Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Беcеда с директором Библиотеки Вацлава Гавела Мартином Путной




Дмитрий Волчек: Гость радиожурнала Поверх барьеров - чешский философ, славист и директор Библиотеки Вацлава Гавела Мартин Путна. Нелли Павласкова беседовала с ним об открывшейся в начале января выставке «Поэты чешского андеграунда о Вацлаве Гавеле».



Нелли Павласкова: Официальное название этой выставки – строфа из стихотворения поэта андеграунда Эгона Бонди «Был у нас андеграунд, а теперь у нас пшик». В подлиннике звучит более крепкое словцо. На выставке – плакаты со стихами поэтов подземелья – Мартина Ироусека, близкого друга Гавела, Брабенца, Панека, фотографии тех лет опального фотографа Богдана Голомичека и тексты барда Ярослава Гутки. В начале восьмидесятых госбезопасность заставила его покинуть Чехословакию. В 1989 году Гутка первым из вынужденных эмигрантов вернулся на родину, и всюду зазвучала его знаменитая песня «Гавличек-Гавел». Звучит она и на выставке.



Выставку организовал славист и философ Мартин Путна, директор Библиотеки Вацлава Гавела. Я спросила его, что собой представляет эта Библиотека.



Мартин Путна: Библиотека Вацлава Гавела - не библиотека в классическом смысле слова. Это, скорее, культурный институт, в котором находится архив Вацлава Гавела и документация жизни и творчества Вацлава Гавела, но не только документация. И работы Библиотеки касаются не только самого Гавела, но и той эпохи, второй половины ХХ века. Так как Вацлав Гавел сам сказал, что он бы хотел, чтобы его имя было только предлогом для развивания мыслей и культурных акций, которые бы рефлектировали эту эпоху ХХ века, чтобы его имя было только рекламой вот этой рефлексии, которая необходима, и которая давно еще не готова в наших странах.





Нелли Павласкова: В одной из своих работ вы так характеризовали поэзию андеграунда:


«Алкогольные стихи и патетические гимны. Проклятия и молитвы. Вульгарности и нега. Игривость и серьезность. Крутая провокация и скрытая глубина». Все это проявилось и в стихах, посвященных Гавелу?



Мартин Путна: Выставку я придумал для того, чтобы показать публике немножко другое лицо Вацлава Гавела или, точнее сказать, другую эпоху его жизни. Все знают Гавела как мирового политика, президента, но я хотел напомнить о том, что было раньше. Раньше, до революции 89-го года, он был лидером политической оппозиции, но, кроме того, он был в центре такого движения или кругов культурных, которые называли себя андеграундом. Они приобрели это название, чтобы показать, что они не только политическая организация, но что андеграунд, подполье, это, прежде всего, состояние духа. Это были поэты, музыканты и так далее, которые не принимали коммунистическую систему вообще. Там есть два понятия - диссиденты и андеграунд. Диссиденты - это бывшие участники официальной культуры, которые уже опубликовали книги. А андеграунд это люди, которые никогда не публиковались, которые даже не старались стать частью официальной культуры, так как они называли эту официальную культуру дьявольской и пользовались этим словом и как метафорой, и в оригинальном смысле слова. То есть коммунистическая система для них была дьяволом, и они любили английскую песню «Скажи «нет» дьяволу». И вот из этого подхода возникла эта очень специфическая поэзия, музыка и так далее. Она специфическая, прежде всего, в том, что касается поэтики. Я думаю, что для русской публики эта поэзия могла бы быть понятна, если я скажу название жанра - частушки. Кажется, что эта поэзия - это детские считалочки или только болтовня пьяных людей. Но это не считалочки и не болтовня, это поэзия, где лирические моменты чередуются с вульгарностями, неприличными словами, где момент провокации очень силен, но смысл там не только в провокации для провокации, а чтобы показать независимость духа. И еще есть одно понятие, которое я бы хотел для русской публики сказать – юродивый. Я думаю, что это очень специфическое культурное движение и состояние духа, которое очень похоже на философию людей андеграунда. Центральная фигура этого движения - Иван Яроус - поэт и музыкант, который назвал сам себя Магор, что можно перевести и как сумасшедший или псих, и как юродивый, в смысле того, кто провоцирует своим стилем жизни и стилем своей поэзии. В поэзии андеграунда Гавел является центральным героем, кем-то вроде святого патрона, то, что свято для всей истории чешского государства. Для этой эпохи Вацлав Гавел является, как поэт, каким-то новым Святым Вацлавом, в котором сосредотачивается вся энергия страны, ее независимость.





Нелли Павласкова: Название выставки взято из стихотворения Бонди «Был у нас андеграунд, а теперь у нас пшик». Продолжение этой строфы звучит так: «Как будто по Чехии прошла смерть». К какому времени относятся эти слова?




Мартин Путна: Он написал это в 82-м году. Там была конкретная историческая ситуация, при которой он это написал. Это было после волны преследования, когда коммунистические органы решили насильно людей андеграунда эмигрировать. Так что большинство из них в эти годы, 81-м и 82-м, были за границей. Так что это его реакция, что был у нас андеграунд и вот, что осталось. Но мы использовали это в качестве метафоры, что есть несколько возможных толкований этого стихотворения. Во-первых, что андеграунд уже скончался, что это было только определенное историческое движение, и что в свободном обществе его не надо. Но, в то же время можно сказать, что андеграунд является чем-то большим, чем просто историческим движением, что это состояние духа, которое появляется во всех эпохах. Это нонконформизм, который необходим для всякого общества, всегда должна быть группа людей, которые будут провоцировать, чтобы не позволять обществу быть слишком довольным своим состоянием. Мы постарались дать такую актуализацию этого.




Нелли Павласкова: Гавел уже в шестидесятых принадлежал к кругам интеллектуальной элиты. Он дружил с лучшими литераторами страны, особенно после 68-го года – с Павлом Когоутом, Людвиком Вацуликом, Яном Прохазкой, с философом Паточкой. Интересно, что вместе с тем его сердцу были близки и эти «отверженные» из андеграунда, он заступился за запрещенную музыкальную группу «Пластик Пипл», за что и попал в тюрьму в первый раз, он приглашал этих поэтов и музыкантов к себе в дом, в горах Крконоше, там они устраивали музыкальные фестивали и часами читали стихи…


Как вы считаете, господин Путна, есть сейчас в Чехии андерграунд?



Мартин Путна: Это вопрос нелегкий. У меня нет однозначного ответа. Мы с моими друзьями, бывшими участниками того андеграунда 80-х годов, дискутировали на вернисаже и мы не дошли до однозначного ответа. Я думаю, что есть потребность андеграунда, но что мы его не видим, а может что мы сами виноваты в том, что его не видим. А может он есть, но мы не способны его видеть и может быть следующая генерация, следующее поколение будет видеть что а вот там были такие люди там была такая активность, а они ее не были способны видеть. Кто знает.





XS
SM
MD
LG