Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Нобелевские тайны Бориса Пастернака преданы гласности


В Стокгольме открыты бумаги по Нобелевскому делу Бориса Пастернака. Они становятся достоянием гласности по прошествии 50 лет после присуждения премии. Постоянный секретарь Шведской академии Хорас Энгдаль отметил, что никаких документов о причастности ЦРУ к пастернаковской награде не обнаружено. Эту новость комментирует обозреватель Радио Свобода Иван Толстой, автор книги «Отмытый роман Пастернака: "Доктор Живаго" между КГБ и ЦРУ»: «Господин Энгдаль удовлетворен, что письменных доказательств завербованности генсека ООН Дага Хаммаршельда в бумагах нет. Нет также и свидетельств того, что "Пастернак мог целенаправленно использовать американские разведслужбы, чтобы напечатать свою книгу на Западе". Насколько мне известно, никто и никогда подобных глупостей и не утверждал. Генсек ООН был политически и нравственно расположен отметить Пастернака премией, вербовать Хаммаршельда не было никакой нужды. И не Пастернак использовал американские разведслужбы, а наоборот, они использовали его имя и его роман в холодной войне против коммунизма. И это я доказываю в своей книге многочисленными письменными и устными свидетельствами. Вероятно, секретарь Шведской академии мою книгу не читал. Конечно, разоблачающих документов в стокгольмском архиве не найдено. Стоит ли объяснять, что профессиональные разведчики и не оставляют следов, где не надо. Тем более в таких публичных местах, как Нобелевские архивы. Тем более и не разведки даже, а агенты влияния, как Хаммаршельд, что называется, свои люди. Слова господина Энгдаля напоминают аргументы тургеневского Базарова, который, разрезав лягушку и не найдя там души, утверждал, что, значит, ее и не существует».
XS
SM
MD
LG