Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Два с лишним миллиона безработных - много это или мало для России


Программу ведет Евгения Назарец. Принимает участие директор региональных программ Независимого института социальной политики Наталья Зубаревич .



Евгения Назарец : На прошлой неделе российский министр здравоохранения и социального развития Татьяна Голикова сказала, что в России из-за кризиса растет безработица. И теперь уже лишены возможности работать 1,5 миллиона человек. В наступившем году к ним добавятся еще 700 тысяч. Два с лишним миллиона безработных - много это или мало для России, которая продолжает принимать гастарбайтеров? Способны ли россияне занять места тех, кто приезжает в страну на заработки из ближнего зарубежья? Об этом директор региональных программ Независимого института социальной политики Наталья Зубаревич.



Наталья Зубаревич : Во-первых, уровень безработицы в России очень низкий, чрезвычайно низкий. Просто посчитайте. 75 миллионов экономически активного населения, а мы говорим сейчас с вами о 1,5-2. Второе. Эти 1,5-2, как нас пугают, миллиона безработных - это только часть измеряемой безработицы. Это те, кто пришел в службы занятости и зарегистрировался там. Более точно измеряет уровень безработицы обследование рынка труда, которое регулярно проводит Росстат. Это более четкий индикатор. Он накануне кризиса составлял всего лишь 6 процентов. Считается, что 5 процентов - это норма. Потому что какая-то часть населения все время меняет работу, в данный момент оказывается не работающей. У нас, мы стартуем с 6 процентов. Это очень низкий уровень безработицы.


Напоминаю, что в кризис 1998-1999 годов у нас было 12-13 процентов безработных. Нам нужно удвоить это количество, чтобы просто вернуться к тому уровню, который был всего лишь 10 лет назад. Поэтому, да, безработица в России будет расти, да, проблема будет, но, по-моему, хватит пугать так как это делают сейчас. У нас была ситуация сложнее, намного сложнее в конце 90-х годов.


Другое дело, что последние 10 лет был непрерывный рост, и непрерывно сокращалась безработица. Поэтому психологически слом, конечно, сильный. Если брать региональный аспект, то разница гигантская. В Москве безработицы нет в принципе! Во всяком случае, до кризиса не было. В то же время в Чечне у нас 50 процентов население в возрасте экономической активности не работало. Вот наш диапазон.



Евгения Назарец : Вы привели в пример Чечню. Все-таки достаточно...



Наталья Зубаревич : Специфический регион.



Евгения Назарец : Да, специфический регион.



Наталья Зубаревич : Дагестан - 20 процентов. Пожалуйста, там войны не было. В республиках Северного Кавказа довольно долго держался уровень безработицы даже в годы экономического роста больше 20 процентов, потому что там идет большой прирост молодежи, а рабочих мест нет. В остальных территориях Российской Федерации. Говорить о каком-то сейчас мгновенном росте безработицы и выкидывания на улицу, я вообще не вижу оснований. Проблема локализуется в Российской Федерации в так называемых закрытых городах, ржавых городах, моноиндустриальных городах, где кроме одного завода нет больше ничего.



Евгения Назарец : С учетом того, что народ пугают ростом безработицы, будут ли люди, наконец, легче расставаться с привычным местом проживания ради поиска работы и переезжать? Возможна ли такая тенденция на фоне этого испуга?



Наталья Зубаревич : Ответ очень простой. Она уже давно идет, если мы рассматриваем московскую столичную агломерацию. В радиусе 500 километров вокруг вы всегда найдете людей, работающих в Москве вот этим полувахтовым методом. Могу привести в пример город Гагарин, где недавно был президент. Треть трудоспособных работает в Москве. Если же мы говорим о постоянных переездах со сменой места жительства, то нигде у нас в стране не удалось снизить эти огромные барьеры стоимости жилья, аренды муниципального жилья, не только покупки, куча бюрократических процедур, необходимых для переезда. Это очень дорого. Пока это так, переездов таких горизонтальных межрегионных, мы не дождемся. Единственное исключение более гибкого рынка труда - это нефтегазодобывающие территории. Люди легче приезжают, легче уезжают, потому что они мигранты. Вся остальная Россия мобильностью не отличается. К этому есть и исторические причины, и совершенно жуткие институциональные условия для смены места жительства.



XS
SM
MD
LG