1 июля 2016

    Радиопрограммы и подкасты / Лицом к событию

    Отгородились от "Оскара"

    Фанаты празднуют победу Лео
    Фанаты празднуют победу Лео

    Мультимедиа

    Звук

    С началом украинско-российского конфликта телезрители РФ остались без прямой трансляции кинопремии "Оскар". Такое решение было принято по сугубо цензурным соображениям. Чем страшна церемония вручения "Оскара", что там может быть за крамола? А также об итогах вручения наград – кинокритик Юрий Богомолов и композитор Александр Журбин. Ведущая Елена Рыковцева.

    Елена Рыковцева:  Событие состоялось, дождались, "Оскар" случился. Представляю вам гостей нашей программы: с нами Юрий Богомолов, телекритик, литератор, писатель, Александр Журбин, композитор и киноман, он сегодня представляет в своем лице весь американский народ, потому что смотрит кино там. Три года, как российских телезрителей лишили "Оскара" по политическим причинам, мало ли что брякнут американцы в прямом эфире. Вы считаете, это прошло незамеченным для общества, для людей или это реально ущемление прав телезрителей лишиться прямой трансляции "Оскара"?

    Юрий Богомолов: Для тех из наших граждан, кто следит за этим чемпионатом мира по кинематографу, а это действительно чемпионат мира, что бы ни говорили наши чиновники по поводу того, что это национальная премия американская. Я сегодня уже слышал, заместитель Михалкова говорил: это очень политизированная премия, это одной стороны точки зрения представлены, имея в виду, что мы там не представлены, Никита Михалков со своим "Ударом", который является вроде бы солнечным, не попал не только в номинанты, но и в шорт-лист не попал, в лонг-лист. Даже были разговоры о том, что надо создать нам своего европейско-азиатского "Оскара". Как-то эта история лопнула, так же, как лопнула и более скромная идея создать аналог "Золотого глобуса", большую премию кинокритики, где были бы не просто критики, но и журналисты, пиарщики кино, репортеры про кино и так далее. Эта идея провалилась по одной простой причине, что Министерство культуры, которое обещало деньги на это дело, не нашло этих денег.

    Полная видеоверсия программы

    Елена Рыковцева:  А потом, я даже догадываюсь, что за списки критиков были бы среди участников этой премии. Боюсь, что не всех подпустили бы к оценке.

    Юрий Богомолов: Их бы всех подпустили, а когда так много, бывает манипулировать гораздо проще, легче, что показывает такая премия, как "Золотой орел".

    Елена Рыковцева:  Своих аналогов не сделали, эту идею похоронили, в последнее время я о ней не слышала, но и американскую транслировать не спешат больше.

    Юрий Богомолов: Пообещали транслировать сегодня кусочек. Подрежут, почистят.

    Елена Рыковцева: Ночью кусочек в записи, через сутки, когда весь мир уже забудет, что такое "Оскар". Вы помните, с чего начиналась эпопея запрета "Оскара" в России? С того, что они позволяли себе что-то по поводу каких-то своих операций военных, потом Украина началась, и стали бояться чиновники телевизионные, что вдруг выйдет какой-то актер либерально озабоченный и скажет не по поводу спасибо своей маме, а по поводу того, что Россия, руки прочь от Украины. Они этого боялись, было принято политическое решение. Бесконечно сложно сейчас даже в интернете стало смотреть эту трансляцию. У меня коллеги, друзья мучилась сегодня ночью, потому что блокируются сайты, идет охота на пиратов, которые транслируют премию  в прямом эфире. Я, например, смотрела только по каналу "Украина", по украинскому каналу. Там они имеют право смотреть по своему телевизору все еще.

    Александр Журбин: Через несколько дней это обычно выкладывается.

    Елена Рыковцева:  Ну посмотрите футбол через несколько дней.

    Александр Журбин: Это действительно как мировой чемпионат по футболу. Мне кажется, что в данном случае это имеет отношение к нашим российским зрителям примерно так, как к нам имеет чемпионат по американскому футболу – никакого отношения. Например, тот же самый фильм "В центре внимания", который получил "Оскара", я уверен, что в России никто не заметил, кроме узкого круга людей, которые что-то понимают. Все пропустили, спросите сейчас на улице, кто-нибудь знает такой фильм?

    Елена Рыковцева:  Вы говорите об американском футболе, который действительно в России не смотрят. А мы сейчас обсуждаем голливудское кино, которое тотально идет во всех кинотеатрах. То, что, может быть, сборы у "В центре внимания" небольшие – это ни о чем не говорит, потому что сборы у "Выжившего" сумасшедшие, сборы у "Макса" огромные, "Шпионский мост" неплохие сборы. То есть, конечно, люди смотрят фильмы "Оскара" с гораздо большим знанием дела, чем они смотрели бы американский футбол.

    Юрий Богомолов: Особенность все-таки по сравнению с советским временем, что мы можем, причем одновременно почти выходят, что по ту сторону океана, что по эту.

    Александр Журбин: Особенно блокбастеры. Арт-кино почти вообще не показывают.

    Елена Рыковцева:  Я поняла, что вы хотите сказать о роли и значении в самой Америке этой церемонии?

    Александр Журбин: В Америке это одно из самых посещаемых в смысле телевидения, огромные рейтинги, миллиардное количество людей. Это напоминает для самой Америки чемпионат по футболу, смотрят все. Тут есть одна маленькая разгадка, не только потому, что все так любят кино, и не только потому, что все болеют за какого-нибудь великого артиста, а потому что это к тому же еще и гигантский тотализатор, тут деньги имеют значение. Люди ставят на актера. Например, тот, кто ставит на Ди Каприо, который почти гарантированно выиграет, тот не получит ничего.

    Елена Рыковцева:  Я прекрасно сегодня выиграла бутылку у своей подруги, так что я уже на нем наварила.

    Александр Журбин: А в Америке серьезные люди принимают ставки, вся страна ставит. Если ты ставишь на выигрышную команду, которая не фаворит, то ты заработаешь большие по-настоящему деньги.  Поэтому всем интересно.

    Елена Рыковцева:  Азарт.

    Александр Журбин: Азарт, конечно. Плюс, конечно, потому что все любят кино. В Америке нет человека, который бы не интересовался кино. Когда идет "Оскар", реально пустые улицы, как мы помним, когда шел Штирлиц, никто не выходит, только бегают мальчики, которые носят еду, никто не выходит, все сидят дома и болеют.

    Елена Рыковцева:  А американцы такой фильм как "В центре внимания", он же сложный, он профессиональный, это не блокбастер, это не экшн, серьезное, тихое кропотливое расследование, которое ведут журналисты, американцам это интересно, если вы сравниваете с российским зрителем?

    Александр Журбин: Я думаю, что да. Это очень сложный фильм, он борется, не больше, не меньше, как с католической церковью. Это все равно, что в России бороться с ФСБ, примерно так. Гигантская сеть, накрывающая всю Америку.

    Елена Рыковцева:  Даже круче. Потому что в России не так любят ФСБ и не так чтут и поклоняются ФСБ, как там поклоняются церкви.

    Александр Журбин: Но все боятся церкви, потому что понимают, что церковь тебя настигнет и сделает с тобой, что хочет. Это очень серьезная тема поднята. В конце концов там даже не в том дело, что они там насильники, хотя это очень важно конечно, но дело в том, что это очень суровый фильм, который раскрывает ужасные вещи.

    Юрий Богомолов: Это на основе реальных событий, которые произошли не так давно.

    Александр Журбин: Совершенно верно.

    Елена Рыковцева:  Но кино делает эти события более выпуклыми.

    Александр Журбин: Там играет Майкл Китон, мой любимый актер, замечательный актер.

    Елена Рыковцева:  Я, конечно, не знаю кассовые сборы в Америке, вы говорите, что для американцев это важно, но я считаю, что для русских людей точно так же, достаточно сопоставимый интерес. Это же общая беда – педофилия в церкви.

    Юрий Богомолов: Особая привлекательность этого фильма, так же, как и фильма "Игра на понижение", то, что мы видим противостояние команды журналистов системе.  Я догадываюсь, что всякая система чревата коррупцией и каким-то лицемерием.  Два фильма, за которые я переживал.

    Елена Рыковцева:  Речь идет о кризисе 2008 года, о финансовой пирамиде.

    Юрий Богомолов: О финансовой авантюре, ипотеке. "Игра на понижение" для России еще более актуальный в этом отношении.

    Александр Журбин: В этих фильмах никто никого не убивает, сидят люди и разговаривают, бесконечный диалог. Но какое мастерство.

    Елена Рыковцева:  Это захватывающе.

    Юрий Богомолов: Мое некоторое разочарование, что не попал в список номинантов "Стив Джобс", тоже очень сильный фильм, с таким грандиозным сценарием, там драматургия очень хорошая. Сценарист Соркин, знаменитый сериальщик.

    Елена Рыковцева:  Суховат этот фильм все-таки.

    Юрий Богомолов: Незадолго вышел фильм тоже про Стива Джобса, называется "Империя соблазна", по-моему. Тот фильм я как раз посмотрел, там история успеха элементарная. А здесь история такой драмы, связанная с тем, может ли быть гений хорошим человеком.

    Елена Рыковцева:  Вы назвали сейчас два фильма, за которые вы болели, можно сказать, вы довольны результатом, вы считаете, что это справедливо. "В центре внимания", он же не навороченный, без эффектов.

    Юрий Богомолов: Дело не в том, что он не навороченный, дело в том, что он очень непростой фильм по тому, как он сделан. Это все привести к такому знаменателю и в таком напряжении держать.

    Елена Рыковцева:  Они же получили своего "Оскара" за сценарий, казалось бы, можно было бы этим ограничиться.

    Александр Журбин: Я недоволен тем, что ничего не получил "Звездные войны", на самом деле это великий фильм. Это великая серия, которая формирует сознание уже нескольких поколений.

    Юрий Богомолов: Если таким образом подходить, ведь есть искусство кино, а есть искусство мифологии, мифотворчество. Я думаю, в какой-то степени компромисс и симбиоз – это "Безумный Макс", где такая зрелищность, такая мощь, вместе с тем там серьезная мысль о том, что победить тирана еще можно, а как победить эту безликую, посмотрите на народ, который триумфально встречает повелителя, что это такое за народ – это безликая масса. Это счастливый конец и начало великой трагедии.

    Александр Журбин: Это очень хорошая комбинация, действительно, там и зрелищность, и философия.

    Елена Рыковцева:  Я все хочу протолкнуть своего "Выжившего", его уже как только ни называли, и Мересьевым, и партизаном, как угодно измывались над этим фильмом, но тем не менее, мне кажется, что это тоже подвиг режиссерский, как ни странно, даже не сценарный, потому что там нет сценария, он только и делает, что ползет по лесу.

    Юрий Богомолов: Это подвиг актера.

    Александр Журбин: Мы думали о Ди Каприо, мы все, конечно, за него болели.

    Елена Рыковцева:  Но и режиссер все-таки получил "Оскар", он стал лучшим режиссером с точки зрения Академии.

    Александр Журбин: Алехандро Гонсалес Иньярриту на этот раз снял, по-моему, слабое кино по сравнению с тем, что он сделал до того.

    Елена Рыковцева:  То есть вы бы отобрали у него этот "Оскар"?

    Александр Журбин: Это скучная картина.

    Юрий Богомолов: Не бывает таких церемоний, на которых каждый из тех, кто присутствует и болеет, получил бы полное удовлетворение.

    Елена Рыковцева:  Вы тоже считаете, что несправедливо как режиссер он получил этот "Оскар"?

    Юрий Богомолов: Я думаю, что были более сильные на этот раз замечательные режиссеры.

    Елена Рыковцева:  А кому бы вы дали?

    Юрий Богомолов: Его искусство – это искусство ремесленника, ремесло высокое. За режиссуру я дал может быть Спилбергу.

    Елена Рыковцева:  Но это классическое, традиционное, добротное кино. Так же как и фильм "Бруклин", то же самое, традиционное, добротное.

    Александр Журбин: Я, конечно, поражен, что Том Хэнкс не был номинирован за очень хорошую работу.

    Юрий Богомолов: Еще больше можно поразиться, что не был номинирован на серьезную номинацию "Омерзительная восьмерка".

    Елена Рыковцева:  Давайте не будем так быстро со "Шпионского моста" убегать, потому что все-таки, может быть, мы увидим символ, знак, что это человечный русский шпион, советский. Это же какой человек, какой образ, какой позитивный. Американец, для которого, казалось бы, он враг, видит в нем совершенно положительного героя.

    Юрий Богомолов: Там ведь какая история проглядывает в этом "Шпионском мосте" задним числом. Когда был Советский Союз, был "железный занавес", как мы знаем, но в нем нужны были дырки для конфиденциальных каких-то контактов. Я вспоминаю другого такого шпиона, но уже с российской стороны – это журналиста Виктора Луи, который был тоже дыркой в "железном занавесе".

    Елена Рыковцева:  Но он даже шпионом не был, а информированным журналистом, близким к источникам.

    Юрий Богомолов: Был конфидентом нашей верхушки кремлевской. Они скидывали через него информацию, которой можно было доверять. Но зато какой свободой внутри несвободного государства он обладал, раритетную коллекцию автомобилей держал у себя в гараже, лечился обязательно не в Кунцевке, а лечился в Лондоне.

    Александр Журбин: Я проходил мимо его дома, не знаю, что сейчас там происходит, но все знали, что здесь жил Виктор Луи. Я должен отметить, что один наш знакомый, артист Миша Горевой очень точно сыграл кагэбешника в "Шпионском мосте", он сыграл очень точно.

    Юрий Богомолов: И вообще фильм сделан, можно сказать, ювелирно с точки зрения актерской, с точки зрения драматургической. Это не фильм вполне XXI века. Те фильмы, про которые мы говорили – это XXI век. Я как-то различаю традиционные хорошие фильмы. Был на одном из предыдущих "Оскаров" "Говорит король", а рядом конкурировал с ним "Социальная сеть" – вот это из двух разных веков вот так и сегодня.

    Александр Журбин: Что удивительно в "Оскаре" – это честная премия. Не будем называть имен и фамилий, но в России мы примерно знаем несколько человек, которые формируют эту премию. А там, насколько я знаю, академики реально голосуют. Конечно, там есть свои круги, мафия, но тем не менее, они голосуют, считают голоса.

    Елена Рыковцева:  Когда стали известны  номинанты, мы просили наших прохожих московских сказать, болеют ли они за Ди Каприо. Вы не представляете, какие  ответы мы получили, как его зажимают, какая там мафия. Какое честное голосование? У него русская бабка, поэтому ему не дают. Что там сговор, что они его ненавидят, они ему мстят. Ни один человек не сказал, как вы, честная Академия, Лео зажимают за все, за что можно зажать.

    Александ Журбин: Там есть система взяток, вместе с фильмом присылают какой-то подарок.

    Елена Рыковцева:  Такое тоже было! Он не дал взятку.

    Александр Журбин: 6 тысяч человек невозможно подкупить, они не нуждаются в этих подарках.

    Елена Рыковцева:  Это вы нашим прохожим объясните, что невозможно подкупить, они считают, что все возможно. Сегодня мы снова вышли на улицу спросить, что вы думаете об этом "Оскаре". Давайте посмотрим, чем все сегодня закончилось.

    Елена Рыковцева:  Просто замечательно.

    Юрий Богомолов: Если бы они знали, что Ди Каприо может быть сыграет Путина.

    Александр Журбин: А еще он похож на Ленина, он вылитый Ленин.

    Елена Рыковцева:  Он, по-моему, и Ленина хочет. Он такой американский Безруков. Юрий Александрович вошел к нам в редакцию, когда закончился монтаж этого опроса, он слышал, как наш корреспондент меня честно предупредил, что если вы рассчитывали на какое-то количество фильмов, которые смотрели эти люди – не рассчитывайте, этот опрос абсолютно адекватно отражает картину того, что мы услышали, все тотально болеют за Ди Капиро.

    Александр Журбин: Интересно, если бы спросить у этих людей на улице: вы болели за Ди Каприо? А как вы относитесь к Бри Ларсону? "Чего?", – сказал бы человек. А Бри Ларсон тоже получила за главную женскую роль,  фильм "Комната", молодая актриса, первый раз снимается.

    Елена Рыковцева:  Даже в такой узкой тусовке, извините за это слово жаргонное, мало кто смотрел.

    Александр Журбин: Я смотрел. Он, конечно, очень мрачный фильм, депрессивный. Но хорошая артистка, замечательная. Вообще придуманная история, все в одной комнате, ужасные совершенно подробности всего этого пребывания. Кончается, кстати, светло этот фильм.

    Елена Рыковцева:  Я также хочу обратить на то, что люди не знали на улицах о победе Лео. Именно из-за того, что лишили возможности смотреть прямую трансляцию, не очень педалируют это сейчас в новостях, много событий грустных происходит – это понятно тоже, сейчас не до того во многом, люди не знают именно потому, что этот информационный пласт от них был отсечен. Например, в Нью-Йорке, мне писали друзья, что как только это случилось, были фейерверки, сейчас ездят машины с какими-то портретами – это же такая огромная радость. Я уверена, что москвичи в этом приняли бы участие, если бы на них это сразу же свалилось бы.

    Александр Журбин: Дело в том, что "Оскар" – это не только Ди Каприо. Для всего Земного шара – да. Он такой обаятельный человек, Ди Каприо.

    Елена Рыковцева:  Чувство справедливости у всего Земного шара возобладает над всеми эстетическими чувствами. Да, не всем нравится этот "Выживший", но справедливость дороже.

    Александр Журбин: Конечно, он герой, тут нечего и говорить.

    Юрий Богомолов: Он замечательный артист.

    Елена Рыковцева:  Первый "Оскар" был в 1994 году, он был номинирован за роль бедного больного мальчика, великолепная, потрясающая роль. Тогда уже в первый раз он незаслуженно не получил еще ребенком, 18 лет.

    Юрий Богомолов: Потом "Волк в Уолл-стрит" у него был очень хороший. Так бывает, что артист, который действительно ярко сыграл, но на другом фоне что-то не получается, а потом сыграл может быть и не самую свою выдающуюся роль, но это получается.

    Александр Журбин: Кто-нибудь из вас смотрел фильм "Девушка из Дании"? Эдди Рейдмэн вообще ничего не получил, а девушка получила.

    Елена Рыковцева:  Девушка получила за роль второго плана.

    Александр Журбин: Но роль у него была потрясающая, я думал, будет "Оскар", по крайней мере, близко.

    Елена Рыковцева:  Здесь я тоже подумала, что у него появился шанс, как только режиссер "Выжившего" получил второй раз "Оскара". Потому что все мы думали, что он, конечно, больше заслуживает, чем Ди Каприо, Ди Каприо по справедливости, а этот по роли. Но он в прошлом году получал как лучший актер, поэтому, думали, наверняка ему не дадут, а дадут Лео. Тут дают режиссеру второй раз, я думаю: все, у Лео шансы уменьшаются на глазах, потому что "Девушке из Дании" тоже могут дать второй раз.

    Юрий Богомолов: В нашем конкурсе, где всегда следят за тем, чтобы всем сестрам по серьгам.

    Александр Журбин: Там это невозможно, там нельзя договориться.

    Юрий Богомолов: У нас может быть лучший сценарий, лучший режиссер, а фильм не лучший.

    Елена Рыковцева:  Теперь я хочу обратиться к знатоку "оскаровской" церемонии: почему вы молчите о том, что вы собираете эти церемонии?

    Александр Журбин: Когда я жил в Америке, с первого же года я понял, что "Оскар" – это одно из главных культурных явлений вообще, это феномен такой, который охватывает весь Земной шар, без преувеличения.

    Елена Рыковцева:  Кроме России.

    Александр Журбин: Россия болеет. Я стал действительно записывать, тогда были видеокассеты, начало 90-х, не было сильной электроники, у меня до сих пор примерно 15 "Оскаров" хранится.

    Елена Рыковцева:  Я хотела бы задать серьезный вопрос: вот эти шуточки, которые прозвучали по поводу цвета кожи и всего этого бойкота. Что вы об этом думаете, насколько это было корректно, уместно и  смело может быть?

    Александр Журбин: Когда начался такой неприятный  разговор о том, почему все белые, а где черные... Опять же так получается, расклад. В этом году все белые. Только что получил гигантскую премию Денсел Вашингтон, достойную премию. Там есть замечательные чернокожие артисты, кто же будет с этим спорить. В этом году не было среди номинантов. Ведущий бесконечно говорил: почему, меня бы не взяли, президент у нас черный, а артисты никак не пробьются. Я считаю, что это нехорошо. Иньярриту сказал в своей речи: давайте забудем вообще о цвете кожи, цвет кожи имеет такое же значение, как длина ваших волос.

    Елена Рыковцева:  А вам не значит, что обсудить это все – это и значит похоронить и забыть? Он и ставит точку вот так вразнос.

    Юрий Богомолов: Мне кажется, это так же, как с еврейскими анекдотами. Писатель Константин Паустовский очень болезненно  относился к ним. Я думаю, что еврейские анекдоты – это та планка, где преодолен антисемитизм совсем. Раз это становится анекдотом, то это уже все. В американском голливудском кино проблема расизма, как Америка преодолевала расизм – с помощью двух, по-моему, миксеров – это баскетбол и кино. Джаз еще. 

    Александр Журбин: Еще в 50-е годы, при моей жизни не пускали в рестораны чернокожих. Они действительно к этому относятся, американцы, за что я их люблю, они действительно этого не замечают, неважно, какого цвета кожа.

    Елена Рыковцева:  Чернокожие актеры почему-то высчитывают – сколько раз, они об этом думают.

    Юрий Богомолов: На какой-то церемонии видел, как давали "Оскара" негритянской актрисе, ее восторг был столь велик, что как ни странно, парадоксально вдруг почувствовалось эта напряженность. Именно она говорила о том, что она хотела бы родиться блондинкой с голубыми глазами и так далее. 

    Елена Рыковцева:  Я считаю, что невероятно смешно, я хохотала, эта нарезка оскаровских номинантов, в которую вставлены были главными героями чернокожие актеры, когда девушку из Дании подменяли на юношу из Конго, он конечно не из Конго, но условно.  Но представить себе что-то подобное, шутки на эту тему на церемонии "Золотого орла" или "Ники", я не могу. Это возможно, если случился накануне какой-то межнациональный конфликт, вот это все обыграть и обшутить или это немыслимо в России представить?

    Юрий Богомолов: Да, я тоже не очень представляю.

    Александр Журбин: Так получилось, что Россия на 98% страна белокожая.

    Елена Рыковцева:  А проблемы с мигрантами, эти отношения?

    Александр Журбин: Вы понимаете, о чем я говорю, цвет кожи практически у всех одинаковый. Это очень важная вещь, потому что цвет кожи ты поменять не можешь, ты можешь поменять веру, поменять конфессию.

    Елена Рыковцева:  Черты лица тоже не можешь поменять, если он не славянин, то он уже не будет славянином. То есть вы считаете, что просто сама острота не такова?

    Юрий Богомолов: Я читал лекцию студентам про советское телевидение, я говорю: когда Лапин пришел, он изгнал многих звезд, которые имели "пятый пункт". Меня спросили: а что такое "пятый пункт"?

    Александр Журбин: Счастливые дети.

    Елена Рыковцева:  Тем не менее, вы говорите парадоксальные совершенно вещи, вы говорите, что там эта проблема острее, здесь она менее остра...

    Юрий Богомолов: Что интересно, они предлагают квоты, я слышал.

    Александр Журбин: Когда приходят белые и черные вместе и они абсолютно равны по отметкам, берут черного.

    Юрий Богомолов: Так же, когда у нас приходят русские и еврей или еврей и узбек. Дело в том, что мы иногда у них берем худшее, они у нас тоже худшее берут. Эта идея квоты – это то, что у нас было скверно.

    Елена Рыковцева:  Квоты с "Оскаром" вы имеете в виду? Это ужасно.

    Александр Журбин: У американцев действительно есть комплекс вины, так же, как у немцев по отношению к евреям. Я постараюсь рассказать короткую историю из жизни моей собственной семьи. Мой сын, который вырос в Америке, он по образованию совершенно американец, по всем взглядам. Он однажды просит меня: "Папа, возьми какой-то конверт, к метро подойдет девушка, она будет в желтом пальто, в зеленом шарфике, отдай ей этот конверт". Я ищу девушку, вижу, что одна девушка действительно появляется в такой одежде. Я говорю: "Вы Джейн?". "Да". "Вот вам конверт". Я прихожу, говорю: "Лева, а почему ты мне не сказал, что она чернокожая?". "Папа, а что, это имеет значение?".

    Елена Рыковцева:  В этом и есть парадокс того, о чем вы  говорите, что с одной стороны они этого не замечают, а с другой – проблема острее, чем у нас. Как в этом распутаться?

    Юрий Богомолов: Где-то на подсознательном иногда. Если говорить сознательно, то неловко. Так же как у нас неловко было до последнего времени антисемитизм проявлять сознательно. А сейчас это проявляется и никто не стесняется.

    Александр Журбин: Чернокожий президент, который уже заканчивает второй срок,  ясно, что второго в ближайшее время не будет. Все думали, что это устранит расовые противоречия. Оказалось, что стало еще хуже, потому что очень многие считают, что Обама плохой президент. Получается так, что он черный, да он еще и плохой. Начинаются конфликты, как ни странно, на этой почве.

    Елена Рыковцева:  Вы считаете, что тем не менее, в России шутить на эти темы лучше не надо, во-вторых, не получится, в-третьих, нет такой остроты? Так я могу суммировать все, что вы думаете по поводу этой параллели таких шуточек на "Золотом орле" или "Нике"?

    Александр Журбин: Нет, такого быть не может. Если Гусман начнет шутить над своим происхождением, могут неправильно подумать.

    Юрий Богомолов: Он слегка подшучивает.

    Александр Журбин: Можно я два слова скажу по своей профессиональной линии, по поводу лучшей музыки. Победил Эннио Морриконе, замечательный кинокомпозитор, я давно за ним слежу, он выиграл у Джона Уильямса. Джон Уильямс признанный, как у нас был Таривердиев, Таривердиев выигрывал "Нику" 600 раз, заслуженно, он хорошую писал музыку для кино. Джон Уильямс всегда выигрывал, в этот раз получил второе место,  а первую премию получил главный фильм "В центре внимания", где я специально обратил внимание на музыку, она очень хорошая, но она не лезет, не выделяется, ничего с ней не происходит, но она создает настроение, вливается в ткань фильма, мне это очень понравилось.

    Елена Рыковцева:  То есть она не живет своей жизнью, а наоборот поддерживает этот фильм. Значит с этой премией вы согласны. У вас были свои предпочтения по поводу музыки?

    Александр Журбин: Как правило, в Голливуде все время хорошая музыка. Это я говорю, обращаясь к потенциальным нашим продюсерам, которые говорят: черт с ней, любая, поставьте какую-нибудь песню, забейте и все. Не понимают, что качество музыки – это качество фильма.

    Юрий Богомолов: Вуди Аллен, в документальном фильме его спрашивают: что-то у вас с музыкой, как-то очень интересно. Он говорит: "Вы знаете, такая штука, я вижу, иногда провисает у меня что-то, если музыку добавить".

    Александр Журбин: Эдуард Артемьев, наш любимый и действительно замечательный композитор, мой друг, говорит, что Тарковский, когда он с ним работал, говорил: "Я тебя ненавижу, мне не нужна музыка, я хочу сделать фильм вообще без музыки, но когда чувствую, что не движется кино – придется музыки добавить". Такое отношение к музыке распространенное.

    Юрий Богомолов: Когда Артемьев как-то отказался, он сказал: "А, придется что-то из классики подбирать".

    Елена Рыковцева:  Есть номинация музыкальная в российских премиях?

    Юрий Богомолов: Песни нет в российских номинациях, она общая.

    Александр Журбин: Что касается песни, в Голливуде всегда две премии – саундтрек и песня. В этом раз выбрали песню, на мой взгляд, совершенно блеклую, я специально ее послушал, это песня из "Джеймса Бонда" очередного, "Спектр", ничего особенного. А когда Адель пела Sky Fall потрясающе – было классно совершенно. Это действительно была песня, которая вышла из фильма, как говорится.

    Елена Рыковцева:  Вышла из фильма, ее все пели, она запомнилась. Вообще интересно, послушать мнение людей, мешает жить отсутствие этой церемонии или легко с ней распрощались три года назад, нет, так нет. Вы же помните, как это было, на Первом канале собирали группу людей ночью, сидели с трех часов. Мне, например, жалко, что это ушло. 

    Александр Журбин: Я еще жил в Америке, когда был "Оскар", я был в Москве. Был большой прием, ночью люди собрались, выпивали за кого-то, говорили, что этот лучший.

    Юрий Богомолов: Было ощущение, что мы находимся в глобальном мире, а сейчас мы пытаемся быть совершенно отдельной страной, мы хотим импортозамещения и так далее. Наплевать на все, не только на пармезан.

    Александр Журбин: "Оскарозамещение".

    Елена Рыковцева:  Если бы была возможность показать какие-то "оскаровские" работы на большом экране, потому что не так много людей имеют возможность ходить в кино, что бы вы первым делом предложили? Два "оскаровских" фильма, которые вы считаете принципиально важно посмотреть зрителям по телевизору, всех охватить.

    Александр Журбин: Во-первых, это невозможно с точки зрения авторских прав.

    Елена Рыковцева:  Помечтать. Вот у вас деньги на покупку авторских прав любого фильма, что бы вы предложили из того, что сегодня увидели зрители, чем полезно было бы охватить всю страну?

    Юрий Богомолов: Я думаю, для всей страны был бы интересен "В центре внимания". "Игра на понижение", в чем будет трудность для массового зрителя, что там очень много специфичного в финансовом отношении, по-человечески он будет захватывать. Там в основании лежит книга, которая была написана, многими прочитана. По крайней мере, понятно, что это дикая афера, что это обман этих людей, которые вложились в ипотеку.

    Елена Рыковцева:  Как раз с точки зрения антиамериканской кампании было бы замечательно показать этот фильм, как они дурят. Сергей из Москвы, здравствуйте.

    Слушатель: Я бы хотел сказать, как я смотрел "Оскара", дело в том, что в России его не демонстрируют, через интернет есть возможность посмотреть в прямом эфире, было очень интересно, по каналу "Украина". Что меня поразило, как они шутили над расовыми шутками, очень неожиданно. Мне понравилось, какая у них реакция была, американские актеры стояли, аплодировали Байдену, видно было, что они действительно любят, это не напускная улыбка по протоколу. И опять же разговоры про Обаму. Отличная церемония, очень понравилась, в восторге.

    Елена Рыковцева:  Видите, люди отмечают, что шутить можно запросто и приветствовать.

    Юрий Богомолов: Это знак того, что они поднимаются выше расовой проблемой.

    Александр Журбин: На "Оскаре" всегда создается удивительная атмосфера. Во-первых, в зале сидят самые знаменитые люди планеты, которых знают от Японии до Австралии.

    Юрий Богомолов: В самых роскошных нарядах.

    Елена Рыковцева:  Сегодня уже поступил протест от голливудских актрис, что мы уже устали, что нас расценивают только с точки зрения нарядов, почему мужчин не расценивают. Комик пошутил, что если бы был одет в цвета лайма Клуни, и у него из кармана торчала бы голова гуся, тогда у него, конечно, спросили бы, а так они все одинаково одеты, мужики, что вы от них хотите.

    Александр Журбин: Если говорить, что бы я ни в коем случае не стал бы показывать по российскому телевидению, это фильм "Девушка из Дании", это бы у нас не оценили, сто процентов. Про трансгендеров у нас тема не только не популярная, а закрыта.

    Елена Рыковцева:  Нельзя показывать и полезно показать с точки зрения того, как об этом можно спокойно, без истерики, какая трагедия. С другой стороны я бы его, если бы мне сказали, что бы вы двинули на Первый канал, я бы его  первым делом двинула.

    Александр Журбин: После часа ночи, я думаю. Это не для всех. Замечательное кино, замечательные актеры, история потрясающая, такая психологическая история.

    Елена Рыковцева:  Это даже не история – это трагедия человеческая. И все равно они будут "ату его" кричать?

    Александр Журбин: Думаю, что да.

    Елена Рыковцева:  Вы тоже согласны, что наша публика не оценит этот фильм и что она не созрела?

    Юрий Богомолов: Я так скажу, что телевидение сегментирует какие-то лоты, очень часто бывает, что  каком-то отрезке временном та или иная картина, которая, кажется, не имеет никакого шанса, она вдруг собирает аудиторию. Очень был для меня показательный момент, когда Андрей Смирнов сделал "Жила-была одна баба", такой довольно тяжелый фильм для русофилов. Но когда был показан на каком-то удачном временном лоте, собрал хорошую аудиторию неожиданно. Так, возможно, и с этой картиной. "Горбатая гора", кажется, вроде бы, по телевизору показали в какой-то момент. Я думаю, что наши официальные патриоты, казенные патриоты, они бы очень протестовали против "В центре внимания".

    Александр Журбин: Представляете, если бы такой фильм, как "Девушка из Дании" Госкино бы запустило в производство?

    Елена Рыковцева:  Нет, в производство не запустило бы. Время очень деградировало. Вспомните сериал "Секс в большом городе" – это же совершенно свободное и легкое обсуждение всех этих тем, проблем, отношение полов, в том числе одинаковых между собой, это все было на центральных каналах. Вспомните, как начинался фильм "Секс в большом городе-2" – свадьба геев. Все это было во всех кинотеатрах страны, и никто на это не обращал внимания. Вдруг проходит какое-то количество лет и сейчас представить себе свадьбу геев так широко немыслимо.

    Александр Журбин: Что в Америке происходит с полом как таковым. В любой анкете есть вопрос – мужчина или женщина. У них теперь есть третий пункт – другой. Ты можешь поставить, никто у тебя не будет ничего спрашивать.

    Елена Рыковцева:  Я еще раз хочу отметить тот позитив, который всегда несет, вы не устаете поражаться премии "Оскар", потому что люди там друг за друга болеют искренне. Это всегда безумный контраст с нашим надутым залом, который хлопнет два раза и опять надуется.

    Александр Журбин: Мы не знаем, что там на самом деле.

    Елена Рыковцева:  Но ощущение такое. Я хочу спросить: ваши коллеги когда-нибудь научатся так себя вести или никогда не научатся на ваших премиях?

    Юрий Богомолов: Может быть, научатся, когда трансформируется вся  инфраструктура киноиндустрии, нашего гражданского общества. Я не представляю, чтобы такой фильм по откровенности как "В центре внимания", предположим, запустили в производство. У нас был "Левиафан", самый обобщающий фильм, с каким напряжением все это было встречено.

    Елена Рыковцева:  Как не хотели говорить, что он номинирован на "Оскара". Завершаем на хорошем, что, может быть, все-таки все изменится.

     

     

     

     

     



    Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.


    О чем говорят в сети