Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Мемориал: разнообразие повседневности.


Владимир Тольц: В наших передачах я стараюсь периодически сообщать новости о разнообразной деятельности международного историко-просветительского правозащитного и благотворительного общества "Мемориал» - активности, которая и в научном, и в общественном, и в моральном планах представляется мне чрезвычайно полезной и плодотворной. Две новости уходящей недели: во-первых. «Мемориал» выдвинули в качестве кандидата на Нобелевскую премию. (Ну, им не привыкать: это уже в третий раз…) А во-вторых, в суде официально подтверждено, что питерский офис «Мемориала» не менее года является объектом негласного оперативного наблюдения со стороны следственных органов. Для некоторых мемориальцев, с которыми я успел об этом побеседовать, это тоже - не новость. Они об этом догадывались. Но одно дело – догадываться, другое – услышать об этом в судебном присутствии. Обеспокоенных попытаюсь утешить: эту слежку можно считать «добрым знаком» - почти про всех российских и советских номинантов на Нобеля, - а тут не только Солженицын с Сахаровым, но и Шолохов, и даже эмигрант Бунин, - почти про всех них известно, что они являлись в разное время объектами негласной оперативной разработки (слежки, прослушки и т.д.) Так что нынешнюю «новость» про наблюдение за «Мемориалом» можно рассматривать как доброе предвестие нечаянной нобелевской радости в будущем. Но посмотрим.


Однако, поскольку наша программа все же ставит целью выявление того, чем настоящее и недавнее прошлое отличаются от давно прошедшего, давайте посмотрим, чем же происходящее ныне и его персонажи отличаются от тех далеких времен, когда, к примеру, органы старательно наблюдали за развитием интимных отношений будущего нобелевского лауреата Михаила Александровича Шолохова с супругой наркома внутренних дел Николая Ивановича Ежова, или более близких нам – когда сыскари и в Союзе, и за рубежом неустанно преследовали Нобелевского лауреата Александра Исаевича Солженицына.


Ну, а поскольку о том далеком прошлом мы не раз уже говорили, сосредоточимся сегодня прежде на событиях сегодняшнего дня.


В сообщениях о «Мемориале» наблюдается в последнее время какая-то загадочная для меня «парность случаев» - вести об очередных успехах и достижениях в многообразной деятельности обязательно сочетаются с сообщениями об очередных неприятностях для этой организации. Возьмем лишь последние, известные всем примеры. В начале декабря СМИ разных стран и континентов подробно сообщали о состоявшейся в Москве международной конференции по истории сталинизма, одним из устроителей которой явился «Мемориал». Но накануне ее открытия те же СМИ оповестили мир об обыске в Научно-исследовательском центре «Мемориал» в С.-Петербурге и изъятии там большого количества документальных материалов, в том числе и на электронных носителях информации – базы данных, содержащие биографические справки более 50 000 жертв сталинских репрессий; результаты поиска нескольких сотен мест захоронения жертв репрессий; коллекция (более 10 000 изображений и текстов) «Виртуального Музея Гулага», уникального веб-ресурса, объединяющего более ста региональных российских музеев и т.д.


Существует ли связь между двумя этими почти синхронными событиями? – Директор санкт-петербургского Научно-исследовательского центра «Мемориал» Ирина Флиге рассуждает так:



Ирина Флиге: Связаны эти события или это совпадение, трудно сказать. Но когда мы не знаем, кто и зачем производит какие-то действия, имеет смысл смотреть на результат. Потому что ответить, почему пришли к нам с обыском я до сих пор не могу. Но, как принято говорить, и я себя не обыскивала. Таким образом, что хотели, то и изъяли. Изъяли, более полутора месяцев держат у себя, соответственно, и не возвращают. Может быть, наконец, прокуратура или следственный комитет заинтересовались нашим историческим прошлым.



Владимир Тольц: Эта скандальная акция, сопровождавшаяся грубыми нарушениями российского законодательства, вызвала бурный протест России и за рубежом. Десятки иностранных и российских ученых обратились с возмущенными письмами к Президенту России, Губернатору Санкт-Петербурга, Генеральному прокурору РФ и другим официальным представителям страны. Ну, а сам «Мемориал» подал в суд жалобу на незаконность этого обыска, необходимость которого прокуратурой была обоснована чрезвычайно причудливо: он –де проводится по уголовному делу, возбужденному «по признакам преступления, предусмотренного ст. 282, часть 1 УК РФ в отношении Андреева А.В., т.е., по факту размещения публикации им в газете «Новый Петербург» статьи, у которой имеются высказывания, унижающие достоинства человека, либо группы лиц по признакам национальности, происхождения, возбуждающие национальную ненависть». Давайте вместе передохнем от этой длинной, не блещущей стилистической безукоризненностью цитаты. А я пока сообщу вам, что, по словам мемориальцев, они упомянутого г-на Андреева знать не знают, и ведать не ведают. Это подтвердил мне и Алексей Андреев, которому происходящее навеяло ассоциации из советского прошлого.



Алексей Андреев: Видите ли, так сложилось, что с «Мемориалом у нас никаких отношений нет, и в «Мемориале» я никогда не был. Я тоже этим сильно напуган, потому что, если печальную историю 30-х годов вспомнить, то там были заговоры самые разнообразные. Там все троцкисты оказывались фашистами в результате, и даже давали в конце концов в суде такие показания, что да, они фашисты. Так что я в связи с этими событиями, тем, что нас зачем-то замешивают в одну кашу с мемориалом, тоже очень напуган. То есть мы настолько разные люди политические, прямо даже я бы сказал противоположного устройства, никаких связей у нас быть не может.



Владимир Тольц: Ну, если сопоставить некоторые возбудившие общественность и следователей фразы из публикаций в «Новом Петербурге» (например, сообщение, про начинающуюся войну с еврейским фашизмом, отправленное на экспертизу) если сопоставить это с позицией и публикациями того же «Мемориала», это заявление Андреева выглядит весьма правдоподобно. Однако следователь Калганов, разыскивая документы «Нового Петербурга» исходил из другого: то обстоятельство, что – я цитирую - «Андреев А.В. при допросах бравировал тем, что никаких документов по деятельности газеты следствие не сможет обнаружить в редакции либо у него дома, что вкупе с данными наружного наблюдения и послужило основанием предполагать о возможном хранении документов в офисе «Мемориала», расположенного по адресу: Санкт-Петербург, ул. Рубинштейна д. 23 (…)»


Ну, об обоснованности деятельности следствия мы еще поговорим, а пока вернемся к рассуждениям о странной «парности случаев».



К этому нас возвращают последние сообщения о «Мемориале». Начнем с приятного: 20 января немецкое агентство DDP сообщило, что фракция ХДС/ХСС в немецком бундестаге предложила номинировать российскую правозащитную организацию "Мемориал" на Нобелевскую премию мира. Я попросил своего берлинского коллегу Юрия Векслера связаться с сообщившим об этом заместителем председателя фракции Андреасом Шоккенхоффом.



Юрий Векслер: Господин Шоккенхофф уточнил и пояснил, что изначально это была не инициатива фракции ХДС/ХСС в бундестаге, как было ошибочно сообщено в средствах массовой информации.



Андреас Шоккенхофф: Это была моя инициатива, которую я обнародовал на заседании фракции. Но многие мои коллеги спонтанно к ней присоединились, сказав, что поддерживают ее, превращая в инициативу, нашедшую широкое одобрение в бундестаге. Депутаты фракции подписались под направленным теперь в Нобелевский комитет предложением о выдвижении «Мемориала» на Нобелевскую премию мира, так как согласны с важностью инициатив «Мемориала» по поискам единой картины довоенной, военной и современной истории, поискам возможностей, как для России, так и для соседствующих с ней стран найти общий угол зрения на исторические события. Это кажется мне моим коллегам особенным вкладом в процесс примирения, в процесс формирования общего европейского будущего. В России в настоящее время доминирует представление о вражеском окружении. Есть немало примеров того, что действительно воспринимается многими в России искаженно. Именно поэтому инициатива выработать общий и единый взгляд на нашу историю особо важна, она помогает критическому взгляду на стереотипы и отказу от них, она помогает увидеть мир глазами других и является вкладом в примирение и мирное сосуществование.



Юрий Векслер: Говорил инициатор выдвижения «Мемориала» на Нобелевскую премию мира заместитель председателя фракции ХДС/ХСС в немецком бундестаге Андреас Шоккенхофф, являющийся также уполномоченным федерального правительства по вопросам германо-российских отношений.



Владимир Тольц: Я благодарю за это сообщение Юрия Векслера. Стоит отметить, что «Мемориал» выдвигают на Нобелевскую премию уже третий год подряд. Это конечно приятно.


Появившееся в тот же день сообщение о том, что Дзержинский районный суд Санкт-Петербурга, рассмотревший жалобу санкт-петербургского Научно-информационного Центра «Мемориал» на незаконность и необоснованность обыска, проведенного 4 декабря прошлого года в офисе Центра сотрудниками Следственного комитета Санкт-Петербургской городской прокуратуры, признал этот обыск незаконным и обязал следователя возвратить «все предметы и документы, изъятые в ходе незаконного обыска» тоже, на первый взгляд, выглядит приятным. Но это только на первый… Ирина Флиге поясняет.



Ирина Флиге: Жалоба адвоката Павлова, который представляет интересы «Мемориала» в суде, разделяется на две части. Во-первых, необоснованность обыска и незаконность обыска и теми нарушениями, которые проводились в процессе обыска. Постановление городского суда, что незаконность обыска они признают. Соответственно, по постановлению суда нам должны вернуть все материалы и документы, изъятые в процессе обыска. Однако из прокуратуры подают апелляцию, они продолжают утверждать, что все действия следователя были законными.



Владимир Тольц: И – дополню директора питерского НИЦ «Мемориал» Ирину Флиге, - они продолжают удерживать изъятые на обыске в «Мемориале» документы.


Ну, так что же можно сказать про нынешнее состояние этого дела? – Спрашиваю я адвоката Ивана Павлова, представлявшего интересы Научно-исследовательского цента «Мемориал» в суде. - С одной стороны, ваша жалоба, пусть частично, удовлетворена, но с другой, - изъятые на незаконном обыске материалы, которые суд обязал вернуть «Мемориалу», остаются невозвращенными…



Иван Павлов: Это именно так. Дело в том, что есть определенная процедура вступления в силу решений суда, в данном случае постановления, в котором удовлетворена жалоба «Мемориала». В обычном порядке постановление вступает через 10 дней после того, как они были вынесены. Но если они обжалованы кем-либо из лиц, участвующих в деле, то постановление вступает после рассмотрения дела в кассационной инстанции, либо кассационная инстанция не отменяет решение, вступает в силу, а если отменяет и направляет на новое рассмотрение, то начинается процедура заново.



Владимир Тольц: Ну, а почему теперь-то прокуратура не соглашается с решением суда и подает на кассацию? Почему и зачем она тянет все это…


Иван Павлов: Мотивы, то, что прокуратура оспорила это решение, для меня это решение представляется алогичным, поскольку прокуратура на всем протяжении рассмотрения дела, а рассматривалось дело в течение трех заседаний, это приличное время для рассмотрения такой жалобы, и оспаривать законность всего лишь одного следственного действия. Три заседания, и прокуратура себя на всем протяжение рассмотрения дела вела активно, представляя доказательства, даже рассекречивая некоторые оперативные данные, что является некоторой редкостью для таких дел. Несмотря на то, что, на наш взгляд, нарушения носили очевидный характер, прокуратура своими активными действиями показывала, что она будет спорить с этим. Ну и то, что в результате вынесения решения на следующий день буквально прокуроры принесли жалобу на решение суда, нас абсолютно не удивило, мы к этому были готовы. Будем теперь отстаивать свою позицию уже в вышестоящем суде. Что касается мотива поступка такого, здесь еще может быть сыграло то, что дело получило большой резонанс, как вы знаете, приезжал комиссар Совета Европы по правам человека, который встречался с Чайкой, с генеральным прокурором в Москве и с его заместителем, которые уверяли комиссара, что все было законно и обоснованно. И здесь дело вышло на такой уровень, когда слишком высокие должностные лица сделали такие заявления, что все законно, а потом суд принял совсем другое решение. Поэтому прокуратура будет здесь еще отстаивать честь мундира.



Владимир Тольц: Представляющий Научно-исследовательский центр «Мемориал» в суде адвокат Иван Павлов.



Суд, в котором была удовлетворена его жалоба на незаконность действий прокуратуры, на мой взгляд, уникален: кажется впервые в гражданском судопроизводстве в России прокуратура открыто предъявила материалы оперативного наблюдения. Причем не за фигурантом уголовного дела, которого своими предположениями следователи пытаются связать с «Мемориалом», а долгосрочного скрытого наблюдения за организацией, выдвинутой на соискание Нобелевской премии!



Иван Павлов: Меня не удивило, что прокуратура защищала свою позицию. Но меня удивило, как они защищали. Ведь они стали рассекречивать и представлять суду данные оперативного наблюдения за офисом «Мемориал». Никого не смущает этот факт. То есть они даже не стесняются открыто заявлять, что за офисом «Мемориала» ведется наблюдение. И рассекретили видеозапись, которая получена оперативным путем в ходе осуществления следственного действия, в ходе осуществления обыска. Оказывается, велась скрытая запись за участниками следственного действия, что тоже сомнительно с точки зрения законности. Потому что следователь обязан в протоколе указать, какие технические средства, в том числе видеокамеры, применялись в ходе следственного действия для того, чтобы все участники следственного действия, прежде всего, сотрудники «Мемориала» знали об этом. То действие, которое было проведено в «Мемориале», не имеет никакого отношения к этому уголовному делу и следователи ищут что-то другое, хотят найти вещи, которые не относятся никак к этому уголовному делу, а у них какая-то иная задача, которая известна им самим и заказчикам, которые поставили перед ними такую задачу.



Владимир Тольц: Итак, - я снова обращаюсь к адвокату Ивану Павлову, - в ходе судебного заседания прокуратурой были представлены справки оперативного наблюдения за питерским офисом «Мемориала». Иван Юрьевич, а в этих документах не указано, на каком основании ведется это скрытое наблюдение?



Иван Павлов: Нет, в этом документе оснований наблюдения не указано.



Владимир Тольц: Я хочу сейчас ознакомить наших слушателей с отрывками из оказавшегося в моем распоряжении открытым письмом Алексея Андреева. Он пишет:



Оперативники вели наблюдение НЕ ЗА МНОЙ, А ЗА МЕМОРИАЛОМ.


Повторно заявляю, что я НИКОГДА не был в МЕМОРИАЛЕ, и, кстати, НИ В ОДНОМ ДОМЕ ПО УЛИЦЕ РУБИНШТЕЙНА. Пишут и о том, что я, будто бы побывав в МЕМОРИАЛЕ, направился к себе в квартиру. Так вот - моя квартира находится в Ленинградской области, где я и проживаю.


При необходимости готов подтвердить это официально, так же, как и то, что никаких связей у НОВОГО ПЕТЕРБУРГА с МЕМОРИАЛОМ не было и быть не могло.


Все документы газеты, в том числе и бухгалтерские, давно изъяты органами, поскольку в редакции было три обыска. Естественно, никаких финансовых отношений с МЕМОРИАЛОМ у НОВОГО ПЕТЕРБУРГА не было и быть не могло, что легко можно было установить хотя бы по движению средств на единственном


счете редакции.



Владимир Тольц: Иван Юрьевич, - ЭТО Я СНОВА АДВОКАТУ «Мемориала» Ивану Павлову, -но ведь действительно нелепо же искать связи столь противоречивых организации как Новый Петербург и Мемориал….



Иван Павлов: Согласен с этим и об этом свидетельствуют еще и то что наблюдение было установлено не за подозреваемым. и справки которые были представлены суду оперативного наблюдения, свидетельствуют о том, что это наблюдение было установлено не за подозреваемым, в рамках расследуемого уголовного дела, а за офисом «Мемориала», который и изначально не имел никакого отношения, и сейчас не имеет никакого отношения к этому уголовному делу. Кроме того, следствие ищет документы, свидетельствующие об источниках финансирования газеты «Новый Петербург» и конкретной публикации, которая расценивается как экстремистская следователями. Так они провели обыск в офисе редакции газеты «Новый Петербург», но они не провели обыск по месту жительства главного редактора, главного подозреваемого в этом уголовном деле. Они сразу пришли в «Мемориал». О чем это свидетельствует? О том, что то действие, которое было проведено в «Мемориале», оно вообще не имеет никакого отношения к этому уголовному делу.


Владимир Тольц: Андреев утверждает, что он никогда не был в Мемориале. Справки оперативного наблюдения это опровергают?


Иван Павлов: Они увидели многое, в том числе, что неизвестный гражданин в начале марта, там приметы описываются его, заходит в офис «Мемориала», потом выходит. Потом эти оперативники решили пойти за этим гражданином. Один из оперативников прошел за этим гражданином, посмотрел, куда он зашел. И потом прикладывается еще справка, что по этому адресу, куда он зашел, проживает главный редактор «Нового Петербурга». Потом этот оперативник вернулся на место наблюдения рядом с офисом «Мемориал». И вторая справка аналогичного содержания, которая именуется именно как «Выписка из справки оперативного наблюдения за офисом организации «Мемориал».


Владимир Тольц: Но ведь это же не доказательство. Человек, прошедший путь от Мемориала до жилища Андреева и сам Андреев могут быть и разными людьми… Мне неясно только что это – «недоработка следствия» или сознательная антимемориальская акция.


Ну, и каковы же, по Вашему мнению, при этих «отягощающих обстоятельствах» перспективы нового рассмотрения дела – уже по протесту прокуратуры?



Иван Павлов: Вы знаете, делать какие-то прогнозы в рамках рассматриваемых в условиях нашего судопроизводства дел – дело неблагодарное. Поэтому я воздержусь от каких-либо прогнозов. Единственное, что скажу, если дело рассматривается в рамках правового поля, то шансов у прокуратуры нет.



Владимир Тольц: Адвокат Иван Павлов. А вот что говорит мне Александр Даниэль.



Александр Даниэль: Я не берусь предсказывать рассмотрение в Городском суде Санкт-Петербурга. Мне кажется, что наша правота в том пункте, который признан судом, абсолютно очевидна. С моей точки зрения, и те пункты, которые суд отвел, в особенности пункты необоснованности, также наша правота очевидна. Если у нас будет возможность говорить об этом пункте в Городском суде, мы и о нем будем говорить, а не только о том, который предподтвержден решением суда первой инстанции. Что решит Городской суд, ну, будем надеяться, что чем выше инстанция, тем ближе к закону. В любом случае, мы будем доказывать нашу правоту вплоть до Европейского суда в Страсбурге.



Владимир Тольц: Член правления номинированного в качестве кандидата на Нобелевскую премию общества «Мемориал» Александр Даниэль, у которого в результате незаконного обыска изъяты данные о жертвах политических репрессий. Напомню, изъятый в результате обыска в Мемориале «кусок» нашей горькой репрессивной истории по-прежнему находится под арестом в питерской прокуратуре.



Мемориальские новости и загадки: является ли скрытое оперативное наблюдение предвестием нобелевской награды?







  • 16x9 Image

    Владимир Тольц

    На РС с 1983 года, с 1995 года редактировал и вел программы «Разница во времени» и «Документы прошлого». С 2014 - постоянный автор РС в Праге. 

XS
SM
MD
LG