Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Петербургские власти собираются построить полигон для утилизации промышленных отходов на Синявинских высотах


Программу ведет Марк Крутов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская.



Марк Крутов: Петербургские власти собираются построить полигон для утилизации промышленных отходов на Синявинских высотах, где шли самые ожесточенные и кровопролитные бои за Ленинград и, по скромным подсчетам, погибло по меньшей мере 200 тысяч защитников города. Ветераны Великой Отечественной войны начали сбор подписей под обращением к президенту против строительства полигона.



Татьяна Вольтская: Идея устроить свалку на Синявинских высотах не нова. Изначально рассматривались три места, но было установлено, что в двух из них имеются братские захоронения. По поводу третьего в документах петербургского жилищного комитета значится, что там захоронений нет. Но и поисковики, ищущие останки солдат Великой Отечественной, и ветераны в один голос утверждают, что каждая пядь будущей свалки усеяна костями. Во время войны на Синявинских высотах бои шли постоянно, крупных наступлений было четыре, - говорит командир поискового отряда "Малая Охта" Виктор Юхневич.



Виктор Юхневич: В сентябре 1942 года при попытке прорыва блокады Ленинграда, когда маршал Жуков командовал наступательной операцией Волховского фронта, наши пытались вклиниться в немецкую оборону в районе Гайтолово, они вклинились и практически дошли до поселка Молодцово. Немцы отрезали нашу армию, там около 120 тысяч попали в окружение, и практически никто из них не вышел. В январе 1943 года прорвали оборону около Пятого Рабочего поселка, а Синявинские высоты, роща Круглая и Гайтолово - еще 7-8 месяцев шли наступательно-оборонительные бои в этих местах, гибли солдаты. При прорыве блокады Ленинграда на Синявинских высотах погибло 360 тысяч советских солдат. Это только кадровые, а плюс еще были ополченцы, были те, кто строили железную дорогу - это тоже погибших сколько было. Плюс те, кого вывозили из блокадного города. А местные жители в этих деревнях.



Татьяна Вольтская: Тем не менее, рыть котлован для свалки, которая осквернит останки павших, собираются уже в этом году. Да, собственно, свалку уже открыли: 11 января 8 мусоровозов вывалили здесь свой груз. 15 января в Петербурге по Пятому каналу прошел об этом сюжет, и начальник управления по твердым и бытовым отходам жилищного комитета Дмитрий Руденко сказал в эфире: "Бои шли вообще на всей территории. Можно сказать, что по всей территории Ленинградской области вообще ничего нельзя возводить, но это неправильно". После этого телефон жилищного комитета не отвечал.


Еще в 80-х годах все эти места было решено сделать мемориальными, как Невский пятачок, - напоминает Виктор Юхневич.



Виктор Юхневич: Самое большое число бойцов, которых мы там поднимаем, имеют медальоны, награды или именные вещи. Люди, попавшие в окружение именно в тех местах, где собираются строить свалку, они пытались хоть каким-то образом оставить о себе весточку, и поэтому подписывали все, вплоть до голенищ сапог, чтобы у тех, кто их потом, когда они либо найдутся, если не он вернется, то хоть о нем слава останется. Но в нашей жизни все делают деньги. Я не знаю, кем было принято это решение, что именно на этом месте сделать свалку, непонятно. Перенести ее подальше от жилмассива, потому что там дачный поселок находится, недалеко находится город Кировск, и это будет экологически загрязнен весь район. Во-вторых, сколько мы потеряем судеб людей, которые погибли на этих местах. Поисковое движение не такое большое, нас около 3 тысяч человек в Санкт-Петербурге, но я выезжаю со своим поисковым отрядом на январских праздниках в лес, и мы нашли останки уже 25 солдат. А на этих местах собираются сделать большую помойку, и останки будут покоиться под слоем мусора. Поэтому как общественность, так и все поисковики России очень сильно возмущены.



Татьяна Вольтская: Ирина Скрипкина, возглавляющая организацию "Жители блокадного Ленинграда", тоже считает, что на костях свалке не место.



Ирина Скрипкина: Если доказано, что там до сих пор поисковики обнаруживают погибших, чтобы по этому месту что-то строилось - такого быть не может.



Татьяна Вольтская: То, что там якобы не обнаружено никаких останков, звучит странно, - говорит протоиерей Вячеслав Харинов, окормляющий в своем приходе членов нескольких ветеранских организаций.



Вячеслав Харинов: Я думаю, что это или какая-то ошибка, или недоразумение, и полигон будет поставлен просто на костях солдат. Гайтолово и Торполово - они достойны такого же почета, уважения и известности, как Бородино или Куликово поле. Там бомбозапас был сброшен почти весь, который предназначался для Ленинграда, это помогло сохранить город. А сейчас город хочет это место превратить неизвестно во что. Это место - одно из самых кровавых вообще на земле.



Татьяна Вольтская: Петербургское "Яблоко" уже готовит письма и, если понадобится, акции протеста, - говорит член бюро партии Борис Вишневский.



Борис Вишневский: Во многих очень местах боев идет строительство, и при этом нарушается грубо федеральный закон, который запрещает любое строительство на местах, где обнаружены останки. Никаких обследований нет, все это фальсифицируется, и все строят. Вот этот такой де-факто "патриотизм" наших властей. Синявинские высоты - наверняка еще живы люди, кто воевал там, живы родственники тех людей, их дети, внуки, для которых, конечно, важно знать, где и как погибли их деды, отцы. Я бы посмотрел, что началось бы у нас, если бы такие массовые захоронения были где-нибудь в Эстонии или в Латвии, и там бы местные власти захотели устроить свалку. Думаю, что в лицах можно разыграть все, что произошло бы.



Татьяна Вольтская: На месте прорыва блокады Ленинграда уже строились свинарники, птицефермы, при проведении мелиорации кости героев уже разбрасывались вокруг. Видимо, глубина беспамятства, глубина позора как-то соотносится с высотой славы, с ценой крови. И вот теперь - полигон. Война продолжается...


XS
SM
MD
LG