Уже много лет изо дня в день украинец Олег Петров, рискуя жизнью, спускается на сотни метров в наполненную тьмой пропасть угольного бассейна на востоке Украины. Как выглядит день из жизни шахтера, который готов добираться до центра Земли ради того, чтобы у его дочери был выбор, которого он никогда не имел.

Каждое утро в 6:17 Олег приезжает на шахту имени Героев космоса в Днепропетровской области. Перед началом смены от дома шахтеров забирают автобусы компании. Четверть жителей Павлограда (город расположен в 10 километрах от шахты) работают в угольной промышленности.

Олег – теперь уже бригадир – начал работать под землей, когда ему было 18. "У меня не было времени на образование, у меня не было денег".

После приезда на шахту работники оставляют свои личные вещи в "чистой" комнате. Потом, в одном нижнем белье, через длинный и холодный коридор идут в "грязную" – именно там хранится рабочая форма.

Вместо носков шахтеры носят портянки. Олег считает, что для такой работы они подходят больше. "Мокрую портянку можно перевязать на сухую сторону, – говорит он. – Кроме того, их можно плотно обвязать, а носки постоянно сползают".

Пока Олег ждет начала своей смены, шахтеры, которые свою уже закончили, покидают шахту в "клетке". Так здесь называют кабину, которая опускает и поднимает рабочих из глубины.

Олегу – 42. Из них почти 20 он проработал на шахте. Совсем скоро он сможет уйти на пенсию, но не сделает этого ради своей 19-летней дочери.

Алина живет за 200 километров от семьи – в Харькове, где в университете изучает психологию. Из 10 000 гривен ($380), которые зарабатывает на шахте, он ежемесячно отправляет дочери по 4000 ($150). "Я был слишком бедным, чтобы получить образование, – говорит Олег. – По крайней мере, я могу помочь сделать это ей".

Бригада Олега работает в самой глубокой точке "героев космоса " – на 470 метрах. Но это не финальная точка. Шахтерам еще предстоит добираться до рабочего места на специальном электропоезде.

Сейчас команда Олега бурит 300-метровый тоннель. По подсчетам шахтеров, он приведет к крупному угольному пласту. Его поиск, рассказывает Олег, – не точная наука. "Мы либо бурим с поверхности, либо определяем, где залежи, исходя из положения уже известных нам пластов. Но на практике это метод проб и ошибок".

За один рабочий день такой установкой можно пробурить до пяти метров породы. Проходческий комбайн доставляют на глубину по частям. На то, чтобы его собрать, уходит около трех дней.

Раздробленную породу переправляют по конвейеру в вагонетки, которые позже доставляют ее на поверхность. Как говорят представители компании, в дальнейшем почву используют для рекультивации земель.


Как только комбайн продвигается на несколько метров вперед, рабочие сразу же прокладывают рельсы вглубь тоннеля, а также устанавливают укрепления, которые не дадут породе обрушиться. За процессом наблюдает геодезист. Чтобы определить направление тоннеля, со стальной арки на веревке свешивают камень.

Олегу не нравится его работа, но он говорит, что "зарплаты хватает на что, чтобы спланировать жизнь на год или два вперед. Просыпаешься и понимаешь, что не надо беспокоиться о завтрашнем дне".


По мере увеличения тоннеля бригада Олега ненадолго отключает вентиляцию, чтобы установить дополнительную секцию трубопровода, по которому будет поступать свежий воздух.

На глубине 470 метров уже чувствуется жар от ядра Земли. Пока рабочие устанавливают вентилятор, температура и уровень метана в туннеле резко поднимаются. Метан – побочный продукт геологических процессов, которые образуют уголь. Газ скапливается в естественных трещинах угля и поэтому постоянно просачивается в шахту. В некоторых местах можно увидеть, как легковоспламеняющийся газ пузырится в лужах. Максимально допустимая концентрация метана не должна превышать 2%, уже при 5% возможен взрыв. Уровень концентрации вещества позволяет определить детектор газа.

Звук скрежета металла говорит о том, что рельсы комбайна необходимо отправить на техобслуживание. Этим бригада Олега занимается еженедельно.

На вопрос, что нужно для того, чтобы стать хорошим шахтером, Олег пожимает плечами. "Наверное, нужно время", – все же говорит он.

Отработав шесть часов под землей, команда поднимается к солнечному свету. Олег рассказывает, что хуже всего в работе то, что она "отбирает здоровье". "Влажность, грузы – все это сказывается на спине, ногах, руках. Серьезных проблем у меня пока нет, но я уже начинаю все это чувствовать", – говорит он.

Но даже после подъема работа не окончена. На поверхности Олегу нужно проверить, как подчиненные справляются с ремонтом конвейерного ремня.

Помывшись и переодевшись, Олег может смело сказать, что смена окончена. Он заходит в шахтерскую столовую пообедать лишь после того, как позвонил своей жене Марине. "Я всегда звоню ей, как только выхожу из душа, чтобы сказать, что смена прошла нормально", – объясняет шахтер.

Если он работает в две смены, не предупредив жену, дома наверняка будет ссора. "С годами ничего не меняется. Она не может привыкнуть. Это же шахта, тут в любой момент может что-нибудь случиться", – говорит Олег.

В 15:30 Олег садится на служебный автобус. Под землей он обычно проводит 6 часов, но с учетом работы на поверхности и времени в пути его рабочий день может растянуться до 10 часов.


"Я никогда не думал, кем мне хочется быть, – говорит он. – Был только один вариант – шахтером. Алине я позволяю выбирать то, что ей интересно. Важно, чтобы ей нравилась профессия. Это все ради Алины".