Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дело "вашингтонского снайпера" – подробности


Над темой работал Юрий Жигалкин. Участвуют корреспондент Радио Свобода в Вашингтоне Владимир Дубинский и профессор права Северо-западного университета Роналд Аллен.

Юрий Жигалкин: В штате Вирджиния проходит суд над Джоном Алленом Мохаммедом, обвиняемым по делу "вашингтонского снайпера" - серии убийств, терроризировавших в прошлом году американскую столицу и ее окрестности и приведших в ужас всю страну.

Второй обвиняемый по этому делу - Ли Бойд Мальво предстанет перед судом в ноябре. По словам прокуроров, Мохаммед и Мальво застрелили 10 человек и ранили еще троих. Если они будут признаны виновными, обоим грозит смертная казнь. Из Вашингтона рассказывает корреспондент Радио Свобода Владимир Дубинский:

Владимир Дубинский: Несмотря на то, что убийства были совершены в самом Вашингтоне и близлежащих районах Мерилэнда и Вирджинии, суд на Джоном Алленом Моххамедом проходит в городе Вирджиния-Бич в трехстах километрах от столицы.

Власти решили, что рядом с Вашингтоном трудно было набрать присяжных, которые отнеслись бы к Мохаммеду непредвзято. Действительно здесь практически невозможно найти человека, который бы на протяжении трех недель ровно год назад не переживал страшную драму.

Вспоминает жительница Мэрилэнда Сильвия Киэлзня:

Сильвия Киэлзня: Я помню как люди боялись выходить на улицу, заправлять машины, ходить в магазины. И конечно все эти постоянные сообщения об убийствах в новостях. У меня самой - когда я выходила из дому - было ощущение, похожее на то, когда садишься в самолет. Как будто отдаешься в руки судьбы, что-то ужасное может произойти в любую минуту, ты не контролируешь ситуацию и не знаешь, пришел твой час, или нет

Владимир Дубинский: Убийства начались 2 октября прошлого года, когда на автостоянке возле магазина в Мэрилэнде выстрелом из винтовки был убит 55-ти летний мужчина. Следующий день оказался самым кровавым - погибли сразу пять человек. Все жертвы - две женщины и трое мужчин -также были убиты одиночными выстрелами с большого расстоянии, кто на автобусной остановке, кто у магазина, кто на автозаправочной станции, кто просто переходя улицу. Никакой связи между жертвами не было.

На протяжении последующих трех недель снайперы убили еще пять человек и ранили троих, и каждый раз им удавалось бесследно исчезнуть. Выдвигались самые различные гипотезы о возможных мотивах преступников, и многие думали, что убийства – это дело рук иностранных террористов, а это вызвало панику даже далеко от Вашингтона. Бизнесмен Дэниэл О'Коннор тогда жил в Сан-Франциско.

Дэниэл О'Коннор: Многие думали, что вашингтонские снайперы – это террористы, и что убийства могут распространиться на другие районы страны. Мы в Сан-Франциско благодарили судьбу за то, что живем не Вашингтоне. Но мне кажется, что даже в Калифорнии люди испытывали страх.

Владимир Дубинский: Арестовали Мохаммеда и Мальво в Мэриленде, когда они спали на обочине в своей машине, которая оказалась специально переоборудованной для убийств. Спинка заднего сиденья была вынута, а в багажнике была просверлена амбразура. Таким образом стрелок мог вести огонь лежа из багажника.

На нынешнем процессе Мохаммеду предъявлены обвинения только в убийстве 53-летнего Дина Майерса, застреленного 9 октября прошлого года. Это объясняется тем, что именно по этому делу против Мохаммеда собраны наиболее убедительные улики. Кроме того, ему вменяется в вину терроризм, участие в преступном заговоре и незаконное использование огнестрельного оружия.

Юрий Жигалкин: Ровно через год после событий, о которых напомнил мой вашингтонский коллега Владимир Дубинский, в понедельник начался суд пока над одним из подозреваемых, Джоном Мохаммедом. Первые три дня процесса – в четверг он был прерван из-за отсутствия в здании суда электричества – были, естественно, полны эмоций и неожиданностей. Главная сенсация процесса состоялась в первый же день, когда Джон Мухаммед вышел на подиум и заявил, что он отказывается от услуг назначенных судом адвокатов и намерен защищать себя сам. Юристы были в шоке. Дело в том, что в деле, где ставки столь высоки, у самодеятельного адвоката нет никаких шансов на доказательство своей невиновности, особенно, когда улики против него столь сильны. Но судья, попытавшись сначала отговорить Мухаммеда от этого шага и, убедившись, что он осознает все его последствия, позволил обвиняемому выступить в роли собственного защитника.

Элегантный, с иголочки одетый, безупречно вежливый, обращавшийся к свидетелям с неизменным "мадам" или "сэр" Джон Мухаммед призвал суд присяжных добраться до правды и объявил о своей невиновности. Однако, он стоял почти бессловесный в роли собственного адвоката в то время, как обвинение представило суду своих свидетелей. Сначала показания дал владелец автомобильного магазина, признавший в Мохаммеде покупателя белого минифургона "Шевроле Каприс", позже переоборудованного под огневую точку снайпера, он рассказал, что во время покупки Мухаммед даже прилег в багажнике автомобиля, изучая что-то. Следующая свидетельница заявила о том, что она видела Мухаммеда и его сообщника Мальво в то время, как они парковали автомобиль в четырехстах метрах от того места где через час был убит Дин Майерс. Он был девятой жертвой вашингтонского снайпера. Обвинение представило суду еще одного свидетеля, который попытался остановить Мухаммеда после ограбления виноводочного магазина за несколько дней до убийства Майерса. Следствие утверждает, что помимо убийств Мухаммед и Мальво совершили несколько вооруженных ограблений для того, чтобы финансировать серию снайперских атак.

На третий день самозащиты, видимо, осознав, свою неспособность противостоять этой профессиональной атаке обвинения, Мухаммед попросил судью разрешения вновь прибегнуть к помощи адвокатов.

Смогут ли они ему уберечься от смертной казни, грозящей в случае признания виновным? Вопрос открыт. Самое слабое место обвинения, как соглашаются эксперты – отсутствие прямых свидетельских улик, нет никого, кто бы видел Мухаммеда или сообщника Мальво с винтовкой в руках, хотя сам инструмент убийства – автоматическая винтовка "Бушмастер", был найден в доме Мухаммеда, и продемонстрирован прокурором в суде. Мой собеседник - Роналд Аллен, профессор права Северо-западного университета.

Профессор Аллен, как вы считаете, хватит ли косвенных свидетельств для того, чтобы уличить и осудить человека за серию убийств, потрясших Америку около года назад?

Роналд Аллен: Действительно, пока ничего не известно о существовании прямых улик, но существует масса косвенных и, надо сказать, очень убедительных свидетельств. В американской судебной системе обычно этого достаточно, чтобы принять решение по делу. На мой взгляд, у обвинения особых проблем в этом деле быть не должно, полиция уже обнаружила, по сути, дымящийся пистолет. К примеру, на месте одного из убийств была найдена карта с отпечатками пальцев Джона Мухаммеда, у него была найдена сумка и ноутбук компьютер, похищенные из автомобиля, в котором находилась еще одна жертва снайпера. Согласитесь, таким уликам трудно что-то противопоставить.

Юрий Жигалкин: Тем не менее, в таких уникальных процессах и планка доказательства неимоверно высока, ведь существует такое понятие, как "Benefit of the doubt", то есть, присяжные должны трактовать обоснованные сомнения в пользу подсудимого, в данном случае, никто не видел обвиняемого с ружьем в руках, спускающим спусковой крючок?

Роналд Аллен: Это так. Судья объяснит присяжным, что если у них в конце процесса останутся обоснованные сомнения относительно виновности Мухаммеда, они должны его оправдать. В данном случае, когда обвинение базируется на косвенных уликах, требования к доказательству вины еще выше. Его вина может быть доказанной, только если все свидетельства будут указывать на это. Это, естественно, исключительно высокий стандарт доказательств, нет гарантии, что все улики обвинения будут ему соответствовать, но, судя по первым дням заседаний, прокуратура хорошо подготовилась к процессу.

Юрий Жигалкин: Профессор, если позволите, отвлекусь от деталей процесса и задам вопрос, который в данной ситуации, думаю, неизбежен. Почему мы все чаще сталкиваемся с этим феноменом – серийными убийствами и убийствами, что говорит статистика, есть этому некое объяснение?

Роналд Аллен: Действительно, мы сталкиваемся с такими случаями, к счастью, сравнительно редко. В убийц людей, как правило, превращает сильный психологический стресс, злоба, вызванная смертельной ссорой с окружающими, боссом, увольнением с работы. Сорвавшийся с поводов человек берет оружие, сравнительно доступный в Америке предмет, входит в свой офис и начинает стрельбу. Такие инциденты происходят раз-два в год. Случаи же подобные данному, крайне редки, я могу вспомнить лишь два аналогичных эпизода, когда хладнокровно, спокойно и методично убивают людей без видимой причины, хотя, я подозреваю, что мотив вашингтонских снайперов мог быть вполне прозаичным – деньги. Если вы помните, они попытались прибегнуть к вымогательству, потребовав от властей деньги – выкуп за прекращение атак, и не исключено, что потом, после того, как они почувствовали свою неуязвимость, все это переросло в психологическое противостояние с властями, полицией. Никто не знает, что у них было на уме. Да, я думаю, мы и не сможем найти рациональное объяснение этого, это все равно найти социальные или культурные корни зла или алчности, именно на них замешано вашингтонское дело.

Юрий Жигалкин: А вас не обеспокоило то, что поиск преступников был так труден, при том, что на это дело были брошены практически неограниченные силы?

Роналд Аллен: Нет. Это были бессистемные атаки снайпера на произвольно выбранные цели. Поиск преступников был очень труден, мы живем в свободной стране и не проверяем документы людей на каждом углу. И это открывает преступникам удобное поле деятельности. На мой взгляд, дело снайперов как раз примечательно тем, что оно демонстрирует насколько, если можно так выразиться, цивилизовано американское общества, ведь, несмотря на почти тотальные свободы, подобные эпизоды исключительно редки.

XS
SM
MD
LG