Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Захлебнувшийся штурм Грозного


На улицах Грозного зимой 1994-95 гг.

На улицах Грозного зимой 1994-95 гг.

Утром 26 ноября 1994 года в ходе конфликта в самопровозглашённой Чеченской Республике Ичкерии силами Временного совета Чеченской Республики состоялся штурм Грозного. Попытка чеченской оппозиции взять город и свергнуть президента Джохара Дудаева окончилась полным провалом. В штурме принимали участие военнослужащие российской армии.

До сих пор ведутся споры о виновных в провале этой операции. Основную вину специалисты возлагают на тогдашнего министра обороны России Павла Грачева, желавшего взять город как можно быстрее. Введенная в тесно застроенную столицу республики бронетехника оказалась легкой мишенью для мобильных защитников самопровозглашенной Ичкерии. Потери вооруженных сил и войск МВД России в боях за Грозный в январе-феврале 1995 года составили более 1500 человек убитыми и пропавшими без вести, и около 150 единиц безвозвратно потерянной бронетехники.

Владимир Кара-Мурза:
15 лет назад российские войска вышли к столице Чечни и приступили к печально известному новогоднему штурма Грозного. На исходе 20 века город с почти с полумиллионным населением начал превращаться в Сталинград. Тогда еще никто не знал, что этот штурм не последний, что будет контратака чеченцев в августе 96 года и еще один страшный многодневный зимний штурм в 99-2000 годах. Решение о вводе войск в Грозный было принято 26 декабря 99 года на заседании Совета безопасности России, где обстановку в республике докладывали Павел Грачев и Сергей Степашин. Накануне заседания Грачев пришел к выводу о необходимости замены руководителей операции. Министр обороны привез в Моздок из Москвы первого заместителя начальника Главного оперативного управления генштаба генерал-лейтенанта Анатолия Квашнина, нового командующего объединенной группой войск вместо отстраненного генерала Митюхина. План взятия города предусматривал действия федеральных войск группировками из четырех направлений. Первая "Север" под командованием генерал-майора Пуликовского, вторая "Северо-Восток" под командованием генерал-лейтенанта Рохлина, третьей группировкой "Запад" командовал генерал-майор Петрук, четвертой группировкой "Восток" командовал заместитель командующего ВДВ по миротворческим силам генерал-майор Стаськов. Обстановку в российском обществе, сопровождавшую драматический штурм Грозного, 15 лет спустя мы вспоминаем с бывшими спикерами российского парламента Иваном Рыбкиным, председателем первой Государственной думы и Русланом Хасбулатовым, председателем Верховного совета Российской Федерации. Вы участвовали в том памятном заседании Совета безопасности, напомните его атмосферу.

Иван Рыбкин: Декабрь в том году, 94-м, был очень непростым, тяжелым, беспокойным. И все еще началось в ноябре, как вы помните. 26 ноября состоялся первый штурм Грозного, когда танковая колонна вошла в Грозный и была там уничтожена, что вызвало громадный скандал в целом и в печати, и в Государственной думе, и в президентских структурах. От 82 военнослужащих все открещивались и отказывались. Хотя 21 человек остался в живых, а судьба остальных 61 была неизвестна. Тогда заседал Совет безопасности по итогам этих событий и было принято решение о том, чтобы был предъявлен ультиматум незаконным вооруженным формированиям на территории Чеченской республики с изъятием оружия.
3 декабря 94 года правительство создало рабочую комиссию для переговоров по регулированию обстановки в Чечне, выехал Павел Сергеевич Грачев, министр обороны, для переговоров с Джохаром Дудаевым, президентом Чеченской республики Ичкерия. Участвовали в этой поездке другие люди, ездили депутаты Государственной думы. Да вообще весь 94 год изобиловал такими поездки. После этого 9 декабря президент издал указ о мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской республики, потому что переговоры Павла Сергеевича Грачева с Джохаром Дудаевым не увенчались успехом. Правительство Российской Федерации во исполнение указа президента тогда же приняло постановление, в тот же день 9 декабря, об обеспечении государственной безопасности и территориальной целостности Российской Федерации, законности, прав и свобод граждан, разоружении незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской республики. Причем предписывалось все это делать Министерству внутренних дел, но при помощи и при поддержке Министерства обороны. И в случае невозможности изъятия предлагалось, рекомендовалось, предписывалось Министерству обороны уничтожать авиационную, бронетанковую технику, артиллерию, тяжелое вооружение.
Дума собиралась в декабре 9 раз на свои заседания. Причем были обращения, потом переговорный процесс, рекомендовалось участие депутатов Государственной думы в переговорном процессе. 13 декабря было принято постановление Государственной думы об объявлении амнистии в отношении лиц, участвовавших в противоправных деяниях, связанных с вооруженными конфликтами на Северном Кавказе. Вот ряд за рядом шли такие заседания. Было обращение к верующим гражданам России в связи с вооруженным конфликтом, где прямо говорилось, что нельзя допустить братоубийственного конфликта, кровопролития - это 14 декабря 94 года. Так что ситуация накалялась буквально на глазах. И затем был предпринят штурм города Грозного.

Владимир Кара-Мурза: Можно ли было избежать той всей цепочки событий, которая привела к штурму Грозного?

Руслан Хасбулатов: Да, конечно, можно было. Но я в отличие от того, о чем очень скучно, бюрократические игры совершенно неэффективные и заведомо обреченные на неудачу, о которых рассказывал Иван Рыбкин, основу всего этого конфликта вижу в следующих плоскостях. Конечно, первое - это фактически появление режима Дудаева одновременно с преддверием падения Советского Союза и крайнего ослабления Российской Федерации, когда у нас не было достаточно серьезных ресурсов для того, чтобы более жестко сдержать сепаратистские крайние выступления. Но так, коротко говоря, съезд народных депутатов в октябре 91 года признал режим Дудаева незаконным и предложил правительству, президенту принять соответствующие меры для того, чтобы упорядочить эту обстановку. Но, к сожалению, была неудачная операция с введением военного положения, когда еще союзный президент не предоставил нужные войска для этой цели. Эта операция провалилась. И немножко произошло укрепление незаконного режима Дудаева, хотя массовой поддержки никогда не было, ни с первого дня его появления, ни до конца его.
Второй момент, когда приблизительно с марта 92 года, когда, к сожалению, высшая исполнительная власть стала рассматривать дудаевский режим как своего союзника в борьбе с Верховным советом. Происходило определенное укрепление, полупризнание со стороны исполнительной власти этого режима. Окончательно этот альянс закрепился как раз в ходе расстрела, который организовал во многом Павел Грачев в 93 году, российского парламента. Вот с этого периода начинается определенное заигрывание, полупризнание и так далее.
Но в целом после этого расстрела позиции Ельцина были очень слабы, помните, эти декабрьские выборы, цена барреля нефти где-то 8-10 долларов, казна пуста, недовольство всеобщее и надо было как-то отвлечь внимание. Вот и захотелось им поиграть в эту войнушку как с той стороны, дудаевской, так и с этой стороны. А то, что послали туда Павла Грачева, конечно, немногие помнят эту телевизионную картинку, но я ее хорошо помню: такой расстегнутый ворот у министра обороны, толстая цепь, которую носили бандиты, по-моему. И там бандит, и этот бандит, о чем могли договориться два бандита между собой. Один расстрельщик парламента, теперь готовящийся начать вторую войну. Поэтому война им нужна была с обеих сторон, они на нее смотрели как на какую-то игрушку.
А в то же время была другая альтернатива, две другие альтернативы. Во-первых, мощная миротворческая группа, которая подняла всю республику на ноги и готова была свергнуть мирным путем Дудаева. Так ни Рыбкин, ни один депутат, ни один член правительства, ни один военный близко не подходили к миротворческой группе, они не хотели мирного развития событий. Они туда послали вооруженную оппозицию, заранее зная, что она обречена на гибель, с тем, чтобы ввязать туда армию, с тем, чтобы сделать эту войну неизбежной.
Хорошо, раз игнорировали миротворческую группу, самую мощную и влиятельную силу этого периода, так возьмите тогда какую-то точечную операцию. Вот у нас часто выступают "альфовцы", как они хорошо брали Кабул, хотя это позорное дело, с этого началась трагедия Афганистана несчастного. Но если вы там такие мастера, где-то за десятки тысяч километров от Москвы провести такую операцию, почему же не провели здесь эту операцию, почему не ликвидировали эту верхушку. Вот была избрана третья альтернатива, самая бесчеловечная, жестокая война, которая унесла десятки тысяч людей.

Владимир Кара-Мурза: Валерий Борщев, бывший депутатом первой Государственной думы, ныне член Московской Хельсинской группы, ощущал драматизм происходящего.

Валерий Борщев: Это военная акция - штурм Грозного - была в высшей степени трагичной, непродуманной и следствие того хаоса в мыслях и хаоса в желаниях, который тогда существовал в головах верхушки, прежде всего наших "ястребов", которые добивались этой войны. Я помню, сколько погибло наших ребят. Я видел эти тела, разбросанные по городу. Я помню обгоревшего танкиста, я помню майкопскую бригаду, которую положили почти полностью. Мерзостная акция была. После нее можно было остановиться. И Сергей Адамович Ковалев встречался 6 января с Борисом Николаевичем Ельциным, и он рассказывал ему об этом штурме. Он рассказывал, во что это вылилось и говорил, что сейчас день перед Рождеством, давайте остановимся, давайте прекратим эту войну. Борис Николаевич тогда сказал: не время еще. Ну вот, а что получилось дальше – мы это знаем.


Полный текст программы "Грани времени" появится на сайте в ближайшее время.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG