Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Борис Фаликов: "Не думаю, что сразу же после избрания и наречения новый патриарх сделает какие-то значимые жесты"


Программу ведет Михаил Саленков. Принимает участие историк Борис Фаликов.



Михаил Саленков: Накануне в московском Храме Христа Спасителя состоялось наречением митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла 16-м патриархом Московским и всея Руси. В ходе выборов на Поместном Соборе он набрал 508 голосов, то есть более половины, как и положено по уставу. В воскресенье состоится интернизация. Сейчас в прямом эфире с нами доцент Центра изучения религий Российского гуманитарного государственного университета Борис Фаликов.


Борис Зиновьевич, в чем заключается подготовка к интернизации, вот этому событию, которое 1 февраля случится?



Борис Фаликов: Ну, решение поместный собор принял. Как вы правильно сказали, бывший местоблюститель, митрополит Кирилл не только избран новым патриархом, но и наречен им. Дальнейшие процедуры будут носить скорее такой внутрицерковный характер, то есть пройдет несколько служб церковных, и затем в торжественной обстановке в ходе специальной литургии митрополит Кирилл будет, собственно говоря, возведен на патриарший трон - интернизация именно это и обозначает - и, таким образом, формально уже возглавит Русскую православную церковь.



Михаил Саленков: А в этот период - с момента избрания до интернизации - можно ожидать от избранного патриарха каких-то весовых публичных заявлений о своих планах как предстоятеля Русской православной церкви?



Борис Фаликов: Я не думаю, что уже в первое время, сразу же после избрания и наречения новый патриарх сделает какие-то значимые жесты. Этого вряд ли можно ожидать. Время это, скорее, такое церемониальное, торжественное. И если какие-то серьезные вещи и начнутся, то начнутся они гораздо позже. К тому же мне кажется, что новый патриарх, как человек умный, понимает, что должно пройти какое-то время, так сказать, должна осесть пыль после довольно серьезных баталий, и после этого уже можно начинать свою новую патриаршую политику.



Михаил Саленков: Сейчас очень многие говорят об ожиданиях, чего ждут от нового патриарха, каким он будет руководителем Русской православной церкви. Что можно сказать о взаимоотношениях с другими конфессиями, в первую очередь, наверное, с католической церковью? Ведь долго главы церквей не могли встретиться. Сейчас это более реально?



Борис Фаликов: Опять-таки в ходе своей хорошо продуманной предвыборной кампании митрополит Кирилл, нынешний патриарх, много делал различных заявлений, но делал он их, скорее, как умелый политик. То есть, выступая перед одной аудиторией, он говорил то, что способна была воспринять эта аудитория, выступая перед другой, он говорил несколько иные вещи. То есть он как бы умножал число своих сторонников таким образом. Перед традиционалистами и консерваторами он хулил реформы, более того, говорил о том, что никогда не будет якшаться с католиками, пока не будут решены те проблемы, которые сейчас существуют между нашими церквями, это прежде всего проблема униатов и проблема прозелитизма. Вот это еще раз подтверждает то, что должно сейчас, видимо, пройти какое-то время, прежде чем начнутся реальные какие-то политические жесты. Тем не менее, мне кажется, что отношения между Православной и Католической церквами все-таки уже начали налаживаться в последние годы патриаршества Алексия Второго, и сейчас они пойдут, видимо, все-таки более гладко. У митрополита, уже нынешнего патриарха Кирилла есть большой опыт в международной деятельности, поэтому мне кажется, что как раз с Ватиканом, видимо, найден будет какой-то консенсус, и встреча нового патриарха и Папы римского в каком-то обозримом будущем произойдет.



Михаил Саленков: Борис Зиновьевич, вы говорили о предвыборной кампании. Как пишут, в период предвыборной кампании система избрания главы Русской православной церкви часто сравнивали или описывали по аналогии с государственной системой в период выборов. Не связано ли это с тем, что перед новым главой Русской православной церкви стоит задача борьбы за власть, причем борьбы за власть с государством?



Борис Фаликов: Я бы не стал делать таких выводов. Мне кажется, что, напротив, в ходе предвыборной кампании новому патриарху удалось заручиться поддержкой государства. Да, у него были какие-то определенные проблемы с власть предержащими, и он все-таки человек достаточно самостоятельный, вернее, не столько он человек самостоятельный, сколько этого опасались чиновники, которым нужна тишь да гладь, да божья благодать. Но дело в том, что у его основного соперника - митрополита Климента - ведь тоже были свои сочувствующие во власти. Поэтому и тут, в общем-то, новый патриарх повел себя достаточно, видимо, умело, и сумел заручиться поддержкой власти. Как это произошло - тоже, в общем-то, понятно из его публичных выступлений. Дело в том, что он не раз говорил о кризисе, и понятное дело, что в условиях кризиса роль церкви как института, умиротворяющего общество и удерживающего его от слишком радикальных жестов, тоже возрастает. И Кирилл достаточно прозрачно, в общем, намекал властям на то, что в этой ситуации хорошо бы иметь умелого человека во главе церкви, умелого и лояльного, и обещал показать себя таковым.



Михаил Саленков: Борис Зиновьевич, патриарх избирается пожизненно, но будет ли повод продолжать параллель с госвластью и здесь после избрания?



Борис Фаликов: Патриарх избирается пожизненно, вы совершенно правы, так что, видимо, у нас новый патриарх надолго, если, конечно, не случится каких-то непредвиденных вещей. Но мне кажется, что наша церковная власть такова, что она умеет достаточно гибко меняться в зависимости от перемен во власти светской. Если в политической жизни страны произойдут какие-то перемены, то новый патриарх, я думаю, достаточно удобно и умело в них впишется.


XS
SM
MD
LG