Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дворцы Путина и Медведева: "Главные деньги берутся не из бюджета - их, как дань, платят многие российские компании". Зачем тандему так много недвижимости? Разговор с главным редактором журнала "КоммерсантЪ-Деньги"


Предполагаемый "дворец Путина" в Прасковеевке

Предполагаемый "дворец Путина" в Прасковеевке

Елена Рыковцева: У правящего тандема – Путина и Медведева – только на территории Российской Федерации больше двух десятков дворцов на двоих. Это лишь те объекты, о которых известно официально. Зачем им так много? Способно ли общество проконтролировать то количество недвижимости, которое требуют для себя первые лица государства, те средства, в которые обходится строительство и содержание этих объектов, а главное, может ли оно заставить своих руководителей сократить эти безумные бюджетные траты на персональный комфорт? Об этом мы говорим сегодня с главным редактором журнала «КоммерсантЪ – Деньги» Сергеем Яковлевым. Последний номер его журнала вышел с броским заголовком «Тайна за семью заборами. Сколько дворцов у правящего тандема». Далее следует большой расследовательский материал, в котором большая группа журналистов из разных концов страны пытается собрать в кучку всю президентско-премьерскую недвижимость. Сергей, почему вы решили проинформировать общественность о том, какими же дворцами и резиденциями располагает правящий тандем?

Сергей Яковлев: Как и написано в нашем материале, перед Новым годом возникло обострение этой темы в связи с публикацией открытого письма одного российского бизнесмена в уважаемой газете «The Washington Post». Я заинтересовался этой темой и стал смотреть, а что, собственно, можно найти в открытых источниках, то есть в Интернете, по поводу той или иной недвижимости высших руководителей России? Информация оказалась крайне разрозненной, а главное, очень противоречивой. И в итоге мы решили попробовать разобраться с тем, что на самом деле принадлежит Управлению делами президента и Главному управлению федерального имущества, что является слухами, где находятся те объекты, которые принадлежат на самом деле, что из них построено, что строится. Мы попытались составить опись всего, что есть, и попробовали понять, сколько же нужно для того, чтобы власти российской отправлять свои функции.

Елена Рыковцева: Но самое главное, что когда вы начали составлять опись, вы столкнулись с тем, что вам объявили: «Дорогие друзья, вообще-то, это государственная тайна».

Сергей Яковлев: Да. Поскольку задача стояла систематизировать ту разрозненную информацию, которую можно найти в разных источниках, конечно, самый простой и правильный способ – это послать запросы от журнала «Деньги», что мы и сделали. И нас, честно говоря, не интересовало, какими средствами связи, каким спецоборудованием...

Елена Рыковцева: Какая система охраны.

Сергей Яковлев: Это неинтересно для нас. Мы послали порядка дюжины запросов. Ответа письменного мы ниоткуда не получили, кроме одного письма – нам ответило Управление делами президента Российской Федерации, Главное управление федерального имущества. Весьма подробный ответ, из которого становится понятно, что - согласно федеральному закону о государственной охране 96-го года и указу президента Российской Федерации от 95-го года - все наши вопросы касаются государственной тайны, и отвечать ни одна из этих структур, согласно этому закону, нам не должна и не имеет права.

Елена Рыковцева: Но получается замечательное противоречие. Вы печатаете этот перечень. 26 дворцов тандема. Вы перечисляете официальные резиденции президента: «Горки-9», «Бочаров Ручей», «Долгие Броды – Валдай». Официальные резиденции премьер-министра: «Ново-Огарево» в Подмосковье, «Ривьера» в Сочи. Дальше – объекты, которые служат для их отдыха и мероприятий: Константиновский дворец, «Шуйская Чупа» в Карелии...

Сергей Яковлев: Тоже официально.

Елена Рыковцева: Огромный список! Что же получается? Когда вы этот список публикуете, вы выдаете государственную тайну. Вы не боитесь, что вас за это привлекут? Вам сказали, что нельзя об этом, а вы пишете.

Сергей Яковлев: Думаю, раз все эти объекты время от времени и с той или иной частотой попадают, в том числе, в репортажи федеральных телеканалов, тайны из этого не делается. Но при этом сама структура, такой-то исполнительный человек, такой-то чиновник не может подписаться под письмом, в котором будет сказано: такой-то объект там-то расположен. Никто этого не делает, чтобы не нарушить закон. При этом из выпусков «Новостей» мы прекрасно знаем, где и кого принимает сегодня президент или с кем встречается и где премьер-министр.

Елена Рыковцева: И куда он поехал в отпуск, например, в какое из своих поместий.

Сергей Яковлев: Конечно. Из этого никакого секрета не делается.

Елена Рыковцева: И тут возникает главный вопрос. Вот эти 26 - официальных, о которых известно. Мы пока говорим об объектах, которые им лично, персонально не принадлежат. То есть как только Дмитрий Медведев прекращает быть президентом, он лишается права располагаться в «Горках-9». Это то, что им принадлежит, пока они у власти. Поэтому, наверное, они будут за нее долго держаться, хотя бы для того, чтобы не растерять весь этот огромный перечень. Но есть же в этом списке и то, что записано через каких-то людей, через фирмы, через структуры, что не принадлежит лично Путину или Медведеву, но связано, так или иначе, с их именами.

Сергей Яковлев: Самое интересное, мне кажется, в нашем расследовании и заключается в том, что мы попытались выяснить хоть что-то, хоть какую-то информацию о тех объектах, которые приписываются Путину и Медведеву, кто за ними стоит на самом деле, на чьи деньги это строится. К тому же, раз эти объекты не входят в официальный перечень, то, видимо, на них и никакой указ и закон о неразглашении и о гостайне не распространяется. Им нужно понимать, либо вы включаете это в список официальных объектов – и тогда можете защитить эти объекты от внимания средств массовой информации, либо не включаете – и тогда, извините, мы можем о них писать, можем ходить вдоль забора, можем фотографировать, потому что никакой работник ФСО не может выйти... С какой стати? Это же не Управление делами президента. «Нет-нет, это частное строение». Ну а если частное, значит, там совсем другие законы действуют.

Елена Рыковцева: Сергей, благодаря чему становится известно об этих вещах? Благодаря тому, что у какого-то бизнесмена лопается терпение, он взрывается. Я уже три «взрыва» в последнее время насчитала. Один – это бизнесмен Валерий Морозов, который обвинил чиновника Управления делами Администрации президента Владимира Лещевского в получении крупных взяток, в том, что тот просил «откат» за строительство олимпийских объектов в размере 12% от суммы проекта – 1,5 миллиарда рублей. Морозов подключил милицию, дал эту взятку, потом милиция прекрасно припрятала все материалы, тогда он подключил прессу, «Новую газету», «Совершенно секретно». Видимо, вышло все это дело на Медведева – Лещевского уволили, он попал под следствие. И сейчас произошло очень важное событие: журналист «Совершенно секретно» Владимир Воронов, который об этом писал, выиграл суд у Лещевского. Тот пытался объяснить, что он не взяточник, что его оклеветали. Но выиграл суд журналист – значит, не оклеветали. Итак, первый «взрыв» одного бизнесмена по фамилии Морозов.

Второй – дело Чигиринского против Батуриной в Лондонском суде, когда Чигиринский сказал, что Елена Батурина заставляла его отдать акции за содействие в бизнесе.

И третий случай, о котором вы только что сказали, - бизнесмен Колесников «взорвался» в Нью-Йорке, написал открытое письмо президенту Медведеву. В прессе оно пересказывалось, но мне кажется, что нечетко. Оно было опубликовано не на самом известном сайте. Я хочу несколько слов прочитать из этого письма, в котором Сергей Колесников пишет о том, что лично для Путина строится огромный дворец: «История этого дворца началась в 2000 году, когда я, как и миллионы россиян, с энтузиазмом приветствовал приход к власти динамичного, молодого президента, готового и способного осуществить реальные перемены. Мы верили, что под его руководством в России, наконец, установятся законность и правопорядок. Мы также предполагали, что железной рукой будет остановлено разграбление нашей страны коррумпированными чиновниками». Вот такой романтичный попался бизнесмен.

Вместо этого фирму, в которой он работает, впрягают в некий Фонд, заставляют «отстегивать» туда процент, его, Абрамовича и еще нескольких бизнесменов. Потом оказывается, что этот процент идет на колоссальный дворец, который строится под Геленджиком, фантастический. Причем это строительство не остановилось даже в кризис. Этот проект называется «Проект Юг». Он его описывает: «это огромный, в стиле итальянского палаццо, дворец с казино, зимним театром, летним амфитеатром, часовней, плавательными бассейнами, спорткомплексом, вертолетными площадками и так далее царский дворец». И лично Путин, пишет он, утверждал проекты отделки здания и дизайна. Объект записан на его ближайшего друга и компаньона по фамилии Шамалов из кооператива «Озеро» известного. Причем сам Шамалов не располагает и одним процентом ресурсов, утверждает Колесников, чтобы построить такой дворец. Все - за государственный счет. «Спецстрой России» осуществляет строительство этого дворца. Отделка здания, дизайн, газоснабжение, система канализации – все за счет бюджета, утверждает бизнесмен.

Сергей, пресса об этом письме рассказала, в двух газетах был его пересказ. Но это было перед Новым годом, очень неудачно. А дальше-то что? Мы теперь знаем, и есть человек, который готов предъявить, хотя и косвенные, доказательства того, что этот дворец для Путина. И что?




Сергей Яковлев: Как вы видите, мы пишем. Мы пишем о том, что скандал с публикацией в «The Washington Post» фактически прошел мимо внимания российских СМИ. И вы сказали, чем это можно объяснить. Однако странности заключаются в другом – что журналисты газеты... Можно, наверное, предполагать, что это абсолютно не зависимая от российских властей газета. Они успели и встретиться с господином Колесниковым, и утверждают, что видели документальное подтверждение всех изложенных им фактов. Но не написали никакого продолжения. И не был опубликован ни один из документов. Мало того, исчез и сам Сергей Колесников, которому после такого письма, казалось бы, что терять, почему бы не продолжить.

Елена Рыковцева: Подождите! После того, как я прочитала ваш журнал, я позвонила коллегам из газеты «Ведомости» (что уж скрывать) с вопросом: «Где ваш Колесников? Вот и «Деньги» пишут: уже месяц об этом человеке не слышно». Они утверждают, что он на связи, на «Skype» он есть. Мне даже обещают помочь его в эфир вывести, если получится у нас по времени совпасть с Америкой. Было бы здорово.

Сергей Яковлев: Крайне интересно. Нам вот не удалось с ним связаться. Пока мы имеем слова людей из газеты «Ведомости».

Елена Рыковцева: И текст письма на сайте.

Сергей Яковлев: Надеюсь, что так все и будет, и с ним можно будет связаться. Но это не более чем утверждение журналистов из вашингтонской газеты, которые говорят, что все видели, но никаких публикаций дальше нет.

Елена Рыковцева: А как вы считаете должна была прокуратура, Следственный комитет уцепиться за эту информацию и проверить, даже если это строит друг Путина, но для Путина – и за государственный счет? Или это газета должна обратиться с официальной бумагой, с запросом в прокуратуру?

Сергей Яковлев: Насчет прокуратуры – сейчас не могу ответить. Но последовательность такая. Ведь было открытое письмо, раз мы его могли прочесть, президенту России. Реакция последовала на это письмо?

Елена Рыковцева: Между прочим, да, должен был давать поручение президент России.

Сергей Яковлев: Нет никакой реакции. И президент, несомненно, прочтя это письмо... Я же говорю, оно было открытое. То есть сделать вид, что ты его не прочел, невозможно. Тем более, мы знаем, что президент увлекается всем, что связано с Интернетом. Прочел, но реакции не последовало со стороны президента. А что, у нас какая-то независимая прокуратура, которая, видя, что нет реакции со стороны главы государства, будет какую-то инициативу проявлять? Пока не скажут – ничего не будет. А он ничего не говорит. Значит, можем предполагать, либо в этом письме ничего не содержится такого, что могло бы его заинтересовать, либо по каким-то причинам он не решается дать ход расследованию.

Елена Рыковцева: Я читаю в журнале «The New Times»... Кстати, материал двухлетней давности. Они исследовали недвижимость русских на Сардинии, в Олбии. Неслучайно они попали на этот остров – потому что это любимый остров друга Владимира Путина Сильвио Берлускони. Садятся журналисты в такси, а таксист жалуется, что в связи с кризисом (это был 2009 год) строительство виллы Путина заморозили вдруг. «Хотите съездим? Все покажу - 22 спальни, бассейны. Он рядом с Берлускони, своим другом, будет жить». По дороге назад уже другой таксист: «А вы знаете, сюда недавно друг Берлускони приезжал, ваш президент Путин. У него еще яхта «Ecstasea», - показал свою «осведомленность» водитель. И тоже рассказал про виллу, где 22 спальни. Вот один маленький островочек, где строится вилла для Путина. В центре Парижа, как сообщала «Новая газета», Управление делами президента купило шикарный участок, который прошлым летом выбрал лично Путин – вроде как для строительства Кафедрального собора РПЦ. А под Парижем, как вы пишете в своем материале, то же Управление делами президента строит «мини-Версаль». Где-то же еще и по миру разбросана вся эта недвижимость. А доказать...

Сергей Яковлев: Никаких доказательств. Эти люди, даже если имеют отношение к этой недвижимости, все-таки кое-что умеют. Не знаю, как насчет экономики, но прятать концы в воду действительно умеют. Поэтому было бы странно, если бы легко обычному гражданину, которым, в общем-то, и является любой журналист, было бы получить такую доказательную базу, что можно было бы неопровержимо сказать, что такой-то объект строится для такого-то чиновника Российской Федерации.

Елена Рыковцева: А вам не кажется, что вся наша доказательная база состоит в том, подадут на нас в суд или не подадут? Если не подали в суд – значит, в этом что-то есть.

Сергей Яковлев: Подать в суд – это сделать из истории, о которой поговорят неделю, нечто более долгоиграющее. Вот письмо Колесникова: опубликовали, ну, поговорили и поговорили. Мне кажется, наша власть отличается таким замечательным свойством, что им все - божья роса.

Елена Рыковцева: Напомню, что мы задаем вопрос вам, уважаемые слушатели: способно ли общество проконтролировать то количество недвижимости, которое требуют для себя первые лица государства, может ли оно это сделать? Три года назад в журнале «The New Times» рассказывалось о том, как на Западе общество требует отчета о расходах. Несколько примеров приводилось. «Английские парламентарии требуют, чтобы статьи расходов всех Виндзоров были опубликованы в прессе, поскольку, по их мнению, королевская семья тратит слишком много денег налогоплательщиков». Еще два случая. «В бытность премьер-министром Великобритании Тони Блэру много раз задавали вопрос: на какие деньги он и его семья отдыхают? В сентябре 2005 года английская пресса назвала сумму 43 тысячи фунтов, которая была потрачена премьер-министром на отдых на Барбадосе. Кто оплатил расходы: сам Блэр или королевская казна?». Точно также был вынужден отчитываться Шредер, на какие деньги он отдыхает. И Саркози рассказал очень подробно, какие друзья оплатили его отдых.

А почему автор публикации, Елена Масюк, тогда все это собрала в кучку? Ведь мало того, что все эти резиденции стоят безумных денег. Но безумные – это один разговор. Но когда Путин сидит в своем «Бочаровом ручье», к нему же слетается на отчет огромное количество министров, мэров, главные редакторы российской прессы, зачем-то сотни людей летят в Сочи за счет государства. Хотя у него рабочий кабинет в Кремле, по идее. И наблюдаем мы все с вами по телевизору за этими совершенно дурацкими поездками дорогостоящими. А некоторые из этих товарищей требуют отдельный самолет. И они соглашаются туда ездить, и общество соглашается с этими дикими тратами. Почему?

Сергей Яковлев: Ну, много сразу вопросов. Основной все-таки: почему общество не требует отчета? Вы привели примеры республик, Великобритании, которая является конституционной монархией, и там очень тяжело живется монарху. У нас тоже республика, у нас есть Конституция, и есть правители России. И если мы посмотрим, как они живут и работают, то все признаки абсолютной монархии налицо. А общество может требовать или не требовать отчета согласно каким-то законам, которые, наверное, есть у этого общества для того, чтобы требовать отчета. Мне кажется, что и Путину, и Медведеву абсолютно наплевать на эти требования общества. В общем-то, им все равно – вот и все. И дальше говорить не о чем.

Елена Рыковцева: Вы в материале даже пытались узнать у оппозиционных, казалось бы, политиков: они-то собираются требовать отчета? И я поняла, что ответом была тишина. Ни Зюганов, ни Жириновский...

Сергей Яковлев: Из ЛДПР на письмо наше не ответили. А в пресс-службе КПРФ сообщили, что тематические запросы в администрацию Краснодарского края (про этот знаменитый объект, по которому сейчас больше всего шума идет, в Прасковеевке), вроде бы, делал некий депутат. Вчера вышел журнал «Власть», там есть замечательная заметка Олега Кашина...

Елена Рыковцева: Про библиотеку Суркова?

Сергей Яковлев: Да. Обратите внимание, там большая фотография аппарата селекторной связи Суркова. Среди прочих кнопок есть кнопка «Зюганов» и есть кнопка «Жириновский». Мне кажется, я ответил на ваш вопрос.

Елена Рыковцева: Конечно. Дмитрий Васильевич из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Добрый день. И с праздником поздравляю поклонников Ельцина! Я хочу поправить: скорее всего, в России не монархи – это очень корректное название, а абсолютный деспотизм и диктатура. И даже нельзя сказать, что буржуазная диктатура. К примеру, мы читаем в Интернете: бывший мэр Москвы Юрий Лужков получил въездную визу в Великобританию. Они все там. А то, что Путин, будто бы, строит здесь, - это еще неплохо. А плохо то, что они строят там.

Елена Рыковцева. Дмитрий Васильевич, я сейчас читаю книгу «Лондонград», написанную двумя журналистами английскими. Мы обязательно посвятим программу этой книге, когда я найду этих журналистов. Обязательно сделаем такой эфир. Вся эта книга о том, как русские скупают недвижимость в Англии. Вся книга о том, как просто получить русскому вид на жительство, если он вложил энное количество денег. Англия все сделала, чтобы привлечь к себе русские капиталы. Поэтому они и Лужкову, возможно, дали вид на жительство легко, потому что он доказал, что он миллион инвестировал туда – и он получает вид на жительство. Другое дело, что сейчас они сами уже не знают, куда деваться от засилья... там уже 0,5 миллиона русских, которые скупили все поместья, которые только можно было скупить, и дома в центре Лондона, и так далее. Но, как и у вас в журнале, там пишется о том, что очень сложная система оформления покупок. Считанное количество богатеев русских, которые на себя покупают все эти объекты. Даже Березовский, про которого известно, что он купил это и это, покупает все-таки не на себя, а на свою дочь. Или вот целый год ваш Демьян Кудрявцев, гендиректор, пишется в этой книге, - владел всей собственностью Березовского. Он был его доверенным лицом, на него было записано абсолютно все. По той же схеме, если верить бизнесмену Колесникову, оформлена история между Путиным и его другом Шамаловым. Точно так же, как Кудрявцев - для Березовского, Шамалов – для Путина. И мы, не знаем, сколько и чего у них наворочено за границей, этого никто даже представить не может. Вот и у вас в журнале агент-риэлтор говорит….

Сергей Яковлев: Это не агент, а это довольно известный бизнесмен и владелец компании «Penny Lane Realty» Георгий Дзагуров. Он говорит нашему корреспонденту: «Со своей стороны, могу заверить вас, что при разумном подходе и работе с доверенным риэлтором объект недвижимости будет оформлен на приобретателя так, что никаких концов и связей с реальным собственником вы уже не сыщете». Уверяю вас, этот бизнесмен говорит на основании своего многолетнего и обширного опыта проведения таких сделок, потому что это агентство очень давно на рынке и весьма известно.

Елена Рыковцева: То есть если по России вы еще можете хоть как-то составлять опись того, чем владеют Путин и Медведев, то за границей уже все концы теряются.

Сергей Яковлев: Абсолютно темный лес. Вы сказали, что Великобритания все сделала для российских, мягко говоря, инвесторов. Но Великобритания сделала это для инвесторов вообще, для людей, желающих прийти со своими капиталами на острова. Но знали ли они, когда писали свои законы, что пишут их в основном для российских и теперь уже не бизнесменов, а для российских чиновников?

Вот слушатель звонил, пытался провести какие-то различия. Как ни называй – деспотия, тирания, но это все равно те или иные виды монархии. Возможно, вам это слово кажется мягким, но суть от этого не меняется. Так вот, весь наш разговор подводит к простой мысли: раз концов не найти при существующем порядке, то те люди, которые находятся у власти, конечно, сделают все возможное, пресекут в зародыше какие-то малейшие попытки провести честные выборы. Потому что, в противном случае, если сменится власть, что-то из информации хотя бы о недвижимости неминуемо начнет выплывать и становиться достоянием общества. А этого, можно предположить, очень не хочется тем людям, которые сегодня рассказывают нам о том, сколько они делают для страны, и объясняют нам, как надо любить Россию.

Елена Рыковцева: Мне кажется, что именно поэтому такие усилия брошены пропагандистские и Михаила Леонтьева, и других штатных пропагандистов, и лично Путина на то, чтобы дискредитировать сайт «WikiLeaks»: «Известно, для чего это делается! Это же провокация против России». Превентивно, на случай, если там что-то на эту тему появится.

Сергей Яковлев: Мне кажется, что здесь дело не в самом названии сайта. Просто сейчас, пока мы имеем такую власть, какую имеем, все будет делаться для того, чтобы дискредитировать любое слово правды, если эта правда, предположим, неудобна.

Елена Рыковцева: Владимир Михайлович из Ульяновска пишет: «Вся надежда на честных и мужественных журналистов, которые вскрывают безумные траты на дворцы первых лиц страны, которые потеряли всякий стыд».

Когда я читала ваш материал подробнейший, где вы столько всего навыясняли, я вдруг подумала: а кому-то это покажется высшей степенью патриотизма - значит, эти двое не собираются валить из страны, а под себя все-таки Россию благоустраивают, под свои нужды и запросы!

Сергей Яковлев: Думаю, что не собираются. И тем, кто думает иначе, наверное, из Кремля могут сказать: «Не дождетесь!».

Елена Рыковцева: «Никуда мы не денемся, да и вы – от нас».

Сергей Яковлев: Кто кого переживет.

Елена Рыковцева: Вадим из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Хотелось бы сказать спасибо Сергею Яковлеву и всем журналистам «Коммерсанта – Деньги» за эту тему. Но я недавно в Интернете прочитал обращение президента Медведева, чтобы помогли двум больным детям. Недавно в Питере беременные женщины выходили на пикет, потому что их пособия сокращаются. Слышали заявление Дворковича о том, что надо сократить стипендии студентов. И мы знаем, что американский бизнесмен с Юрием Шевчуком поддерживали дом для лечения алкоголиков. Швейцарский плотник помогает собирать деньги у швейцарцев, чтобы лечить наших стариков и больных под Москвой. Одновременно Чулпан Хаматова занимается Фондом. А деньги вот где! Даже просвещенная, известная часть нашего общества – актеры, писатели, они об этом не говорят. И неужели не видят родители больных детей, где находятся деньги, хотя бы часть денег, на которые можно было бы лечить их детей. А они говорят: «Мы поддерживаем и будем голосовать за наших лидеров».

Елена Рыковцева: Спасибо, Вадим. Это противоречие Сергей сейчас прокомментирует. А я только добавлю одну информацию к вашему выступлению, уважаемый слушатель. 27 января этого года «Ведомости» пересказали сообщение турецкой газеты «Vatan» о том, что Дмитрий Медведев приобрел новую 53-метровую яхту за 30 миллионов евро. «Да, у президента действительно новая яхта, - подтвердили в Управлении делами, - ну, а ее цена – на совести турецкого издания». Не стали конкретизировать цену. Ну, у Путина есть эти яхты, у Абрамовича целая флотилия… Сергей, он же призывает поддерживать несчастных детей, и тут же зачем-то покупает яхту, о которой становится известно, и они этого даже не отрицают. Зачем ему это?

Сергей Яковлев: Сначала я поблагодарю последнего звонившего. Нашим ребятам-журналистам приятно, что их труд вы высоко оценили.

И по поводу отдельных яхт.

Елена Рыковцева: На фоне сбора денег на несчастных детей.

Сергей Яковлев: Честно говоря, даже разбираться с этим не хочется. Какая разница? Управление делами объясняет, что они ввели в строй новую яхту под названием «Сириус», и тут же они говорят: «Зато мы отказались от яхты «Кавказ», которая была до этого». Это все абсолютно не важно: одна яхта, две яхты, у кого из них какая. Вы поймите главное: люди распоряжаются всей Россией. Мы сделали опись, посчитали, но вы должны понимать, что в распоряжении людей – вся Россия.

И теперь по поводу того, на какие деньги это строится, когда нужно детям помочь или когда приходится срочно переписывать закон, точнее, по-другому его формулировать, там хитрая схема. Потому что, как обычно, посчитали, а потом, когда беременные посчитали, что им будет полагаться, оказалось, что это меньше, чем было до того, как «улучшили». То имущество, которое официально находится на балансе Управления делами президента и того управления, которое обслуживает, в том числе, недвижимость в распоряжении премьера, поддержание этого всего – конечно, на это тратятся бюджетные деньги. А вот то, что касается строительства новых объектов, которые... я вас уверяю, пока мы с вами говорим сейчас в студии, эти объекты продолжают строиться, некоторые задумываются и так далее. То есть процесс не останавливается ни на секунду.

Елена Рыковцева: Это из серии собаки, которая лает, а караван идет.

Сергей Яковлев: Абсолютно. Масса компаний, которые работают в России, они только потому и работают, что вовлечены в разные программы, они часть своих денег перечисляют на фирмы, нам совершенно не известные, про которые мы никогда не узнаем. Через эти фирмы деньги, уже очищенные от всяких следов своего происхождения, попадают в различные фонды. А из этих фондов финансируется строительство объектов, в том числе, для первых лиц государства. То есть главные деньги берутся не из бюджета - их, как дань, платят многие российские компании. Вот и все.

Елена Рыковцева: Светлана Ивановна спрашивает: «А вы не знаете, так называемые многочисленные дачи Сталина тоже были засекречены или это уже наше изобретение, современное?»

Сергей Яковлев: Ближняя дача, дальняя дача – все было засекречено. Сталин был параноидальным типом. И как это могло быть не засекречено?..

Елена Рыковцева: Василий Данилович пишет: «Наш бессменный наследник царя Бориса, в молодости имевший «Запорожец» и небольшую дачку, теперь владеет резиденциями, где любит отдыхать в одиночестве, не считая собаки. Зная, что через 20 лет он покинет «галеры», и уже начал готовить себе фешенебельную дачку на берегу теплого моря ценой, не поддающейся подсчету. А так как конфискации нет, то и бояться ему нечего». Действительно, бояться нечего.

«Вы верите в то, что все друзья Путина – миллиардеры, а он – бессребреник?», – пишет Раиса. Мы в это не верим.

«Общество даже не испытывает желания контролировать собственность хозяев русской земли, так как считает это в порядке вещей. Они наверху, они воруют, мы там будем – еще круче понастроим. Единственное, что хочет большая часть народонаселения – увидеть фото дворца в газете «Жизнь», но «Жизнь» пишет только про Галкина», - Фото дворца есть в журнале «КоммерсантЪ – Деньги». Это настоящий дворец!

Сергей Яковлев: Это итальянское палаццо.

Елена Рыковцева: Абсолютно. «Этим должна заниматься наша Дума, - мечтает Светлана Ивановна, - которая принимает и утверждает бюджет. Но поскольку это включено в секретную статью бюджета...». Кстати, как это по бюджету проводится? Видимо, Управлению делами перечисляются некие суммы, а там они уже сами распределяют, где какая яхта...

Сергей Яковлев: Мы же начали с этого разговор. Это является тайной. Поэтому это проводится по бюджету в тех статьях, которые закрыты.

И о какой Думе мы говорим? Мы в каком году с вами живем?

Елена Рыковцева: Действительно! «Если по Конституции Россия – социальное государство, то почему два главных кремлевских юриста имеют такую огромную собственность? Не означает ли это то, что они паразитируют на теле нашего народа?».

Сергей Яковлев: Нет, они очень тяжело работают на благо нас всех, в том числе и того, кто прислал этот вопрос. И такой тяжелый и эффективный труд, наверное, должен вознаграждаться, в том числе, и таким образом.

Елена Рыковцева: «Общество не может контролировать расходование бюджета, в том числе и на виллы Путина. Обществу ничего не известно, что происходит в стране – отсутствует достоверная информация на телевидении. Для России в Европе нужны такие же санкции, как и против Лукашенко». Слушатель считает, что единственное, что может остановить, - это когда Европа... А мы видим, что Европа поддержала Лужкова, например.

Сергей Яковлев: Что значит поддержали? Дали въездную визу.

Елена Рыковцева: Кирилл из Челябинска, здравствуйте.

Слушатель: Я считаю, что наша власть занимается дешевой показухой.

Сергей Яковлев: Я бы сказал: очень недешевой. Про дешевую – это вы зря.

Слушатель: Она рассчитана на примитивную, рабскую психологию.

Сергей Яковлев: И работает, правда? Если верить данным опросов и данным выборов, хотя про второе я бы не сказал, что надо им верить, но хотя бы данные соцопросов – работает.

Елена Рыковцева: Завершаем на этом программу «Час прессы» на волнах Радио Свобода. Думаю, что не последний раз мы собираемся на эту тему, она, видимо, необъятна, и по количеству вложенных средств в том числе.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG