Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Прокуратура: «Следствие по делу рядового Сычева может потребовать неограниченного времени»


Чтобы спасти жизнь солдату Андрею Сычеву, врачам пришлось ампутировать ему ноги. Служил Андрей в Бишкиле Челябинской области. С первых дней нового года он с трудом передвигался, и только 4-го, когда солдат не смог выйти на построение, его отвезли в Челябинск. В этот день Андрей по телефону разговаривал с мамой и успел сказать, что у него очень болят ноги и его увозят в город. После этого Галина Павловна начала обзванивать больницы, пытаясь найти сына. Ей это удалось: «Я говорю: "Что с ним? Что с его ногами? Лечение ему назначили?" Ходит на костылях, передвигается. Дали понять, что не звоните больше, пожалуйста, не тревожьте никого. Потом Ренат Талипов, хирург, звонит и говорит, что срочно должны приехать. Сыну ампутировали левую ногу, под угрозой вторая. Приезжаем сразу в больницу. Врачи не могут пока ничего объяснить. Ренат Талипов и завреанимации твердо убеждены, что были побои на ногах и были перетяжки. От этого образовался тромбоз, пошла опухоль, естественно, пошло заражение», - рассказывает мама солдата Галина Сычева.


Как только журналисты узнали об этом происшествии, в Интернете, в газетах, на телевидении появились сообщения от осведомленных, но анонимных источников, что солдата жестоко избили, привязывали к стулу, перетягивали ноги. Появилась и информация о сексуальном насилии. Никто из официальных лиц ничего не подтверждал и не опровергал: «Вам никакой информации давать не буду. Вы мне уже надоели по поводу этого солдата. Все, что касается здоровья больных, мы сообщаем или самому больному, или ближайшим родственникам. Вся область знает, что творится с этим солдатом, где он находится, что с ним случилось и так далее. А как думаете, ему это нужно?» - спрашивает зам. главврача больницы Скорой помощи Ренат Талипов.


Спустя несколько дней после ампутации одной ноги Андрею ампутировали и вторую. Он пришел в себя, но полностью зависит от аппаратуры, поддерживающей жизнь: «Он глазами видит, он понимает, он плачет, хочет сказать. Трубку языком старается выплюнуть, сказать хочет что-то, но не может. Пальцы на руках тоже начали чернеть. На спине какие-то темные пятна появились. Что я могу сделать?! Мне хочется обратиться ко всем солдатам, ко всем матерям, чтобы не скрывали таких подонков. Сегодня Андрей мой попал в такую ситуацию, а завтра они кого-то еще сделают. Все знают, что они там издеваются над молодыми, как только в воинскую часть попадает водка. Они же не просто трезвые начали его так... Естественно, они выпили. У меня Андрей не пил. Может быть, заставляли его, может быть, что-то хотели сделать, а он начал обороняться. Да разве ему дадут одному обороняться. Да он и драться не мог, рос среди девчонок» - говорит мама Андрея.


Суд да дело


Относительно того, как продвигается следствие по этому делу и кто будет его фигурантом, информации до сегодняшнего дня тоже не было. «Чтобы не мешать следствию, не все вопросы можно освещать в средствах массовой информации. Мы возбудили уголовное дело. Цель предварительного следствия - разобраться в обстоятельствах и причинах сегодняшней ситуации. Если это криминальная травма, наша задача найти виновных лиц и привлечь к ответственности. Если это заболевание, то выявить, почему оно появилось, каковы его корни и причины. Есть ли виновные лица в этом заболевании или это, будем говорить, обычное явление. Как только разберемся, так и примем решение. Для этого может потребоваться времени неограниченно», - говорит военный прокурор Челябинского гарнизона Александр Двинянин.


В Челябинске сейчас стоят тридцатиградусные морозы, сильный ветер. Мама Андрея, которую поселили в гостинице военного училища, в лютый холод сама ездит на другой конец города на общественном транспорте в больницу, где пытаются спасти ее сына. Оплатить такси или выделить машину этой женщине никому и в голову не пришло.


В комитете солдатских матерей в Москве о трагедии, случившейся с призывником Андреем Сычевым, узнали от своего постоянного представителя в Челябинске Людмилы Зинченко. Теперь за состоянием пострадавшего и за работой военной прокуратуры тщательно следят. Однако по словам руководителя Комитета солдатских матерей Валентины Мельниковой найти виновных будет очень сложно: «Конечно, когда мы узнали, мы связались с командованием бронетанковых войск. У них тоже была вот эта идиотская версия, что это у него заболевание, что там, вообще, все хорошо. Эту версию продавливает командование части и, похоже, даже где-то командование в округе. А так что? Теперь это скрыть нельзя, слава богу. Теперь уже прокуратура, в том числе и Главная военная держит это на контроле. Я знаю, что Зинченко требовал, чтобы прокуратура обеспечила, чтобы все в части остались, чтобы никого по командировкам не раскидали - ни солдат, ни офицеров, а то потом их не найдешь. Чтобы свидетели и виновники все были под контролем прокуратуры», - говорит Валентина Мельникова.


Заговор молчания


«Ни одно командование ни одной части не хочет, чтобы стало известно какие безобразия, какие преступления у них происходят, особенно когда такая чудовищная история, небывалая. У нас по всякому издевались, но такого издевательства не было. А ведь на самом деле не может быть, чтобы в подразделении не было, во-первых, дежурного офицера, дежурного прапорщика, и просто приличных, нормальных ребят-солдат, которые бы вмешались. Что у них все мерзавцы что ли служат - и офицеры, и прапорщики? Самое ужасное - это скрытность вот этих преступлений. Чем оно тяжелее, чем оно мерзопакостнее, тем больше это скрывают» - объясняет руководитель Комитета солдатских матерей.


«Если дедовщина или неуставные отношения в каких-то других армиях являются извращением, нарушением системы воинской службы, то дедовщина в российской армии является дикой, чудовищной, варварской, но естественной формой поддержания дисциплины для армии такого типа. Ведь в чем суть дедовщины? Суть дедовщины в том, что проблему поддержания дисциплины в казарме офицеры перекладывают на солдат старшего года службы, которые начинают наводить эту дисциплину теми способами, которые им известны и понятны, а именно с помощью кулаков. В России отсутствует такая профессиональная военная группа, как профессиональный сержант», - говорит военный эксперт Александр Гольц.


Говорят, что в 40-е, в 60-е годы дедовщины не было. По словам эксперта, это правда. «Потому что офицер 24 часа в сутки проводил в казарме. Как только младших офицеров отпустили из казармы, так в советской, а потом и в российской армии началась дедовщина. Вот это самое главное. До тех пор, пока будет сохраняться вот эта модель вооруженных сил, до тех пор дедовщина в российской армии неизбежна. Сейчас сайт Министерства обороны публикует количество смертей в вооруженных силах. Порядка тысячи человек гибнет в российской армии ежегодно. Там указывается, что дедовщина там 26-27 случаев. Это, конечно же, неправда. То, что описывается как самоубийство, а это практически треть от всех гибелей в вооруженных силах, это и есть скрытые случаи, те случаи дедовщины, которые российские военные начальники покрывают. Это было и на Дальнем Востоке, и в центре России. Когда человек расстреливает караул, который издевался над ним, и уходит с автоматом, такой случай был сравнительно недавно в железнодорожных войсках. Каждый раз, когда человек хватает автомат и расстреливает сослуживцев, это, конечно, следствие дедовщины» - считает Александр Гольц.


При этом Минобороны не скрывает этих фактов целенаправленно. «Всякий воинский начальник опять-таки в силу того, что он понимает, что с этим справиться невозможно, делается все возможное, чтобы замаскировать. Неслучайно об этом случае узнали случайно. Военная прокуратура отказывалась долгое время давать детали произошедшего», - говорит эксперт.


Отчетность в порядке


Рядовой Андрей Сычев проходил службу в батальоне обеспечения учебного процесса при Челябинском высшем военном командном училище, танковом институте в поселке Бишкель, что в 70 километрах от Челябинска. Всего в батальоне служит 350 человек.


Накануне в ходе расследования этого уголовного дела среди солдат срочной службы батальона следователями Военной прокуратуры Челябинского гарнизона было проведено анонимное анкетирование относительно внутренней жизни батальона. В анкетах не оказалось ни одного отрицательного факта. Солдаты службой довольны, все происходит согласно Уставу, отношения офицерского состава к срочникам удовлетворительные. Однако при личных встречах со следователями выясняется совершенно обратное. В батальоне существуют и дедовщина и нарушение Устава. Это подтверждает и проверка, ведущаяся прокуратурой параллельно с расследованием уголовного дела о неуставных отношениях между Андреем Сычевым и сослуживцами. Цель это проверки - выявить причины и обстоятельства, которые способствовали совершению преступления. Проверяются на соответствие с законодательством все стороны деятельности воинского подразделения - от обеспечения довольствием до выполнения распорядка дня. Уже сейчас военный прокурор Двинянин заявил, что нарушения имеются и в большом объеме. Поэтому позднее соответствующие меры будут приняты и в отношении офицеров батальона.


Вообще, следствие идет очень тяжело. Солдаты-срочники, проходящие службу в батальоне, идут на контакт со следователями исключительно при встрече тет-а-тет, без своих офицеров. Очевидно, что они просто напуганы, хотя ранее информации о неуставных отношениях именно в этом батальоне в Военную прокуратуру гарнизона не поступало. Лишь один телеканал, "Восточный экспресс", выдал в эфир сюжет о случившемся. Более ни одно печатное, либо электронное СМИ об этом не упомянуло -- за исключением некоторых интернет-изданий.


XS
SM
MD
LG