю, это пробные шары, которые запускается Кремлем. Потому что давно уже у них вся публичная политика или ее крохи ведутся в режиме методики спецопераций, легенд прикрытия, как-то по-другому не назовешь. Ведь этот список не первый. Еще совсем недавно, скажем, осенью был совершенно другой список. Я думаю, все это пробные шары, запускаемые с целью протестировать реакцию республиканских элит, возможно населения, общественности, снятие реакции в прессе, в том числе.



Владимир Тольц: Глава Башкирского регионального отделения Партии «Яблоко» Артур Асафьев.


Ну, и совсем как в детской считалке:


На золотом крыльце сидели


Царь-Царевич


Король-Королевич


Сапожник,


Портной…


- вот они сидят кагебешник, госчиновник, богатей-бизнесмен. Кто из них останется? - Артур Асафьев



Артур Асафьев: Тут можно только аналитически гадать. Если брать этот тренд так называемый, ставить на все должности во все регионы бывших сослуживцев Путина по Ленинграду или по институту КГБ, по службе совместной, если брать этот тренд за аксиому и что он еще и работает вовсю, тогда предпочтение политологи и эксперты будут отдавать Искужину. Если брать наоборот другой тренд, который начинает вроде бы прорисовываться опять-таки на словах медведевских, ставить молодых, грамотных управленцев, то тогда предпочтение можно отдать Шаронову. У Сафина, лично я думаю, перспективы быть назначенным не очень велики, хотя, конечно, аналитики, которые могут просчитывать, скажут, что да, может быть его назначение будет популярно среди татар Башкортостана.



Владимир Тольц: А насколько это, по вашему мнению, серьезно? – Ведь столько раз уже предрекали рахимовскую отставку, а воз и ныне там…



Артур Асафьев: Я думаю, что в этот раз дело обстоит серьезнее, нежели раньше, речь идет именно об уходе Муртазы Рахимова с поста президента. Потому что психологически, это тоже довольно важный фактор в политике – психология, психологически население и элиты в республике и новое поколение чиновников, российской элиты, которые пришли даже не при Путине, а при Медведеве, они устали от фактора Рахимовых и уже не готовы с ними дальше сотрудничать.



Владимир Тольц: Так считает Артур Асафьев. Выскажу и свое мнение: каждый опровергаемый жизнью прогноз увеличивает шансы следующего стать истинным. Ведь Рахимову через месяц уже 75 будет. Мао, правда, правил Китаем до 83-х. Но ведь Башкирия все же не Китай…


XS
SM
MD
LG