Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Москве скоропостижно скончался правозащитник Ефрем Янкелевич


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Карэн Агамиров.



Андрей Шарый: Сегодня стало известно о скоропостижной кончине в Москве правозащитника Ефрема Янкелевича. Ему было 58 лет. Многие годы он был доверенным лицом Андрея Сахарова. Вдова Сахарова Елена Боннер в прощальном письме называет Янкелевича "самым близким сотрудником и сподвижником" Сахарова: "И я не могу назвать никого, кто глубже и точней Ефрема знал и понимал мировоззрение и мироощущение Андрея Дмитриевича".



Карэн Агамиров: На конференции в Музее и Общественном центре имени Андрея Сахарова 11 мая 2007 года правозащитник, профессиональный переводчик, официальный представитель Андрея Сахарова на Западе с 1980 по1989 годы Ефрем Янкелевич выступил с докладом «Концепция и судьба прав человека в России».


«Почему права человека важны?» - задался он вопросом. «Может быть даже, не просто потому, что это права, но и некий механизм, который обеспечивает нашу свободу. То есть наша свобода реализуема только в контексте прав, которыми мы обладаем. Если мы обладаем каким-то правом, то в пределах этого права мы свободны что-то делать или быть от чего-то защищены. А если прав нет, то о свободе говорить очень сложно. Ну, какая свобода? Это либо анархия, либо право того, кто сильней, кто богаче, кто занимает более высокую ступень в иерархии».


У микрофона Радио Свобода - правозащитник Александр Лавут: «Смерть Ефрема Янкелевича - это тяжелая потеря для правозащитного сообщества".



Александр Лавут: Я его хорошо знал в то время, когда он только появился в семье Андрея Дмитриева и Елены Георгиевны. Он женился на Тане, дочери Елены Георгиевны. Он сразу вызывал всеобщие симпатии. Человек очень расположенный ко всем. К нему, по-моему, все очень хорошо относились. Но они довольно скоро после этого уехали, через несколько лет. В то время как раз не так уж много с ним общался. Он вернулся в Москву года три, если не больше... И сейчас мы виделись с ним частенько по делу. Он очень активно стал работать вместе с советом Сахаровского центра. Он человек, как сейчас принято говорить, креативный. Он высказывал разные идеи, иногда очень ценные. Очень хорошо было с ним вместе что-то делать. Он и Таня Янкелевич, его бывшая сейчас, правда, жена, они очень много делали с наследием Андрея Дмитриевича. Ну, а пока Андрей Дмитриевич был жив, он очень много делал в Америке, вообще, на Западе для поддержки Андрея Дмитриевича и вообще диссидентов советских, писал, выступал, это все очень ценно. Так что это большая потеря. И вот эта неожиданность... Совсем недавно мы встречались и обсуждали дела музея и центра. Никто этого не мог ожидать. Он, в общем-то, не жаловался, по-видимому, давно сердечник был.



Карэн Агамиров: В одном из докладов покойный Ефрем Владимирович Янкелевич сказал: "Давайте мы начнем вот с чего. Почему у нас такие проблемы с пониманием концепции прав человека? Почему российское общество оказалось неспособным к восприятию этой концепции?" Вы согласны с этим постулатом его?



Александр Лавут: Может быть, это несколько категорично. И потом, что значит - общество? Какая-то часть общества способна, но, наверное, он прав в том, что эта часть - меньшинство, подавляющее меньшинство. Так что можно считать, что он правильно сказал. И это действительно проблема, проблема поставлена правильно.



Карэн Агамиров: Еще один интересный постулат Янкелевича. "Даже правозащитники, - говорил он, - или те люди, которые называют себя правозащитниками, тоже в большинстве своем, как мне кажется, не слишком воспринимают концепцию прав человека, если судить, например, по тому, что они выступали и выступают против права своих оппонентов националистов пройти маршем по Бульварному кольцу. Естественная позиция правозащитника - это защищать право всех пройти маршем. А как только они делят на тех, кому можно пройти, а кому нельзя, то сразу вся концепция прав человека распадается".



Александр Лавут: На самом деле это не совсем так. Во-первых, не все, были и такие, которые говорили: да, они имеют право на высказывания, на свободу собраний, шествий и так далее. Далеко не все требовали запретов. Дело в том, что эти мероприятия на самом деле, как показал опыт, не были просто проявлением вот таких гражданских свобод. Они очень агрессивны. И против этой агрессии можно было выступать. Но требование, чтобы государство это запрещало, далеко не все разделяли.



Карэн Агамиров: Каким был человеком Ефрем Владимирович по характеру? Вот вы сказали - креативный в том числе...



Александр Лавут: Да. Человек очень доброжелательный. Были, наверное, люди, к которым относился не так хорошо, но явно они этого заслуживали. Вообще, хороший человек. Ему можно было доверять во всем.



Карэн Агамиров: Андрей Дмитриевич доверял ему?



Александр Лавут: Да, безусловно. У них прекрасные были отношения. Он очень ценил все, что делает Ефрем. Помню такой эпизод, когда в Вильнюсе судили Ковалева, и прямо в эти же дни было вручение Нобелевской премии мира, которую принимала Елена Георгиевна. Андрей Дмитриевич был в Вильнюсе и был с ним Ефрем. И для Андрея Дмитриевича, и для всех нас это была очень хорошая поддержка.



Карэн Агамиров: 28 января умер правозащитник, профессиональный переводчик, официальный представитель Андрея Сахарова на Западе с 1980 по1989 годы Ефрем Янкелевич . Похороны состоятся в субботу, 31 января.


XS
SM
MD
LG