Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
18 июля исполняется 80 лет поэту Евгению Евтушенко. О том, как воспринимается сегодня его фигура и стихи, о его знаменитых сценических вечерах, собиравших тысячи поклонников, о стиле и символах ушедшей эпохи, в которой и о которой писал Евгений Евтушенко говорят обозреватели РС, поэт Игорь Померанцев и литератор Кирилл Кобрин.

– Чье 80-летие сейчас отмечается – поэта и его стихов или символа эпохи? Что вспоминается, когда звучит фамилия Евтушенко, – конкретное ушедшее время или человек и его строчки?

Игорь Померанцев.

– Мне приходят в голову, прежде всего, его песни, подлинно народные, например, "Весенней ночью думай обо мне". По-моему, он вечно молодой поэт. Лермонтов погиб в 27 лет, но в голову не приходит думать о нем как о молодом поэте, а Евгений Евтушенко даже в 80 лет остается молодым поэтом. Я сейчас вспоминаю текст Рильке, выдающегося австрийского поэта, "Письма к молодому поэту", где он делится своими соображениями о том, как стать зрелым поэтом. Например, он пишет: "Не ищите внешнего успеха, углубитесь в себя". И еще один совет: "Не бойтесь беседы наедине с собой".



– Можно ли говорить, что популярность Евтушенко принесли не только его стихи, но и знаменитые сценические выступления?

Кирилл Кобрин.

– Прежде всего, стихи, конечно. При всем массовом успехе и популярности поэтических чтений 60-х годов и выступлений его в больших залах в 70-е, 80-е, 90-е и даже нулевые годы, в процентном отношении к тем, кто любит поэзию Евтушенко число тех, кто видел его живьем, ничтожно. Но думаю, что здесь надо искать некий компромисс. Это образ поэта-гражданина, который в свое время изобрел Некрасов: "Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан". Евгений Евтушенко очень одаренный стихотворец и настоящий поэт-гражданин. Он не рефлексирует, он реагирует. За всю свою долгую жизнь он реагировал на изменяющиеся обстоятельства жизни страны и советского общества по-разному, а потому был и остается своего рода барометром части советской интеллигенции. Не высоколобой советской интеллигенции, среди которой модно отзываться о нем несколько презрительно, но и не наименее образованной ее части. И я бы добавил еще одну вещь: он действительно невероятно энергичный и одаренный стихотворец и невероятно трудолюбивый человек. Он написал столько, что, может быть, только Солженицын или Лев Толстой могут с ним в этом посоперничать.

– Оппоненты в свое время упрекали Евтушенко в тяжеловесной, пафосной риторике и в самолюбовании. Если мы говорим о его стиле, с литературной точки зрения это было оправдано?

Игорь Померанцев.

– Поэзия 60-х годов – это эрзац свободы. Когда-то Евгений Евтушенко участвовал в круглом столе, кстати, на нашем радио, и в его присутствии я спросил: все-таки, не эрзац ли свободы то, что вы делали в поэзии? И он мягко ответил: "ну, может быть, глоток свободы". Мне кажется, что для эрзаца свободы такие стихи совершенно уместны, но для меня лично Евтушенко как раз любопытен не столько как поэт, сколько как социально-политическое явление и социально-психологическое. Например, он в свое время написала стихи "Наследники Сталина", в которых он говорил об опасности возрождения сталинизма. Он разминировал слово "еврей" своим стихотворением "Бабий Яр". И вот эти жесты, казалось бы, не столько поэтические, сколько социально-психологические и даже политические, имели резонанс. Евтушенко непременно останется в русской культуре, а может быть, и в мировой. На его стихи написал 13-ю симфонию Дмитрий Шостакович. И в немецкой культуре он непременно останется, потому что его стихотворение "Бабий Яр" переведено на немецкий язык крупнейшим немецким поэтом второй половины 20 века Паулем Целаном.

– Кто в России сегодня хорошо знает и помнит Евгения Евтушенко и его стихи? Вообще его стихи уходят, или они остаются?

Кирилл Кобрин.

– Парадоксальным образом Евтушенко оказался одним из главных представителей современного искусства, которое состоит не из искусства даже, а из современности, актуальности. Это концентрированная актуальность. Вспоминает и одна печальная дата – буквально накануне нынешнего юбилея исполнилось пять лет со дня смерти Дмитрия Александровича Пригова, который как бы другая сторона Евтушенко, потому что он превратил роль поэта-гражданина в невероятно обаятельный и совершенно абсурдный образ. В этом смысле Евтушенко совершенно современен. А читатели, я думаю, у него есть, и дай бог ему всяческих читателей дальше.

Этот и другие материалы читайте на странице информационной программы "Время Свободы".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG