30 июня 2016

    Радиопрограммы и подкасты / Дежавю

    Религиозная свобода

    Можно ли преследовать людей за то, что они верят в бога? Или верят, но не так как другие?

    Религиозная свободаi
    X
    Александр Подрабинек
    22.08.2014 16:00
    Можно ли преследовать людей за то, что они верят в бога? Можно ли считать экстремистами тех, кто по-своему толкует Библию? В программе Александра Подрабинека – глава церкви Свидетели Иеговы Василий Калин, саентолог Юрий Ершов и священник Яков Кротов. Видеотрансляция в пятницу 22 августа в 18:30
    Религиозная свобода

    Мультимедиа

    Звук

    Александр Подрабинек: Религия всегда была важной частью жизни общества. Религиозные споры часто приводили к войнам или гражданским конфликтам. Светская власть, как правило, стремилась использовать религиозные институты для укрепления своего авторитета и расширения политических возможностей. В России планомерные гонения на религию начались после Октябрьского переворота 1917 года. Рассказывает священник и журналист Яков Кротов.

    Яков Кротов: Первые годы уничтожалось все подряд. Демонстрировалось: мы готовы уничтожить всех. Они, видимо, действительно были готовы морально уничтожить всех. И уже тогда человек, который шел на компромисс и согласие, понимал, что покупает себе жизнь, ему ее дарят, что в принципе его могут расстрелять, даже если он будет послушный. И многих послушных все равно расстреливали. Основных жертв, надо сказать, две, они определены чекистскими традициями современного режима. Начиная с 1920 годов, ЧК определила врага номер один – это католики, потому что у Сталина была страшная и мстительная ненависть к полякам. И российского римо-католического епископа расстреляли уже в 1922 году.

    Первый поступок Путина, когда он пришел к власти, – высылка из России католического епископа и, кажется, шести римо-католических священников. После чего католики подняли руки вверх, замолчали навсегда, никогда нигде не выступают, де-факто они умерли – это смерть душевная.

    Враг номер два, чуть позже определенный Сталиным, – это Свидетели Иеговы, потому что они оказались наиболее последовательными пацифистами. Сейчас сдались даже молокане, которые с 1990-х годов начали служить в армии – это позорище. Сдались даже моравские братья. Свидетели Иеговы по-прежнему против службы в армии, и за это их нынешний режим утюжит и мутузит так же, как мутузил в 1935-м году, и в 1945-м, и в 1965-м. Это нечто неслыханное, Свидетели Иеговы вызывают у меня какой-то просто священный трепет, потому что это действительно стойкость перед лицом самых настоящих гонений. У меня на программе был человек, который сидел 20 лет при Сталине, после чего его в конце 1990-х – это было несколько лет назад, его опять начали арестовывать. Мужику 92 года – это фантастика. И это просто живое свидетельство того, что ничего не изменилось.

    Александр Подрабинек: Свидетели Иеговы действительно подвергались наибольшим гонениям. Они всегда были неуступчивы в вопросах веры, не шли на компромиссы и потому претерпевали от властей больше других. При советской власти их преследовали за контрреволюционную и антисоветскую деятельность. Чем мотивировались преследования? Рассказывает председатель руководящего комитета Управленческого центра Свидетелей Иеговы в России Василий Калин.

    Василий Калин: Мотивировалось одним, что это американская религия. Мало того что американская религия, нас еще считали и шпионами. Почему? Первая самая главная причина была, что центр находится в Америке, в Бруклине, литературу религиозного характера мы получали из Америки, значит все – это организация, которая занимается шпионажем, борется против строительства коммунизма, светлого будущего и так далее. Был создан мощный отдел КГБ по борьбе со Свидетелями Иеговы. В его задачи входило изучение структуры организации, чем она занимается, как руководят организацией, кто руководит организацией, и изучение литературы, которая к нам поступала.

    Александр Подрабинек: И это касалось не только России. История этой церкви в Европе весьма драматична. Адольф Гитлер записал их в опасные враги Третьего Рейха. Рассказывает Василий Михайлович Калин.

    Василий Калин: Свидетели Иеговы в Германии, когда пришел Гитлер к власти, начиная с 1933 года, попали в поле зрения Гитлера и его окружения. Прежде всего Свидетели Иеговы не произносили "Хайль Гитлер", приветствие, что в переводе означает "спасение от Гитлера". Свидетели Иеговы думали, думают и, наверное, будут дальше думать, что спасение может произойти от Бога, но не от какого-то человека. Затем, Свидетели Иеговы не служили в армии, не шли на войну по принципу "возлюби ближнего своего" и заповеди "не убей". Это преследовалось, и очень серьезно. Около 6 тысяч человек в Германии были арестованы, более полутора тысяч погибли, 200 человек были казнены только за то, что они поддерживали такую точку зрения. Свидетели Иеговы выступали открыто, обращаясь к правительству и к самому Гитлеру. Они говорили: если вы не перестанете преследовать и издеваться над народом Бога, то ваша партия будет уничтожена. Что и произошло. Мы знаем одно выражение, когда Гитлер в своем бешенстве кричал: "Я искореню это отродье в Германии, даже не будем помнить его имени". Свидетели Иеговы сегодня процветают в Германии, имеют свободу, а Гитлера нет.

    Александр Подрабинек: Социалистический режим в Советском Союзе не мог отстать от национал-социалистического режима в Германии. После крушения в 1945 году немецкого нацизма эстафету преследований Свидетелей Иеговы подхватил Сталин.

    Василий Калин: 8  апреля 1951 года рано утром, в 4 часа, к нам пришли военные люди с автоматчиками, с оружием, с собаками. Хотя мне было 5 лет в то время, но я помню многие эпизоды из того времени. Например, когда меня разбудили, и я видел, что за столом сидели люди в военной форме и с ними сел папа, у дверей стояли два солдата с оружием, овчарка. И конечно, это вызвало у меня страх, поэтому я плакал. Дали два часа на сборы, и нас сослали.

    Александр Подрабинек: Двумя месяцами раньше, 19 февраля 1951 года, министр госбезопасности СССР Виктор Абакумов докладывал Сталину:

    "…Органами МГБ в течение 1947–1950 годов было вскрыто и ликвидировано несколько антисоветских организаций и групп нелегальной секты иеговистов, проводивших активную вражескую работу…

    Однако оставшиеся на свободе сектанты-нелегалы продолжают вести активную антисоветскую работу и вновь предпринимают меры к укреплению секты".

    Генерал Абакумов запрашивал у Сталина разрешения на выселение в Сибирь трех тысяч семей иеговистов – всего 8,5 тысяч человек. Вместе с женщинами, стариками, детьми.

    Сталин, разумеется, разрешение дал. Депортация народов была его любимой забавой. Почему бы не попробовать сделать то же самое с приверженцами одной церкви?

    Василий Калин: В вагоны, в которых возили животных, поместили по 60 человек. Это люди разных возрастов – это бабушки, дедушки, молодые юноши, девушки, взрослые люди, маленькие дети, грудные дети. Никаких условий, никакой санитарии, ни туалета, ни помыться, ничего. С самого начала не кормили, поэтому делились тем, что было. То, что было в вагоне, – было общее. Затем стали давать пищу: на вагон ведро супа, ведро каши. Очень хорошо помню день, когда нас накормили хорошей соленой рыбой, а потом не было воды. Взрослые это переносили, может быть, а дети плакали. Вот так 20 суток мы ехали. Мы достигли города Иркутска, нас сослали в Чумский район, станция Торея. Это была первая ссылка, куда мы попали после Украины.

    Александр Подрабинек: Репрессии против церкви Свидетели Иеговы с большей или меньшей интенсивностью продолжались все советские годы, до самого распада Советского Союза. Члены церкви ни при каких обстоятельствах не берут в руки оружия. Многих сажали за отказ служить в армии. Но не забывали в КГБ и свои привычные обвинения – в связях с иностранными разведками и работе на западные спецслужбы. Обвинения высасывались из пальца. Доходило до смешного.

    Василий Калин: Например, когда делали обыски, обыски делали очень часто и тщательно, находили у меня какую-то записную книжечку и там было написано сокращенными: мтф 24-14. И умный следователь говорил на суде: "Представляете, подсудимый Иванов собирал секретную информацию о молочнотоварных фермах. А 24-14 мы не могли узнать". Это всего лишь было Евангелие Матфея 24-14.

    Александр Подрабинек: После провозглашения России демократическим государством религиозная дискриминация, казалось бы, должна была уйти в прошлое. Свобода исповедовать любую религию или не исповедовать никакой стала конституционной нормой. Открытой церковной жизнью зажили те, кто раньше находился в полуподпольном состоянии. Появилось огромное количество новых церквей и религиозных объединений.

    В России все хорошее кончается очень быстро. По мере сворачивания демократических реформ все больше сужалось и пространство религиозной свободы. Начались притеснения религиозных организаций. Не коснулись они только Русской православной церкви. Рассказывает Яков Кротов.

    Яков Кротов: Первый звонок, который похоронил свободу совести, объявленную российским законом 1989 года, прозвучал в декабре 1991 года, через квартал после путча, в секретном письме патриарх Алексий Ридигер просил президента Ельцина ограничить допуск в Россию иностранных миссионеров. Затем началась уже более масштабная кампания по уничтожению православных, не подчиняющихся патриархии. Доходило до ОМОНа, который разгонял православных в Ногинске, например. А тогда многие ушли из Московской патриархии, решили, что началась свобода слова. Закончилось все принятием закона 1997 года "О свободе религий", по которому три религии были названы традиционными – католичество, иудаизм и ислам, а православие было поставлено вообще в отдельную религию, выделено в отдельную фразу. И это предопределило всю последующую историю взаимоотношений российского государства и путинского режима, в частности, с религией. Это бесконечные преференции, финансовые вливания в Московскую патриархию, одну из двух десятков православных церквей в России, репрессии по отношению к тем, кто отказывается ложиться под Московскую патриархию, и очень жесткая политика централизации иудаизма, буддизма и ислама.

    Александр Подрабинек: Конечно, гонения коснулись не только церкви Свидетелей Иеговы. В быстро растущий круг "врагов православия и державности" попали, например, сайентологи. Рассказывает адвокат Сайентологической церкви Москвы Юрий Ершов.

    Юрий Ершов: В 1999 году было довольно шумное уголовное дело с обысками, с "маски-шоу". В организацию приехало большое количество людей, ОМОН. Это все с большой помпой показали по центральным каналам. Это ничем не кончилось, потому что уголовные дела, которые возбуждаются, все равно возбуждают по каким-то наветам. Правоохранители должны это проверять, и мы должны тоже с пониманием к этому относиться. Но все равно это не кончается чем-то, уголовные дела сошли на нет. Соответственно, появилась идея, что это надо включать в какие-то черные списки, какая-то страшная вещь с Запада, будет отнимать у людей последнее и так далее. Закон 1997 года, конечно, не конкретно против сайентологов был направлен, а против в целом новых религиозных движений. То есть там был такой пункт пресловутый, что для того чтобы приобрести статус юридического лица религиозной организации в России, надо доказать, что ты здесь находишься не менее 15 лет. То есть на 1997 год надо доказать, что ты с 1982 года здесь находишься. Причем в 1982 году их никто не предупреждал, что надо собирать доказательства, что ты находишься здесь. Соответственно, это по нам тоже ударило. Несколько общин сайентологических, одна в Нижнекамске (Татарстан), другая в Сургуте, попытались получить регистрацию в качестве религиозных. Не получили как раз со ссылкой того, что у них нет доказательств так называемого 15-летнего ценза оседлости. Соответственно, прошли все судебные процедуры по России, не добились справедливости, вынуждены были искать правды в Европе. Одно из решений, которое у нас было, – это решение 2009 года "Килле и другие против Российской Федерации". Там, соответственно, было постановлено, что это правило о 15 годах само по себе нарушает право на свободу совести и вероисповедования.

    Александр Подрабинек: Из всего Священного писания российская власть, вероятно, запомнила только то, что вначале было слово. Именно с войны со словом началось удушение религиозной свободы в новой, как бы демократической России.

    Юрий Ершов: В 2010 году сургутский суд внес большой список сайентологических книг в этот список экстремистских материалов. Суд оперся на некую экспертизу, психолингвист Тарасов написал, что это книги экстремистские. Там Рон Хаббард указывает, что надо обращать внимание на такую категорию людей, которых называют "подавляющая личность", и объясняет это – это люди преступного склада ума, психопатичные. Он пишет: "Преступники, психопаты, когда они прорываются к власти, то они причиняют большое количество бед". Гитлер, Наполеон, Чингисхан – это примеры. И вот Тарасов пишет: призывает эта литература бороться с подавляющими личностями, то есть со всем остальным миром. "Весь остальной мир" – это Гитлер,  Наполеон и Чингисхан.

    Александр Подрабинек: Не всем сопутствовала такая судебная удача, как сайентологам. У "Свидетелей Иеговы" под запретом оказалось около 70 книг и периодических изданий. Все они включены в список экстремистской литературы, который ведет российское цензурное ведомство Роскомнадзор. Говорит Василий Калин.

    Василий Калин: У нас такая была и есть во всем мире книга "Чему на самом деле учит Библия". Никакой политики, никакого экстремизма, просто вероучение Свидетелей Иеговы с точки зрения их понимания Библии. Или книга "Моя книга с библейскими картинками" – это Библия в картинках для детей. Но и там нашли экстремизм. Представьте, в чем обвиняют нас. Православная церковь, католическая церковь верит в Троицу. Мои личные убеждения на основании Библии, что Бог един. Церковь признает, что Иисус Христос является Богом. На основании Библии я узнал, что Иисус Христос является сыном Бога. Об этом и подтверждает экстремизм, потому что якобы мы критикуем вероучение других церквей. Но представьте себе атеиста, который вообще не верит ни во что. И раньше нам говорили: ребята, у вас нормально с головой? Какой Бог? Но они не экстремисты, они имеют право выражать свои чувства.

    Александр Подрабинек: Вслед за запретом книг последовали попытки запрета религиозных организаций. Лишить церковь юридического лица – это создать максимум неудобств для ее деятельности. Сайентологам кое-как удалось справиться с этой напастью.

    Свидетелям Иеговы пришлось труднее. На лишении их общин регистрации дело не остановилось. И не могло остановиться. У политики репрессий своя логика. Карательная машина не может ограничиться только запретом книг. Ей нужна живая кровь, люди, их свобода. Запрет общины "Свидетелей Иеговы" в Таганроге привел, в конце концов, к уголовному преследованию верующих. В начале августа этого года им был вынесен обвинительный приговор.

    Защита обжаловала решение суда. Прокуратура также опротестовала приговор, считая его слишком мягким. К сожалению, судебный процесс в Таганроге не привлек большого внимания прессы. А зря. Ведь верующих судят просто за то, что они собрались вместе, чтобы помолиться по канонам своей религии.

    Диктор: Маленький приморский город на юге России, здесь в начале 21-го века объявлена война инакомыслию. Все началось в 2009 году, когда местный суд объявил ряд публикаций Свидетелей Иеговы экстремистскими из-за мнимой пропаганды исключительности их религии и ликвидировал зарегистрированную общину в Таганроге. Александр Скворцов, один из многих местных Свидетелей Иеговы, кому предъявлено обвинение. В августе 2011 года он стал одной из жертв обысков, прошедших одновременно в 19 домах верующих. Еще одно обстоятельство, ущемляющее права верующих, – подписка о невыезде. Местный Свидетель Иеговы Кирилл Кравченко – музыкант, артист камерного хора. Ему было предъявлено обвинение и избрана мера пресечения вскоре после того, как он вступил в брак. Николай Трацук, старейшина местных Свидетелей Иеговы, один из главных фигурантов дела. Почти вся его семья оказалась в числе обвиняемых по причине их вероисповедания.

    Николай Трацук: Во времена СССР из-за моей религии меня осудили на три года общего режима.

    Диктор: С 1990 года Свидетели Иеговы были реабилитированы, как невинные жертвы репрессий. Однако теперь их снова стали преследовать по надуманным обвинениям. Претензии, предъявленные им в Таганроге, как две капли воды похожи на доводы, звучавшие в другом громком деле последнего десятилетия – о закрытии общины Свидетелей Иеговы в Москве.

    Валерий Косухин: По иронии решение местного суда против таганрогской общины Свидетелей Иеговы по времени почти совпало с принятием определения Европейского суда по правам человека в Страсбурге, который посчитал все обвинения, выдвинутые против московской общины, несостоятельными. Однако следователи проигнорировали решение этого международного органа.

    Диктор: Столь масштабного идеологического преследования Свидетелей Иеговы в современной России еще не было. Верующие все же хотят надеяться, что российское государство сохранит за своими гражданами основные свободы, гарантированные им конституцией и международным законодательством, в том числе Европейской конвенцией по правам человека. 

    В чем подлинная причина такого жесткого отношения власти к религиозным объединениям? Адвокат Юрий Ершов.

    Юрий Ершов: Социальные люди, которые считают, что с нами нужно как-то бороться, они может быть думают, что церковь сайентологии представляет какую-то угрозу для России. Потому что всякие антикультисты активно эту тему муссируют, продавливают и так далее. Украина – недавний пример, все воспользовались информационным поводом, написали, что премьер-министр Украины Яценюк сайентолог, поэтому Майдан устроили сайентологи. То есть это основано на одном липовом факте. Яценюк не является сайентологом, церковь об этом выпустила пресс-релиз специальный. Наврали, и на этом устроено несколько показательных чернушных передач по центральным каналам. Разумеется, если кто-то смотрит, воспринимает это за чистую монету, у него может сложиться впечатление, что это то, с чем нужно бороться.

    Александр Подрабинек: Председатель руководящего комитета Управленческого центра Свидетелей Иеговы в России официально заявляет, что его церковь остается вне политики. В чем же тогда причина постоянных преследований? Говорит Василий Калин.

    Василий Калин: Как говорят нам некоторые знающие люди, что в нас видят конкуренцию правящие церкви. Но мы хотим заявить о том, что история христиан, начиная с первого века, показала, что христиане, последователи Иисуса Христа, были в меньшинстве. Иисус Христос сказал, что есть два пути – один широкий, просторный, один узкий. Поэтому я хочу официально сказать, что мы ничего не требуем от государства, мы понимаем, что государство имеет право создавать те законы, которые они считают правильными, и мы не критикуем законы. Но мы удивляемся, почему закон о религиозном экстремизме применен к нам, к Свидетелям Иеговы, когда Свидетели Иеговы по сути являются мирной религиозной организацией. Принцип, который стоит в основе вероучения Свидетелей Иеговы, заложенный Иисусом Христом, "возлюби ближнего своего, как самого себя". Другой принцип: молитесь за обижающих тебя. Как я могу проявлять экстремистские какие-то отношения к другой церкви или к другим людям?  Вот это, конечно, очень странно. Те последствия, который этот закон принес нам, вызывают удивление.

    Александр Подрабинек: А как реагирует на религиозные притеснения общество? Молчат российские правозащитные организации. Изредка подают голос протеста международные. Новости о религиозных гонениях едва пробиваются на страницы и в эфир остатков независимых СМИ.

    Яков Кротов: Когда в 1992 году, в 1993-м архимандрит Андриан Старина перешел в Ногинск со своим собором и общиной в приход карловарской белоэмигрантской церкви, так его выгонял ОМОН с дубинками. Это было лето, если не ошибаюсь, 1992 года. Билли Грэму разрешали проповедовать в Лужниках, а этих дубинками. Я писал об этом в "Московских новостях", потом появилась "Общая газета", "Новая газета", но в целом об этом не любили печатать материалы, потому что это казалось второстепенным вопросом. Я валялся в ногах у Явлинского, просил, чтобы партия "Яблоко" высказалась в защиту гонимых православных, 1992-1993 год молчали. Они впервые на эту тему сказали, что да, нельзя гнать, когда, прости господи, в  2012 году, когда все уже было решено. Они боялись потерять популярность. То есть принципы были подчинены популярности. Вы знаете, как это Ленин называл? Я не могу повторить – это неприличное слово. Но это не то политическое поведение, которое заслуживает одобрения.

    Александр Подрабинек: И только официозная пресса и телевидение с удовольствием разжигают в обществе ненависть к гонимым церквям. Их называют тоталитарными сектами. Их обвиняют в мошенничестве, присвоении чужого имущества, в отказе от переливания крови и вакцинации, в прозелитизме, пацифизме и во всех смертных грехах. Даже в зомбировании людей и управлении их волей. И при всех этих невероятных обвинениях – ни одного резонансного уголовного дела, ни одного убедительного приговора.

    Я попросил представителей двух церквей – сайентологов и Свидетелей Иеговы рассказать, что они думают о многочисленных обвинениях уголовного характера в свой адрес.

    Василий Калин: Вы знаете, я хорошо знаю историю Свидетелей Иеговы с самого начала. Я часто читаю в прессе, это касается меня, как считают, руководителя организации, что главари, руководство Свидетелей Иеговы – это какие-то страшные монстры. Они зомбируют людей, завладевают их имуществом и многое другое. Но я не родился сразу руководителем организации, я начинал с низов, я прекрасно знаю все это, и просто это все ложь. Свидетели Иеговы всегда занимались проповедью. Но в нашей проповеди нет, чтобы мы каким-то образом обманывали или переманивали людей к себе, критиковали или выступали против. Вы нигде не увидите в мире Свидетелей Иеговы с лозунгами "Долой католиков. Долой православных. Долой баптистов. Долой правительство" или что-то другое. Они занимаются мирной своей деятельностью. Мы сегодня занимаемся проповедью. Что такое проповедь? Я прихожу к людям и хочу поделиться библейскими знаниями, которые я имею  которые помогли мне жизнь свою сделать стоящей и счастливой. Человек желает – слушает, не желает – до свидания.

    Юрий Ершов: На самом деле много всякой ерунды. Что ответить, когда человеку говорят, что он преступник, если он не преступник. Мы к этому равнодушно относимся. Если человек хочет узнать правду, он общается с нами. Если бы были какие-то преступления, учитывая, под каким большим увеличительным стеклом все находится, тут не то что преступление, тут минимальные какие-то отступления сразу выявляются, искореняются. В прошлом году у нас большая часть года прошла под знаменем проверок, причем, кто только ни проверял, что только ни проверял.

    Александр Подрабинек: Среди обличителей независимых религиозных организаций разные люди. Неугомонный борец с "тоталитарными сектами" Александр Дворкин – прихожанин Русской православной церкви, получает от нее награды, должности и звания. Впрочем, не исключено, что деятельность, направленную на ограничение конституционных прав граждан, он ведет и по собственному призванию.

    Прославившийся борьбой с так называемыми деструктивными культами психиатр Федор Кондратьев больше 50 лет проработал в цитадели советской карательной психиатрии – институте судебной психиатрии имени Сербского. Он и по сей день защищает своих коллег, замешанных в этой преступной практике. И это понятно: нынешние преследования инаковерующих – это продолжение советской политики преследования инакомыслящих.

    Священник Яков Кротов считает, что в конце 90-х – начале 2000-х на религиозные гонения появился спрос. И, возможно, не только у власти, но и у большей части общества.

    Яков Кротов: На каждую статью в защиту религиозной свободы появляется 20 воющих, что иностранные миссионеры из Америки как колорадские жуки. Вы думаете, украинцы первые пустили этот оборот? Первые Александр Дворкин, Андрей Кураев. Дворкин – это явление довольно убогое, Кураев – явление довольно фейерверочное. Их любили и любят, их сразу стали приглашать на радио и туда, и туда, их раскрутили, как раскрутили Жириновского. Не потому, что они загипнотизировали, а потому что был спрос, потому что уже тогда было очевидно, что порыв к демократии был у меньшинства. Ведь мы живем не в той стране, что была 25 лет назад. Очень многие, конечно, уехали, новое поколение тем более, увидев те риски, страхи, опасности, которые связаны со свободой. Они и на Западе есть, их не может не быть, свобода невозможна без рисков. Испугались, и первой пострадала религиозная свобода. Поэтому первая победа советских реставраторов – это закон 1997 года против свободы религии. А впервые его приняли, между прочим, не в 1997-м, тогда его подписал Ельцин, его впервые подписал Руцкой в Белом доме в 1993 году. И тогда Хасбулатов и Руцкой одобрили этот закон, и Ельцин его отложил, но душевно он был с ними. Я боюсь, что большинство народа было с ними.

    Александр Подрабинек: Неблаговидная роль РПЦ в организации травли других религиозных объединений отмечена многими. Даже христианскую церковь "Свидетели Иеговы" РПЦ именует не иначе как культом и бьет тревогу. Челябинское информационное агентство "Доступ"  сообщило в августе этого года о заявлении  миссионерского отдела Челябинской епархии по поводу активизации иеговистов.

    "Представители этой религиозной организации регулярно обходят жилые дома, дежурят на улицах, предлагают людям свои печатные издания, приглашают принять участие в совместном изучении Библии в любое удобное время. Миссионерский отдел Челябинской епархии предупреждает о высокой опасности культа Свидетелей Иеговы и призывает всех южноуральцев к осторожности и духовной трезвости".

    Вот такие преступления! Обходят жилые дома, предлагают свои книги, приглашают совместно изучать Библию. Одним словом, враги общества и государства. Забитого общества и авторитарного государства.

    Метки: религия,свобода,свидетели иеговы


    Александр Подрабинек

    Ведущий программы «Дежавю» с 2014 года. Журналист.

    Форум закрыт, но Вы можете продолжить обсуждение на Facebook-странице Радио Свобода
     
    Показать комментарии  
    Комментарии
         
    пишет : Борис Николаевич
    28.08.2014 15:15
    "Любая религия, есть ложь."
    Ложь есть отрицание истины. Нет истины, нет лжи (как отрицать то, чего нет?). Религия, вера есть то, что объединяет истину и ложь, правду и вымысел, добро и зло. True или False есть основа жизни, на вершине которой - все что движется, думает или заблуждается, а[теисты], баптисты, коммунисты и те, кто утверждает: (см. начало).
    - Не важно то, о чем человек говорит, во что верит и в чем сомневается. За это судить нельзя.
    - Важно то, что он делает. И за это нужно воздавать. Суммой плохого и хорошего с т/з Общества.

    пишет : Станислав Баньковский
    24.08.2014 18:12
    "Будь он проклят, растлевающий
    Пошлый опыт - ум глупцов!"
    Любая религия, есть ложь.
    С распространением образования на большинство живущих людей, религии отомрут, и человечество будет смотреть на отсутствие религии, с тем же чувством, как смотрит на отсутствие бывшего хвоста.

    пишет : Стропа Откуда: Москва
    23.08.2014 06:31
    //Религиозная свобода
    Можно ли преследовать людей за то, что они верят в бога? Или верят, но не так как другие?//

    Можно ли преследовать людей за то, что они верят?
    Или верят, но не так как другие?

    Вопрос в том: "Как отличить верование от публичного проявления ангажированности?"