Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Подсознание текста. Гость «Американский час» - психолог-лингвист Джеймс Пеннебейкер






Александр Генис: Слушая инаугурационную речь Обамы, как, собственно, всякое ораторское выступление, мы можем сосредоточиться на том, что политик говорит, а можем сконцентрироваться на том, о чем он проговаривается. Последним – анализом подсознания текста – занимается сегодняшний гость «Американского часа», профессор психологии университета штата Техас Джеймс Пеннебейкер. С ним беседует наш корреспондент Ирина Савинова.




Ирина Савинова: Когда и почему вы заинтересовались анализом текста?



Джеймс Пеннебейкер: Я никогда специально не интересовался анализом речи и текста, я встретился с этим в 80–е - 90–е годы: тогда мы, психологи, исследовали группы людей, в чьей жизни были трагические моменты или серьезные болезни. Мы хотели узнать, какой эффект на их физиологическое здоровье окажет рассказ или описание ими в письменной форме пережитых психологических потрясений. Поправятся ли они быстрее, делая это. Четыре дня подряд, в течение 15 минут, одна группа описывала свои несчастья, другая — какие-нибудь незначительные события в их жизни. Потом мы хотели каким-то образом проанализировать написанное, но сделать это не удавалось до той поры, пока наши студенты не создали специальную компьютерную программу, показавшую, с какой частотой обе группы использовали каждую часть речи. И даже не из главных, а, скажем, предлоги, союзы, слова типа «кроме», «но», «исключая», «нет», «никогда». Так вот частота использования некоторых из этих слов предсказывала успех выздоровления. Это стало ясно позднее: они меньше или вообще переставали обращаться к врачам, лучше успевали в учебе. Ирония в том, что я никогда не интересовался лингвистикой или анализом текста и мне буквально насильно пришлось открыть для себя этот мир.



Ирина Савинова: За двадцать с лишним лет работы в области психологии вы провели много исследований, которые, среди прочего, показали, что важен не только выбор слов, но и общий стиль речи, не так ли?



Джеймс Пеннебейкер: Правильно. Если взглянуть на любой текст, на русском, английском или испанском языке, неважно, на каком, в нем есть две группы слов: одна — слова, передающие содержание: существительные, глаголы. Но в тексте, среди всех слов, есть еще и группа слов, создающих стиль речи. Это местоимения, предлоги, союзы, вспомогательные глаголы. Эти скромные слова ответственны за стиль текста: в зависимости от того, с кем мы говорим, наша речь носит разную окраску. С друзьями мы говорим на неформальном - разговорном - языке, стиль разговора с боссом — официальный. Так вот эти функциональные слова, артикли и союзы, точнее других передают психологическое состояние автора текста.



Ирина Савинова: Ваши исследования показывают, что мужчины, скажем, пользуются артиклями чаще, чем женщины. Женщины пользуются чаще местоимениями. О чем это говорит?



Джеймс Пеннебейкер: Не будем говорить, что мужчины всегда делают это или что женщины всегда не делают этого. Просто различия наблюдаются достаточно часто, чтобы их заметить. Мужчины чаще говорят о вещах и предметах, женщины — о других людях и об отношениях. Разумеется, описывая вещь, вы говорите конкретно. Отношения же между людьми описываются более абстрактно.



Ирина Савинова: Структура речи как личная подпись. Могут ли ученые определить по ней характер человека, как сделал бы графолог?



Джеймс Пеннебейкер: Да, мы можем. Мы можем создать портрет человека, анализируя спектр слов, которыми он пользуется. Если записать речь выступающего политика и проанализировать частоту употребления им определенных слов, можно судить об его отношении к окружающим и о его психологическом состоянии.



Ирина Савинова: Обнаружив, что мужчины и женщины пользуются разными частями речи с разной частотой, вы предсказываете успех брачных союзов, основывая свои прогнозы на частоте употребления ими разных слов. Разве это возможно?



Джеймс Пеннебейкер: Мы проанализировали частные разговоры супругов, с глазу на глаз. Наша методология позволила нам оценить уровень ощущения счастья и качество их отношений. Употребление ими разных слов, местоимений или союзов, например, с приблизительно одинаковой частотой — явный показатель того, что две стороны близки друг другу. Характер же речи более официальный явно указывает на то, что супруги не счастливы в браке.



Ирина Савинова: Недавно вы анализировали послания террористов Аль-Каиды. Что мы узнаем о них с помощью вашего метода анализа?



Джеймс Пеннебейкер: Речи политических лидеров можно анализировать с разных позиций. Мы рассмотрели тексты устных выступлений, письменные послания и видеозаписи Осамы бин Ладена и его правой руки Аймана аль-Завахри. Тексты бин Ладена мы анализировали по просьбе ФБР. По ним видно, насколько он постоянен в форме своих высказываний: употребление им местоимений «я», «мой», «меня» остается на одном и том же уровне, начиная с 90-х годов. Похоже, что его психологическое состояние остается неизменным. Что же касается аль-Завахри, то его позиция в стане бин Ладена пошатнулась в 2004 году. Об этом можно судить исходя из того, как изменилось употребление им местоимений. И на записях он звучит гораздо менее уверенно. В чем причина, мы, конечно, не знаем, но его речь сильно изменилась.



Ирина Савинова: Барака Обаму выбрали президентом, поздно обсуждать его кандидатуру, но все же попробуйте определить его настоящий характер, принимая во внимание специфичность предвыборных речей.



Джеймс Пеннебейкер: Признаться, я еще не анализировал его речь после выборов. Но во время предвыборной кампании по его выступлениям я заметил, насколько он постоянен в выборе слов. Насколько он социально и психологически «кул». Другими словами, насколько он отстранен, дистанцирован. Он не говорит о себе, он не упоминает других людей. В противовес президенту Бушу или кандидату Маккейну, которые часто употребляют личные местоимения, и чья речь окрашена словами, несущими эмоциональную нагрузку, Обама почти не употребляет местоимение «я». В отношении мыслительной способности, то есть, как он оценивает действительность, различает ли нюансы проблем и вопросов, видно, что он глубокий и сложный человек и может рассматривать одно явление во многих аспектах. У него есть способность оценивать явления во времени. Буш или Маккейн склонны оперировать конкретными, реальными явлениями. Вскоре у нас будет больше примеров того, как Обама пользуется различными языковыми ресурсами. Но уже сейчас заметно, что он сильно отличается от Буша и даже Клинтона.




Ирина Савинова: Пытались вы анализировать свои собственные тексты?




Джеймс Пеннебейкер: Я анализировал мои дневники, которые веду много лет, с тем, чтобы понять, в какую сторону изменился с годами. У меня заметны те же изменения психологии, которые характерны для всех стареющих людей: они становятся менее негативными и более сложными. Со мной происходит все перечисленное. Так что я старею по общему плану.



XS
SM
MD
LG