Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

История процедуры инаугурации президента США


Ирина Лагунина: Президент Буш попрощался с нацией. В этом 13-минутным телевизионном обращении к Америке уходящий президент сумел затронуть все, чем страна жила в течение 8 лет его правления, и попросил воздать ему должное за то, что ему пришлось принимать сложные решения.



Джордж Буш: Как у всех, занимавших этот пост до меня, у меня были взлеты и падения. Есть вещи, которые, если бы у меня была возможность, я сделал иначе. Но мы всегда руководствовались интересами нашей страны. Я действовал по совести и делал то, что считал правильным. Вы можете не соглашаться с какими-то из трудных решений, которые мне пришлось принимать, но я надеюсь, что вы согласны со мной в том, что мне пришлось принимать трудные решения.



Ирина Лагунина: Он начал две войны и вывел нацию из кризиса после чудовищной трагедии 11 сентября. И возможно, именно поведение правительства после терактов 2001 и его роль в восстановлении общественного доверия, и отнюдь не Ирак или Афганистан, войдут, в конечном счете, в историю, хотя сейчас его рейтинг составляет всего 34 процента. Но сейчас Вашингтон занят подготовкой к инаугурации нового президента США. Все пытаются заполучить места либо на самой церемонии, либо на многочисленных званных обедах, которые пройдут в американской столице во вторник. И вообще, это всегда интересно и очень торжественно. Об истории церемонии рассказывает Владимир Абаринов.



Владимир Абаринов: Вопреки распространенному мнению, у церемонии инаугурации нет раз и навсегда установленного ритуала. В Конституции говорится только, что срок президентских полномочий начинается в полдень 20 января и что перед вступлением в должность избранный президент приносит присягу, текст которой записан в Конституции. Не указаны ни должностное лицо, которое приводит к присяге нового главу государства, ни способ приведения к присяге, ни место передачи власти. В Конституции ничего не сказано о Библии, более того – она допускает, что вместо клятвы президент может, по религиозным или иным соображениям, дать торжественное обещание.


Церемония – это дань традиции, начало которой положил Джордж Вашингтон. Именно он первым поклялся на Библии, произнес непредусмотренную Конституцией фразу «Да поможет мне Бог» и поцеловал Библию. Но были президенты, не придававшие значения церемониальной стороне, или им было не до церемоний. В разных обстоятельствах президенты вступали в должность по-разному. Пользовались ли Библией 2-й, 3-й, 4-й и 5-й президенты Джон Адамс, Томас Джефферсон, Джеймс Мэдисон и Джеймс Монро – неизвестно, а 6-й президент Джон Квинси Адамс клялся на своде законов. Франклин Пирс в 1853 году вместо присяги дал торжественное обещание. Теодор Рузвельт стал главой государства в сентябре 1901 года в связи с убийством президента Уильяма Маккинли, в кабинете которого Рузвельт был вице-президентом. На Библии он в тот раз не клялся, зато на своей второй инаугурации в 1905 году он не только возложил руку на Библию, но и совершенно точно известно, на какую именно страницу и даже какой стих – это была фраза из соборного послания апостола Иакова «Будьте же исполнители слова, а не слышатели только, обманывающие самих себя» (Иак., 1:22). У Франклина же Рузвельта все четыре раза старая фамильная Библия была раскрыта на начале 13-главы первого послания Павла к Коринфянам: «Если я говорю голосами человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я - медь звенящая или кимвал звучащий» (I Кор., 13:1).


В 1829 году 7-м президентом США стал генерал Эндрю Джексон, который пользовался по-настоящему массовой поддержкой избирателей. О том, что произошло на его инаугурации, рассказывает историк Сената США Бет Хан.



Бет Хан: Поскольку множество людей собирались приехать в город, организаторы церемонии решили провести ее под открытым небом, чтобы публика могла видеть, как будет приведен к присяге Эндрю Джексон. Город наводнило такое количество людей, что перед нижними ступенями лестницы Капитолия натянули корабельный канат, чтобы зрители не могли подняться выше и не причинили президенту какого-нибудь вреда. Но когда Джексон принес присягу и произнес свою инаугурационную речь, публика была в таком восторге, что канат не смог сдержать ее, и толпа хлынула вверх по ступеням. Джексон успел скрыться в здании Капитолия и уже оттуда уехал в Белый Дом.



Владимир Абаринов: Но толпа настигла его и там. По тогдашней традиции в день инаугурации двери Белого Дома открывались для всех желающих. Восторженные поклонники заполонили резиденцию главы государства, поломали мебель и перебили фарфор. Эндрю Джексону пришлось спасаться бегством. В марте 1841 года во время инаугурации 9-го президента Уильяма Гаррисона произошел еще более печальный случай.



Бет Хан: Вильям Генри Гаррисон произнес самую длинную инаугурационную речь. В ней было 8445 слов. Погода была отвратительная – было холодно, шел дождь. Гаррисон отказался надеть пальто и несмотря на ужасные условия продолжал читать свою бесконечную речь. Уже и без того простуженный, он усугубил свое недомогание, заболел воспалением легких и умер через месяц после инаугурации.



Владимир Абаринов: Франклин Рузвельт свою четвертую присягу в 1945 году приносил на балконе Южного портика Белого Дома: его здоровье не позволяло ему участвовать в традиционной церемонии, а кроме того, в условиях военного времени он счел неуместными пышные торжества. Линдон Джонсон стал президентом в ноябре 1963 года после убийства Джона Кеннеди во время поездки в Даллас. Чрезвычайная ситуация требовала немедленного вступления в должность. Присягу он принес на борту президентского самолета. Приводила его к присяге не председатель Верховного Суда США, как других президентов, а федеральный окружной судья из Техаса Сара Хьюз.


Иногда ритуал изменялся в силу случайных условий. Например, когда в 1817 году вступал в должность Джеймс Монро, церемония должна была пройти в зале пленарных заседаний Палаты представителей. Сенаторы запросили спикера нижней палаты, могут ли они поставить в помещении свои кресла, более элегантные и удобные, чем стулья членов нижней палаты. Спикер ответил отказом, сенаторы не пожелали сидеть на стульях, и церемонию перенесли под открытое небо.


Даже требование Конституции принять власть ровно в полдень редко соблюдается с точностью до минуты. Одним из самых пунктуальных президентов был Линдон Джонсон. Свою вторую присягу в январе 1965 года он принес в 12 часов 3 минуты пополудни. Его предшественник Джон Кеннеди сделал это в 12 часов 51 минуту, а Гарри Труман – в 12:29.


Председатель Верховного суда США Фредерик Винсон.



Фредерик Винсон: Поднимите правую руку. Вы, Гарри С. Труман, торжественно клянетесь...



Гарри Труман: Я, Гарри С. Труман, торжественно клянусь...



Фредерик Винсон: ...что вы будете честно исполнять обязанности президента Соединенных Штатов...



Гарри Труман: ...что я буду честно исполнять обязанности президента Соединенных Штатов...



Фредерик Винсон: ... и по мере своих сил блюсти, охранять и защищать Конституцию Соединенных Штатов.



Гарри Труман: ... и по мере своих сил блюсти, охранять и защищать Конституцию Соединенных Штатов.



Фредерик Винсон: Да поможет вам Бог.



Гарри Труман: Да поможет мне Бог.



Владимир Абаринов: При всем символическом значении элементов ритуала гораздо важнее содержание инаугурационной речи, в которой вступивший в должность президент излагает свою программу. Франклин Рузвельт впервые возглавил США в тот момент, когда в стране свирепствовала Великая депрессия.



Франклин Рузвельт: Это день национального посвящения, и я уверен, что мои дорогие соотечественники-американцы ждут, что, вступая в должность президента, я обращусь к ним с прямотой и решимостью, как того требует нынешнее положение нашей страны. Сейчас самое время говорить правду, всю правду, открыто и смело. И нам нет нужды уклоняться от честного взгляда на сегодняшнюю ситуацию в нашей стране. Эта великая страна выстоит, как это бывало и прежде, возродится и расцветет. Поэтому первым делом разрешите мне высказать твердое убеждение, что единственное, чего нам следует бояться, это страха — отчаянного, безрассудного, неоправданного ужаса, который парализует усилия, необходимые для превращения отступления в наступление.



Владимир Абаринов: Джон Кеннеди в своей речи обратился не только к американцам, но и ко всему миру.



Джон Кеннеди: Человек держит в своих бренных руках силу, способную уничтожить все виды человеческой бедности и все виды человеческой жизни. Однако на всем земном шаре по-прежнему актуаль­на та революционная вера, за которую сражались наши отцы, - вера в то, что права даруются человеку не щедротами государства, но Божьей дланью. Сегодня нам нельзя забывать, что мы - наследники той первой рево­люции. Пусть с этого места в это мгновение до друга и до врага долетит весть о том, что факел был передан новому поколению американцев, рож­денных в этом столетии, закаленных войной, дисциплинированных труд­ным и горьким миром, гордящихся своим древним наследием и не же­лающих видеть или допускать постепенного уничтожения прав человека, которым всегда был предан наш народ и которым мы ныне преданы у себя в отечестве и во всем мире. Пусть каждая страна, желает ли она нам добра или зла, знает, что мы заплатим любую цену, вынесем любое бремя, пройдем через любое испытание, поддержим любого друга, воспрепятствуем любому врагу, утверж­дая жизнь и достижение свободы.



Владимир Абаринов: Преемник Кеннеди Линдон Джонсон пришел в Белый Дом с программой глубоких социальных реформ.



Линдон Джонсон: Я не верю в то, что Великое общество – это упорядоченная, не подверженная переменам, стерильная армия муравьев. Радость в том, чтобы творить – пытаться, пробовать, терпеть неудачу, но после передышки творить снова – всегда творить и всегда обретать. В каждом поколении, тяжким трудом и слезами, мы должны были заново обретать наше наследие. Если нас теперь постигнет неудача, значит, мы забыли то, чему научили нас невзгоды: что демократия зиждется на вере, что свобода берет больше, чем дает, и что Господь строже спросит с того, кому больше дано. Если мы добьемся успеха, то это произойдет не благодаря тому, что мы имеем, а благодаря тому, кто мы есть; не из-за того, что мы чем-то владеем, а из-за того, во что мы верим.



Владимир Абаринов: В разгар острого экономического кризиса вступил в должность Рональд Рейган.



Рональд Рейган: Десятилетиями мы громоздили дефицит на дефицит, отдавая в заклад свое будущее и будущее наших детей ради временного удобства в настоящем. Экономические недуги, которыми мы страдаем, поразили нас несколько десятилетий назад. Они не уйдут в считанные дни, недели или месяцы, но они уйдут. Они уйдут, потому что мы, американцы, способны теперь, как были способны в прошлом, сделать все необходимое для того, чтобы сохранить этот последний и величайший бастион свободы. В этом нынешнем кризисе правительство - не решение нашей проблемы. Правительство - само проблема.



Владимир Абаринов: Первая часть этой цитаты удивительно точно описывает причины нынешнего кризиса, но с выводом о том, что правительство – не решение проблем, Барак Обама вряд ли согласится. Он принимает бразды правления с программой, более напоминающей программу Нового курса Франклина Рузвельта. Что касается церемониальной символики, то она в этом году построена на ассоциациях с Авраамом Линкольном, который, как и Обама, был сенатором от штата Иллинойс и уничтожил рабство. Америка в этом году отмечает 200-летие со дня рождения Линкольна. Барак Обама будет приносить присягу на той же Библии, на которой присягал на своей первой инаугурации в 1861 году Авраам Линкольн. Книга была раскрыта на случайной странице.


XS
SM
MD
LG