Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Заслуживают ли девушки из группы Pussy Riot тюремного заключения


Ефим Фиштейн: Суд над тремя участницами группы Pussy Riot – по делу о панк-молебне «Богородица, Путина прогони!», который в феврале этого года был устроен девушками в масках в Храме Христа Спасителя в Москве – остается в центре внимания российской и мировой общественности. Подсудимым грозит до 7 лет лишения свободы, к настоящему времени они провели под стражей почти пять месяцев. Девушки отвергают предъявленные им обвинения в хулиганстве, совершенном по мотивам религиозной ненависти, но признают, что их выступление в Храме Христа Спасителя было «этической ошибкой».
С призывом освободить девушек из Pussy Riot выступили известные российские и зарубежные музыканты, артисты и писатели. На жестком наказании настаивают люди, считающие и называющие себя истинными православными христианами, в том числе – немало священников Русской Православной церкви. Действительно ли девушки из группы Pussy Riot своим поступком оскорбили церковь и чувства верующих людей? Способны ли акции, подобные этой, нанести вред вере и христианству? Что было бы, если бы похожий панк-молебен состоялся не в храме Русской Православной церкви, а в другой церкви, в другой стране, на глазах у прихожан иных христианских конфессий?
Радио Свобода с помощью своих корреспондентов в России и заграницей провело опрос священников и посетителей различных христианских храмов в нескольких странах Европы, а также россиян, исповедующих неканоническое православное христианство.
Бобан Митевский, начальник Управления делами главы Македонской Православной церкви архиепископа Стефана, полагает, что девушки из Pussy Riot заслуживают наказания в виде лишения свободы.

Бобан Митевский: Мы считаем, что храмы и церкви – это не то место, где люди должны выражать какие-либо протесты против любых лиц, мнений или убеждений. Мы считаем, что они могут быть выражены другими способами. Мы живём в демократическом обществе, и протесты могут проходить в других местах, а не в местах, которые служат своего рода святилищем, или там, где люди молятся богу. Поэтому мы думаем, что подобным проявлениям неприемлемого, или приемлемого для кого-то отдельно, поведения - не место в православных церквях, или в храмах любой другой религии.

В России эти девушки могут быть приговорены к 7 годам заключения за надругательство над чувствами верующих, которые были в церкви. Как вы думаете, это слишком строгое наказание?

Нет, я не думаю, что это слишком жестоко, поскольку каждый, кто ведет себя тем или иным образом, должен задумываться над тем, что его действия могут иметь последствия. Безусловно, храм – это святое для всех верующих. То же было в случае с карикатурой на пророка Мохаммеда, которая наделала столько шума в исламском сообществе. Конечно, это могло задеть чувства православных христиан, так что у каждого есть право отреагировать. Как общество реагирует, к примеру, на позицию церкви против гомосексуализма, против новых социальных тенденций, так и православные христиане могут в той же мере использовать инструменты для своей защиты.

Ефим Фиштейн: Так считает Бобан Митевский, начальник Управления делами главы Македонской Православной церкви
Димитрий Калежич, Протоиерей Сербской Православной церкви, бывший профессор Теологической школы в Белграде, осуждает арестованных девушек из Pussy Riot очень сурово, одновременно указывая на то, что наказание для них должно определить государство в соответствии с действующим законом.

Димитрий Калежич: У церкви есть собственные ориентиры – познание, служение Богу, послушание. Религиозные заповеди можно отнести к международным законам – это не законы той или иной страны. Ни у кого нет права попирать другого человека и его право.
Наконец, эти три девушки не привнесли в мир церкви каких-то новых вопросов для обсуждения, они нарушили установленную доктрину, они принесли хаос, а этот хаос нарушает внутренний порядок церкви, и он задел тех, кто присутствовал, особенно верующих.
Впрочем, почему наказание будет столь суровым? Этот вопрос следует адресовать законодателям, которые устанавливают такие нормы. Это не то, на что мы с вами можем повлиять.

- Вы считаете что столь суровое наказание соответствует совершенному деянию?

Димитрий Калежич: Здесь для меня нечего размышлять. Это случилось там, и то государство приняло этот закон, и пока он не будет изменен или отменен, с этим ничего не поделаешь. В христианстве все предельно ясно: есть алтарь и есть храм. Алтарь – это храм внутри храма. Алтарь самое священное место в церкви и именно там происходит главное действо. Алтарь построен таким образом, что с него легко обращаться к пастве и к священникам, которые находятся с паствой. А что же произошло здесь? Это как если бы кто-то пришел и изрезал все ножницами.

- А какая реакция государства, на ваш взгляд, была бы адекватной?

Димитрий Калежич: Действовать в соответствии с законодательством.

- Если бы им грозило лишение свободы сроком 7 лет, что бы вы сказали?

Димитрий Калежич: Они сами на себя все это навлекли. И еще одно: они ведь обычные совершеннолетние граждане, значит они должны нести ответственность за свои поступки.

Ефим Фиштейн: Таково мнение Димитрия Калежича, протоиерея Сербской православной церкви.
Протоиерей Виталий Дроботун, управляющий делами патриархии Украинской Автокефальной Православной Церкви (канонической), призывает снисходительно отнестись к акции Pussy Riot, одновременно сетуя на бездуховность нашего времени.

Виталий Дроботун: Во-первых, надо смотреть с точки зрения законодательства Российской Федерации. Разумеется, что это неправомерные действия, они влекут за собой наказание. Но у нас есть и духовный аспект, и религиозный. Это происходило в храме и понятно, что по православным соборам, по семи Вселенским соборам – это кощунство и такого нельзя делать. Но если мы должны углублять и исследовать, что побудило молодых людей совершить такие действия. Понятное дело, если это политическая какая-то акция, какие-то недоработки, возможно, родителей, где-то не учили молодежь, как правильно вести себя в храме, то они в какой-то мере и невиновны. И не нужно, на мой взгляд, осуждать очень жестко этих людей. Нужно просто предупредить, возможно, выписать им какой-то административный штраф и предупредить, чтобы они больше такого не делали, и просветить их, что значит храм для души, для людей, для спасения души.

Ефим Фиштейн: Протоиерей Виталий Дроботун об акции Pussy Riot в храме Христа Спасителя
Владыка Евстратий Зоря, пресс-секретарь Украинской Православной церкви Киевского патриархата, резко осуждает акцию в Храме Христа Спасителя в Москве, но еще больше – реакцию на нее со стороны российских властей и Московской патриархии.
Евстратий Зоря: Отношение к таким поступкам, как акция, которая состоялась зимой в Храме Христа Спасителя, у каждого православного верующего человека, безусловно, отрицательное. Потому что это издевательство над святым местом, издевательство над чувствами верующих. Но вместе с тем и реакция, которую мы увидели со стороны Московской патриархии, мне кажется, это еще большее издевательство и над чувствами верующих, и над самой церковью. Потому что реакция эта была абсолютно неадекватная, когда начали требовать судебного преследования, требовать жестокого наказания в то время, когда мы знаем – первое наставление Спасителя о прощении и его собственный пример, когда тех, кто его распинал, простил и молился, говоря: "Господи, прости, ибо они не знают, что творят". Поэтому на самом деле и расследование, которое происходит в России, и все эти вещи, которые происходят вокруг этого поступка – это лишь очень больно бьет по отношению простых россиян к православной церкви, православной вере и только подрывает доверие к религии у людей, особенно невоцерковленных и малорелигиозных. Потому что возникает вопрос: как же церковь, которая учит прощать и даже любить врагов, сама показывает пример и непрощения, и нелюбви. Мне кажется, что в законодательстве достаточно разных статей, по которым должно происходить, если такие основания есть, надлежащее судопроизводство. Это и хулиганские действия, и другие вещи. Но вместе с тем есть моральная сторона, и понятно, что с моральной точки зрения такие поступки не могут вызвать ничего, кроме осуждения. Впрочем, прибегать к помощи государства в таких случаях церкви, мне кажется, не совсем правильно. Достаточно того, что такие действия, если они имеют место, с помощью государства прекращаются и проводится, например, профилактическая беседа или что-то подобное. Но угрожать участникам таких акций сроками заключения на много лет – это абсолютно неправильно.

Ефим Фиштейн: Владыка Евстратий Зоря про акцию Pussy Riot в храме Христа Спасителя
Отец Александр Зелинский, представитель католического Медиа-центра Римско-Католической церкви в Украине, рассуждая о поступках и наказании для трех девушек, напоминает, что Иисус всегда призывал к прощению.

Александр Зелинский: Храм – это место святое, место нашей встречи с Богом. И поэтому разные такого рода выступления или ситуации, они каким-то образом выражают даже неуважение к этому месту и могут тоже обижать чувства людей верующих, чувства людей религиозных, и поэтому не должны такие вещи происходить в храме. Это место святое. Во-вторых, что так же важно, это то, что каждый человек имеет свободу выбора, каждый человек имеет так же право, и это право выражается во время выбора в разных странах выбирать ту или иную личность, ту или иную, собственно говоря, партию. И так же это право государство должно почтить, должно это право принять и уметь его уважать. Конечно, мы знаем, что человек совершает определенные поступки, выбирая определенные вещи, он должен нести определенную ответственность за свои действия, если делает какое-то зло, если осуществляет какую-то несправедливость, если делает какие-то преступления, он тоже должен нести ответственность за свои действия. А с другой стороны Христос нас приглашает к прощению, к тому, чтобы мы смотрели не только сквозь справедливость, но так же и милосердие, так, как смотрит Господь.

Ефим Фиштейн: Отец Михаил Ботковели, секретарь Патриарха Грузинской Апостольской Автокефальной Православной Церкви Илии Второго, считает, что девушки совершили вопиющую непристойность, за которую, однако, не обязательно сажать в тюрьму.

Отец Михаил Ботковели: Мне трудно сказать, как бы именно мы бы отреагировали на такую акцию. Однако, без сомнения, наша реакция была бы адекватной, поскольку, думаю, что не может быть оправдания людям, которые, будучи разозленными действиями правительства, вламываются в церковь и позволяют себе совершать подобные непристойные поступки. Так же, как не может быть оправдания для террористического акта, когда кто-либо, считающий себя врагом власти, взрывает вагон метро. Кто может такое оправдать? Если им хочется выразить протест, им стоит избрать какой-то другой путь, а это осквернение священного места. Насколько я помню, они были одеты в какие-то причудливые костюмы и совершали непристойные телодвижения перед иконами. Безусловно, это неприемлемо ни для одной православной церкви. Представьте себе, что подобный случай произошел бы в католическом храме. Разве кто-либо это приветствовал бы? Сейчас я не могу сказать, нужно ли их было заключать под стражу, однако такие случаи, несомненно, как минимум должны становиться предметом общественной дискуссии, и такие люди должны получить выговор. Все это дело, коротко говоря, должно быть осуждено. Но насчет ареста я не могу ничего сказать.

Ефим Фиштейн: Как считает Джулия Портер-Прайс, викарий англиканской церкви св. Петра в Лондоне, в районе Хакни, общественные акции в храме и участие верующих в обсуждении острых политических вопросов должны скорее не осуждаться, а наоборот, приветствоваться. Такого же мнения придерживаются и большинство ее прихожан и коллег, замечающих, впрочем, что на каждый отдельный случай следует смотреть конкретно.

Джулия Портер-Прайс: Пожалуй, меня бы сильно обеспокоила такая ситуация, если бы церковь превратилась в комитет по цензуре, противостоящий каким-либо политическим демонстрациям. Я целиком и полностью за то, чтобы люди высказывали свое мнение в церкви. Именно поэтому мы организуем здесь дебаты, даем людям возможность открыто высказываться. Однако мне хотелось бы четко сформулировать одну вещь: церковь в первую очередь место для отправления религиозных обрядов, для поклонения Богу, священное место. Если бы три девушки пришли сюда в любое время и начали исполнять песню, где выражались бы расистские взгляды, экстремизм, ненависть, гомофобия – это было бы недопустимо. Тем самым позиция церкви такова: разговоры о политических проблема – часть христианской жизни прихода. Когда я слышу, что существуют христиане, которые молятся о том, чтобы их ближнего покарали, осудили за что бы то ни было, неважно, за что, мне это представляется неправильным. Я твердо убеждена: мы, верующие, обязаны участвовать в политической жизни и одновременно не имеем права клеймить людей за их верования.

Ефим Фиштейн: По мнению Джованни Бенси, итальянского католического журналиста, знатока истории и традиций Римско-католической церкви, в Италии подобная акция, если бы и произошла, то, во-первых, не привлекла бы столь пристального внимания, и, во-вторых, наверняка не стала бы предметом обсуждения в Ватикане.

Джованни Бенси: В Италии существуют статьи гражданского уголовного кодекса об оскорблении религиозных чувств верующих. В Ватикане нет никаких доктрин, теологических концепций или документов, где была бы сформулирована позиция по поводу подобных случаев. Церковь считает, что, согласно Латеранским соглашениям 1929 года, (системы договоров между итальянским государством и Святым Престолом) любые формы оскорбления жизни церкви и верующих, в той или иной форме, и преследование этих правонарушений - это сфера деятельности государства, а не церкви. То или иное нарушение может преследоваться на основе протеста церковной организации, которая считает себя оскорбленной.

- В современной истории случались ли в итальянских церквях подобные акции? Каким было отношение к ним со стороны прихожан, со стороны священников?

Джованни Бенси: Подобных громких случаев не было. Обычно, когда происходят вещи такого рода, дело решается в частном порядке, не бывает никаких больших проблем, судебных процессов и так далее.

- А если бы нечто подобное произошло в Соборе святого Петра в Риме?

Джованни Бенси: Папа Римский точно бы ничего не сказал. Если бы вообще кто-то и прокомментировал эту историю, то это мог бы быть пресс-секретарь Ватикана Федерико Ломбарди. Конечно, возникла бы большая полемика в печати, потому что левые сказали бы: «Это выражение свободы мысли!» Консерваторы, наоборот, конечно, стали бы выступать за суровое наказание, и так далее. Была бы такая реакция. Ну, это похоже на то, что произошло в России.

- Вы можете представить себе сцену: идет служба, католическая церковь, воскресенье, священники, прихожане, и в этот момент происходит такая странноватая панк-акция, контркультурный перформанс. Какой бы была реакция священника и прихожан, что бы они сделали?

Джованни Бенси: Вряд ли кто-то сделает в Италии такую вещь, потому что такие формы протеста считаются несовременными. А если бы что-то такое произошло, я полагаю, что либо священник сделал бы вид, что ничего не замечает, либо он призвал бы этих людей выйти из церкви и прекратить свои действия. А последовало бы потом заявление в полицию или нет - трудно сказать. Но, конечно, реакция молящихся была бы очень отрицательной. Церковь считается как бы особым миром, который неинтересен в смысле политики, поэтому не стоит организовывать какие-то акции против нее.

- В России существует множество псевдорелигиозных, или полурелигиозных, организаций, которые очень агрессивно защищают Русскую Православную церковь, хотя сами частью этой Русской православной церкви не являются. А в Италии есть какие-либо, возможно, близкие к Ватикану, но не входящие в его структуру, объединения людей, которые борются так же за чистоту церковных устоев, за религиозную мораль, борются с «врагами церкви», как они это понимают?

Джованни Бенси: В южной Италии такая акция, о которой мы говорим, была бы более скандальной, чем на севере. Есть такая католическая организация «Comunione e Liberazione», например, что переводится как «Общение и освобождение», которая влияет на политику Италии, потому что многие политические деятели связаны или являются членами этой организации. И я полагаю, что организация такого рода, в таком случае, как случай с Pussy Riot, конечно, вмешалась бы в защиту церкви.

- В современной Италии вопросы церкви, религии, веры - большая часть общественной жизни?

Джованни Бенси: Есть традиция, согласно которой церковь всегда давала какие-то руководящие указания, как организовать политику. Раньше существовала даже такая Христианско-Демократическая партия, ориентированная на «католические ценности». Люди ее называли Партией Церкви. Сейчас этой партии больше нет, и политически активные католики разбросаны по разным другим партиям, правым и левым. Но попытка церкви быть одним из главных центров политического и морального руководства страной, конечно, в Италии есть. Больше, чем в других католических странах, потому что в Италии церковь присутствует, так сказать, физически. Ватикан, в конце концов, это район Рима. Например, все выпуски новостей на всех телеканалах, по крайней мере, одну минуту посвящают какому-то заявлению папы, чего я не вижу, например, по немецкому или по французскому телевидению.

- В Русской православной церкви есть мнение, что в современном мире христианство вновь подвергается тяжелым гонениям. Что по этому поводу думает Ватикан и итальянские католики?

Джованни Бенси: Католики уже давно говорят об этом. Тот факт, что христиане - самая преследуемая религиозная группа в мире, это общее место в католических кругах. И конечно, приводятся всякие примеры: то что происходит в Африке, в Индонезии, или в других странах.

- Но в Русской православной церкви говорят о том, что на христианство идет атака, как бы, со стороны либералов, атеистов, деятелей современной культуры…

Джованни Бенси: В католической церкви почти никто не заявляет таких вещей! Есть кое-кто, кто говорит так, есть воинствующие католические организации, которые видят в любой критике церкви атаку на эту самую церковь, но это скорее исключение. Есть разные мнения, признается, что в мире существует и атеизм, но жалобы католической церкви, по крайней мере, публичные жалобы на то, что якобы идет атака атеистов - в такой форме, в какой мы видим это иногда в православных русских публикациях, такого здесь нет.

Ефим Фиштейн: Польша - страна, где католиками считают себя более 90 процентов населения. Как польские священники и верующие отнеслись бы к акции, подобной той, что организовали девушки из группы Pussy Riot?

Чтобы выяснить это, корреспондент Радио Свобода в Варшаве Александр Дзикавицкий отправился в один из городских костелов, где сперва побеседовал с настоятелем Станиславом Тасемским:

Станислав Тасемский: Для католика понимание того, что церковь, тем более такая важная церковь, является местом, посвященным, прежде всего, Богу, является определяющим. Основная миссия церкви – показать главенствующее место Бога, Иисуса Христа, в жизни человека. Это для нас ясно и понятно. Одновременно мы считаем, что местом для обсуждения общественной жизни является само общество, которое должно создать механизмы, позволяющие высказываться всем гражданам. Целью такого обсуждения должна быть забота об общем благе, чтобы принималось во внимание также мнение наиболее слабых, тех, кто находится на обочине. Более того, эти наиболее слабые должны иметь особое место. Церковь всегда обращала на это внимание, заботилась об обездоленных, о тех, кто лишен права голоса.
К счастью, в Польше существуют независимые СМИ. Одни зависимы более, другие менее, но есть место для дебатов также и вне церкви. Костел обязан следить за тем, чтобы права человека и человеческое достоинство уважались. Возможно, польская католическая церковь не достаточно занимается проблемами людей несвободных, несвободных внутренне, прежде всего, и тут есть над чем работать. Однако задачей церкви было и есть всегда напоминать об основных моральных принципах, которые обязательны для каждого человека христианина, также и тех, кто находится у власти. Поэтому церковь не отгораживается от политики. Нет такой сферы жизни, которая оставалась бы за рамками моральной оценки и которая не требовала бы определенной моральной работы человека.
Наверняка основная задача церкви, которой является защита человеческого достоинства, может вызывать сопротивление там, где мы имеем дело с тоталитарным режимом, где человека лишают части его прав. Права на жизнь, вплоть до ее естественного завершения, но и также прав, связанных с участием в общественной жизни. Католическая церковь в Польше всегда старалась быть верной этой миссии. Хотя, кончено, всегда голос церкви не был напрямую политическим, а если так можно сказать, околополитическим. Например, то, что в церкви учили истории, напоминали о важных исторических событиях, которые официальные власти замалчивали, это влияло на поддержку национального самосознания народа. В определенном смысле церковь была ларцом, в котором хранилась и передавалась следующим поколениям наша настоящая история. Речь идет также о заботе о различных потребностях человека, прежде всего, конечно, духовных, но также и о том, чтобы те вещи, о которых нельзя было свободно высказываться, чтобы о них можно было говорить в костеле, или чаще не непосредственно в самих святых местах, а в залах при костелах.

Ефим Фиштейн: Весь спецпроект РС об отношении представителей различных христианских конфессий к московскому суду над участницами группы Pussy Riot вы можете найти на интернет-страничке Русской Службы.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG