Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодняшний факт. Философу Александру Пятигорскому исполняется 80 лет


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие главный редактор издательства НЛО Ирина Прохорова и обозреватель Радио Свобода Кирилл Кобрин.



Андрей Шарый: А сейчас я представлю вам заключительную рубрику программы «Время Свобода» «Сегодняшний факт».


Исполняется 80 лет крупнейшему российскому философу, филологу, переводчику и писателю Александру Пятигорскому. Ученый востоковед, Пятогорский известен как один из активных участников тартуско-московской семиотической школы, а также автор нескольких романов и сборников эссе. Уже много лет ученый живет в Великобритании. Говорит хорошо знающий Александра Пятигорского историк и журналист, обозреватель Радио Свобода Кирилл Кобрин…



Кирилл Кобрин: Существует сразу несколько Пятигорских, на первый взгляд, не связанных между собой. Первый – студент истфака МГУ конца 1940-х, завсегдатай знаменитой и воспетой им значительно позже курилки Ленинской библиотеки, молодой учитель в школе в Сталинграде, юноша-начетчик, уцелевший в годы чисток и погромных кампаний времен позднесталинской империи.


Второй – востоковед, составитель русско-тамильского словаря, индолог, буддолог, сотрудник Московского института востоковедения, с середины 1970-х - профессор школы востоковедения Лондонского университета, автор работ по философии буддизма.


Третий – структуралист из плеяды героев знаменитой тартуско-московской школы, близкий друг Лотмана, Топорова, Иванова.


Четвертый – вольный философ, философ разговаривающий, соавтор вместе с Мерабом Мамардашвили одной из важнейших философских работ, написанных на русском языке после войны, - «Символы сознания».


Пятый – активный участник интеллектуальной московской жизни 1960-х и первой половины 1970-х, знакомец, друг и недруг всех и вся, начиная от Зиновьева, конная Щедровицким-старшим.


Шестой Пятигорский – эмигрант, видная фигура третьей волны эмиграции, чей голос часто звучал и на Радио Свобода.


Седьмой – замечательный романист, прозаик, комментатор культуры.


Сам Пятигорский с радостью согласился бы, что его нет, согласился как буддолог, весьма сочувственно относящийся к предмету своих научных изысканий. Согласно буддийской философии никакое «я», никакой атман на самом деле не существует, есть лишь набор сканх, который и создают иллюзию «я».


Александр Моисеевич Пятигорский, философ. Только философ он не в институализированном смысле – не доцент или профессор философии, имеющий свою систему или определенные представления об основах мироздания, мышления, ценности и прочего. Он философ в изначальном, греческом, древнеиндийском смысле – учитель, но не жизни, а учитель мышления.


Я помню один замечательный рассказ Пятигорского о том, что, работая в Московском институте востоковедения, он в ответ на вопрос, чем занимается здесь, ответил: ищу адекватную форму существования для своего мышления.



Андрей Шарый: В России многие книги Пятигорского изданы издательством «Новое литературное обозрение». Говорит главный редактор издательства НЛО Ирина Прохорова…



Ирина Прохорова: Мое сначала заочное знакомство с Александром Моисеевичем состоялось в конце 1980-х годов, когда наконец издали одну из гениальных, по-моему, его вещей «Философия одного переулка». Ну, естественно, я его знала в связи с московско-тартуским кружком. Но то, что он еще невероятно креативная личность и в художественном плане, это я уже узнала, когда я почти все, что он мне писал, издала в России. Для меня, как издателя и редактора, фигуры такие универсальные, не побоюсь этого слова, ренессансные, они мне всегда очень сильно интересны. Пятигорский – это абсолютно уникальная фигура, которая действительно воплощает в себе оригинального философа, чрезвычайно оригинального яркого литератора и, вообще, харизматическую фигуру, и исследователя в том числе. Я горжусь тем, что я, как издатель, издала львиную долю его произведений в России. И сейчас, кстати, вот-вот выйдет перевод с английской его книги, история английского масонства, которая называется «Кто боится вольных каменщиков?».


Если посмотреть на весь спектр его творчеств, то это, конечно, какой-то поразительный сплав оригинальной мысли, чувства слова и какого-то поразительного видения времени и пространства. Ну, собственно, что и является философией. В этом смысле он, по-моему, всем своим опытом опровергает заскорузлую мысль о философии как науке, а, в общем, возрождает, наверное, правильную идею «философия как вид искусства».


Вообще, таких уникальных людей действительно мало, но людей, творчество которых не иссякает с возрастом, а только разрастается, вообще единицы. Александр Моисеевич всегда ценил Тернера. Я как-то всегда, как ни странно, мысленно проводила между ними параллели. Не в смысле сходства какого-то, а идеи, что многие лучшие вещи, мы знаем, Тернером написаны именно ровно в его уже позднем возрасте, ближе к 70-ти. Расцвет Александра Моисеевича как раз во второй половине его жизни, когда появилась возможность писать и говорить, и жить свободно, меня всегда поражает. И я очень бы хотела надеяться, что в какой-то момент его будет знать не только узкий круг реальных ценителей интеллектуального чтения, а все-таки что он выйдет к значительно более широкой общественности.



Андрей Шарый: Гостями рубрики «Сегодняшний факт», которую я готовил вместе с корреспондентом Радио Свобода Еленой Фанайловой, были московский издатель Ирина Прохорова и мой коллега Кирилл Кобрин.


Исполняется 80 лет крупнейшему российскому философу, филологу, переводчику и писателю Александру Пятигорскому.


XS
SM
MD
LG