Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему Путин не летит в космос. Новый учебник истории. Олимпийская сторублевка. Усиливается борьба с чертовщиной

Лайвблог о том, что происходит в Сети


20:16 1.11.2013
Ольга Серебряная
Почему Путин не летит в космос с факелом и другие вопросы недели

К вечеру как-то закруглились все темы недели. Вопрос с Олимпийским факелом закрыл диалог Линор Горалик с Усами Пескова:

Линор Горалик: Совершенно непонятно, почему Путин сам не летит с олимпийским факелом в космос. Поохотился бы там. А с другой стороны - трудно, наверное, перекрыть на сутки весь космос.

Итог гонений на Хеллоуин подвели на Слоне - редакция подобрала российским политикам и государственным деятелям соответствующие их сути костюмы и объяснила свой выбор. Николаю Левичеву достался костюм злодея из фильма «Техасская резня бензопилой»: Персонаж знаменитейшего фильма ужасов, размахивая бензопилой, охотится за молодыми людьми, случайно подвернувшимися под руку. Этот образ отлично подходит Николаю Левичеву: интеллигентный с виду, депутат-эсер может внезапно появиться на пороге вашего дома с пилой-болгаркой в руке. И ни полиция, ни даже железная дверь не спасут вас от его гнева, особенно если вы «братья Навального» и в вашей квартире находится нелегальный предвыборный штаб.

А Игорь Сечин придет на хеллоуин в костюме Игоря Сечина.
Екатерина Шульман: Как в моем любимом фильме сказано, I'm a homicidal maniac, they look just like everyone else (Я маньяк-убийцаони ничем не отличаются от обычных людей).

Сегодня окончательно завершилась история обсуждения диалогов Соломона Волкова с Евгением Евтушенко. Анна Наринская в «Коммерсанте» вынесла фильму такой вердикт: Иосиф Бродский и Евгений Евтушенко являют собой две существующие и осуществленные модели поведения человека. Декларативно не принимающий участия — и декларативно участие принимающий. Показательно себя отделяющий — и показательно себя вовлекающий. Принципиально частный — и принципиально общественный. Намеренно для немногих — и намеренно для всех. Один — это «нет», другой — это «да».
И даже не Нобелевская премия, а тот факт, что сегодняшние молодые люди, которые знают наизусть хоть какие-нибудь стихи, непременно знают стихи Бродского, казалось бы, означает, что тот, который «нет», оказался важнее, значительнее и даже актуальней.
Три эфира «Первого канала», случившиеся в то время, когда для живущих здесь людей выбор между «нет» и «да» снова оказывается на повестке дня, очень своевременно сводят разницу между этими моделями чуть ли не к нулю.
Евтушенко был откровенно советским человеком, восславлял, осуждал, принимал близко к сердцу, пользовался льготами, не считал для себя невозможным вести дружеские беседы с генералами КГБ, ездил за границу как лицо «хорошего Советского Союза» в шестидесятые-семидесятые. Но и Бродский, говорит в одной из ремарок Соломон Волков, на поверку (см. историю с письмом) оказался советским человеком. Так что какая, собственно, разница?
Будь я руководством «Первого канала», я бы тоже этот фильм показала.

Лев Лурье вынес вердикт автору фильма: Фильм не дает литературного и исторического контекста. Соломона Волкова больше интересует личная жизнь Евгения Александровича, численность его «донжуанского списка», причины разводов. А ведь как не относись к Евтушенко – поэту, он видел и знает множество секретов и подробностей – литературных, политических, исторических. Это, вероятно, последнее его большое телевизионное интервью. Но ведущий ведет себя с поэтом, как будто перед ним Николай Басков или Иосиф Кобзон.
Волкова в фильме как-то слишком много. Он бродит по мостам и полям, размышляет вслух, дирижирует оркестром, музицирует сам. В общем «А» и «Б» сидели на трубу. «А» упало, «Б» пропало: кто остался на трубе?» Ответ – Соломон Волков.
Вспоминается Довлатов: "Есть у нас такая новость - повредился в рассудке Соломон Волков. Вообще, Соломон и был человеком нездоровым. Года два назад он предлагал мне и Вайлю заняться коллективными половыми утехами, меняться женами и т.д."

И на будущее. Захватывающее обсуждение фильма, который еще не вышел на экраны, - «Распутина», можно найти в комментариях к этой записи.
19:25 1.11.2013
Ольга Серебряная

Школьная история по-новому

Его концепция еще не опубликована, но ее уже активно обсуждают. Точно пока известно то, что Февральская и Октябрьская революция будут объединены и станут называться Великой российской революцией. Эта идея нашла поддержку, например, у Ильи Орлова: Хорошие люди иногда совершают плохие поступки, а плохие люди делают (по крайней мере) не плохие. Несколько неожиданно, но как мне кажется, совсем не плохо, что они вдруг подняли этот старый ревизионистский историографический тренд - рассматривать Февраль и Октябрь как единый процесс. Мне, скорее, нравится. На моей памяти впервые с советских времен рядом со словом "революция" оказывается эпитет "великая". Более того, госнаука, наконец, официально заявляет, что события 1917 годы были не какой-то там "смутой", аберрацией истории, а частью общеевропейской революционной традиции (упоминается Великая французская). Совершенно неожиданно слышать такое от государственной инстанции. Что у них там происходит?!

Олег Кашин тоже доволен объединением революций, но аргументация у него другая: по его мнению, начавшееся в 1917 (а, может быть, и в 1905) году еще не завершило себя. Словом, есть у революции начало – нет у революции конца: Революция — точка перехода. Была страна одна, стала другая, все просто. И, наверное, неполных ста лет, которые прошли после 1917 года, достаточно, чтобы признать, что никакого перехода у России не произошло. То есть он совершенно точно когда-то начался (царя даже убили, и если бы одного царя), но нет никаких доказательств тому, что он закончился. То есть вообще никаких.
В те времена, которые у нас принято называть советскими, это не так бросалось в глаза — менялись генсеки, устраивались демонстрации, и, наверное, у современников действительно было ощущение, что вот это и есть «после революции», это и есть «навсегда», хотя по-хорошему, даже здесь не обойтись без уточнений; так, полагаю, стоит иметь в виду, что «советские времена» в нашей стране начались самое раннее в 1945 году, а то и после (в 1953-м?) — до тех пор, и война это очень ярко показала, едва ли все граждане СССР придерживались той точки зрения, что советская власть установилась навсегда — это придет именно после войны, никак не раньше.

Придет и, что не менее важно, уйдет. Будущее, о котором так или иначе думает каждый русский, не имеет ничего общего с той Российской Федерацией, которая существует теперь.

Кашин призывает прекратить мыслить короткими историческими циклами и задуматься о долгой перспективе, в связи с чем вспоминает байку, очень уместную в преддверии Дня народного единства: Выбрали дату — 4 ноября — и тут кто-то умный на кремлевском совещании сказал, что имейте в виду, старый стиль и новый стиль каждые сто лет разлетаются на сутки, то есть пройдет сто лет, и придется праздник переносить на пятое число. «Сто лет?» — переспросил чиновник, сидевший во главе стола, и после паузы истерически расхохотался.

В этом смысле есть надежда, что лошадям на репетициях осталось страдать недолго:

Из общих соображений о том, как написать учебник истории. Дмитрий Ольшанский настаивает, что историческим субъектом должны стать «бесконечные страдания русского народа»: Если бы я был идеологом "единого учебника истории", то жанром этого учебника была бы people's history, а сквозной идеей - бесконечные страдания русского народа от всех без исключения властей и государств на данной территории. История народа, который всегда был "ресурсом", и никогда - управляющим субъектом "своей" земли и "своего" государства.
И каждая идеологическая и политическая "мулька" того или иного времени в таком учебнике должна иллюстрироваться тем, чего это все на самом деле стоило людям - советский период тут особенно показателен, и примеры все очевидны, но должны быть тут и пожизненные сроки в ямах и подвалах "православных" монастырских тюрем на цепи, и рекруты в армию на 25 лет, которых гнали умирать за австрийские или английские интересы за тысячи километров от дома, и непредставимая даже в образе нынешних гастарбайтеров крестьянская темнота и нищета в качестве иллюстрации к "благочестивой русской деревне, хранившей обычаи предков", и варварские сносы памятников в 18-м и 19-м веке - как пример "бережного отношения с культурным наследием", и "традиционные ценности" - девушки-самоубийцы, бесправные незаконнорожденные дети, мужья-садисты...

И, разумеется, "победа демократии" - бесконечные ряды могил 18-летних и 19-летних мальчиков с одной и той же датой смерти: 1994, 1995.
В общем, "история" - это когда человека ведут страдать, умирать, или просто много и почти бесплатно работать во имя чужого благополучия и чужого счастья. "Государство" - тот, кто ведет это делать, хотя и "инвестор" никогда не отказывается. А "идеология" - это то, какие слова человеку говорят при этом. Вот что должны будут понимать дети в школе, читая мой воображаемый учебник.


Комментарии к идее Ольшанского. Наталья Рожкова: Почитав такой учебник, всякий приходил бы к выводу, что русский народ безнадёжно туп - в стадии имбецильности - раз терпит всю эту хрень уже тыщу лет.

Дмитрий Малин: Учебник Ольшаского, переставляющий русский народ великомучеником, подойдёт для России потерявшей Кавказ и Татарстан, как и всё остальное. Русские не лучше и не хуже других и были и агрессорами когда была такая возможность. People's history a la Howard Zinn нельзя писать с позиций национализма и православия, это и рыбку съесть и на санках покататься.

По мнению Ивана Давыдова, лучше всех историко-государственную идеологию нынешней России удалось выразить депутату от ЛДПР Михаилу Дегтяреву – он предложил использовать паспорта граждан для укрепления патриотических чувств граждан и повышения престижа России среди работников служб паспортного контроля во всем мире. Для этого, по его мнению, нужно напечатать в паспорте текст гимна, поместить в него «стильные изображения разных городов страны» (в числе которых он называет почему-то Вильнюс) и карты Киевской Руси, империи Романовых, СССР и современной России.

Давыдов пишет: И хочется, конечно, отшутиться, многие уже отшутились – издать паспорт в трех томах. А лучше – в двенадцати. Включить в него «Войну и мир», «Слово о полку Игореве», а также модную некогда книгу «Учение и хитрость ратного строения пехотных людей». И Минеи Четьи. И партитуру оперы «Жизнь за царя». И альбом с изображениями народов империи в национальных костюмах. Письма Грозного к Курбскому и Суркова к Володину. И выдать каждому россиянину по тележке, чтобы всюду возил с собой паспорт. Чтобы всяк житель иного края смотрел бы на нас с завистью и сразу понимал: вот россиянин идет, а за ним два мигранта, по дешевке купленные, тележку с паспортом толкают.
Но есть что-то более важное в идее молодого депутата. Метафора, так бывает, часто оказывается точнее словарного определения. Вот и здесь: весь патриотический угар последних времен, все это желание в бесформенный ком слепить великую нашу культуру и страшную нашу историю, так, чтобы наружу торчала нагайка, а сверху золотился эполет. И все это – в паспорт, знаком безусловной принадлежности человека государству, вторичности человека и безраздельности государственного господства. И чем тяжелее получится обязательный документ – тем лучше. Русскому человеку должно быть тяжело. Если русскому человеку вдруг не тяжело, государство начинает испытывать беспокойство.

16:45 1.11.2013
Ольга Серебряная
Олимпийская сторублевка и вечные фейки

Возмущаться новой купюрой начал вчера Андрей Мальгин у себя в ЖЖ: В России выпущена 100-рублевая купюра, посвященная Олимпиаде. Тираж 20 миллионов. Газеты захлебываются от восторга: олимпийские монеты и раньше выпускались, а вот купюра - впервые; дизайн купюры был выбран по итогам жесточайшего конкурса, в котором победил студент Санкт-Петербургской Академии художеств им. Репина Павел Бушуев.

Молодец Павел Бушуев! Молодым, как говорится, везде у нас дорога.
Восторги продолжались меньше суток. Сегодня к концу дня выяснилось, что талантливый юноша взял изображение в бесплатном хранилище фото StockExchange, где фотография датирована 2005 годом. Какое разочарование.
Эпик фейл можно сравнить только с известным случаем, когда Юрий Грымов нарисовал для Большого театра роскошный высокобюджетный логотип, а потом люди нашли эту красоту в старом каталоге изображений Aridi, где он продавался всем желающим за 99 долларов.

Мальгин ссылается на публикацию в tjournal.ru, где вопрос исследовали чуть подробнее – в частности, указали, что эту фотографию уже использовали в рекламе смартфонов RugGear, предназначенных для использования во время активного отдыха, и на сайте горнолыжного курорта Nendaz.

Пост Мальгина очень не понравился всем, кто хотя бы отдаленно связан с дизайном. Дима Усевич: Талантливый юноша ничего не воровал. Он честно нарисовал концепцию купюры (тысячерублевой) и получил за это свои 30 тыс. рублей. А вот после этого за дело взялись профессиональные дизайнеры Гознака.

Tumyrrr: Использование стокового фото является воровством? Вот это новость! Надо срочно рассказать всем дизайнерам мира, а то мужики-то не в курсе. Индустрия под угрозой. Слава богу Дима всех спас, раскрыл угрозу, принял удар на себя, практически.

Николай Никифоров: Какая все-таки гнусность эти либеральные блогеры! Практически такая же, как блогеры антилиберальные. Вот Мальгин взял и оклеветал ни в чем не повинного студента. Студент нарисовал эскиз 100-рублевой купюры; купюра, сделанная с этого эскиза, имеет явное сходство с фотографией из интернетов. Один только нюанс: сам эскиз, который сделал студент, никакого сходства с фотографией не имеет. Чтобы понять, что эскиз и конечная напечатанная деньга имеют не больше общего, чем рисунок в раскадровке и кадр из снятого фильма, нужно либо полминуты подумать, либо минуты три потратить на изучение вопроса. Но это ведь, наверное, лишняя трата времени? Подумаешь, на всю страну оклеветал частного человека. На то они и частные люди, чтобы в них метать грязь, не глядя. Зато сэкономлены три минуты.

Репортаж с презентации купюры – в Российской газете.

Но претензии к купюре в любом случае есть. Дима Мишенин: Убожество сама идея выпуска никчемной и бессмысленной сторублевки. Это не коллекционный "юбилейный рубль" из металла, которые любили наши бабушки, и не выпущенный ограниченным тиражом памятный 10 000 рублевый билет. Это просто фейк по форме и содержанию, сродни по гнусности рекламе "олимпиада - наша ложенька-кормилица".

К монетам тоже, кстати, есть претензии: они, говорят, ржавеют. Чего золото 999 пробы делать, как учили нас в школе, не должно. И даже золото 583 пробы не делает – это знает любой обладатель обручального кольца.
Но вообще, не понятно, почему все так переживают. Хорошо хоть, что на логотипе ошибок нет:

В любом случае, большинство комментариев сводятся к утверждению, что за что бы ни бралось российское государство в его нынешнем состоянии, оборачивается фейком. Вот еще история на эту тему, про «Бориса Годунова» под фонограмму и правительственный айпэд без ретины. Василий Лебедев: Расскажу вам историю про правительственный айпад. Недавно решила наша страна устроить конкурс на лучший школьный спектакль. Волею судеб, моя мама (режиссер подобных школьных спектаклей) недавно поставила Бориса Годунова у моей сестры в школе. И вот, школьная администрация отправила ее спектакль на конкурс. А проходить конкурс должен был в Храме Христа Спасителя. Началось все с того, что играть заставили под фанеру. Детей отправили записывать фонограмму со своими театральными монологами (пусть с малых лет привыкают к российской сцене). Видимо решили, что моя сестра, Dusya “бунтарь” Lebedeva может перевоплотиться на сцене в последователей пусси райот. Тем не менее, выступление прошло успешно, и мама получила звание лучшего режиссера школьных спектаклей. Дальше церемония награждения, вручает приз Светлана Медведева, жена премьер-министра. Только проблема в том, что мама категорически не любит светские правительственные вечера. Поэтому отправила получать приз Дусю, а сама просто подождала окончания мероприятия на улице. Призом оказался айпад. Когда дети захотели сфотографироваться со Светланой Медведевой, то набежала толпа телохранителей и стала распихивать подростков-детей, словно боевиков-террористов. Ну так вот. Айпад. Айпад не последний. 2012 года выпуска. Без ретины.
15:38 1.11.2013
Ольга Серебряная
Голоса против темной неправды и оскорбление патриотических чувств

И снова о мигрантах. Александр Архангельский в тексте на Colta.ru сравнил, что пишут о проблеме миграции в либеральной и державной прессе, и пришел к выводу, что риторика идентична: Мигрантский вопрос уравнял СМИ — либеральные и консервативные — в «машинности» и без-человечности подхода. В хорошей, плохой или «рациональной» статье, в любом случае мигранты — это «они»: те, чьей судьбой вправе мы распорядиться, как вещью. Хотим — переставим. Хотим — выставим. Или вернем обратно. Важно: решаем тут только «мы». «Их» голос не слышен, «они» теперь деперсонифицированы. В любом случае этот разговор происходит уже без «них».
С позиции человеколюбия. С позиции нашей общей истории. С позиции прав человека, с позиции гуманизма. Собственно, с человеческих позиций — сегодня в СМИ мигрантов не защищает вообще никто. С позиций интернационализма не решился выступить ни один более-менее публичный левый.
Мигрантский вопрос в СМИ — это на самом деле скрытый вопрос о либерализме и ценностях. Русский либерал (а кроме него, собственно, некому) достаточно созрел для того, чтобы защищать права меньшинств, даже если не разделяет их взглядов (ЛГБТ-сообщество, политзаключенные, «зеленые»), но не дозрел до защиты «чужих». Это высокая ступень свободы. И очень страшная. Но на нее необходимо взобраться. Нельзя быть либералом без других. Собственно, не бывает либерализма без Других.

Прекратить охоту на мигрантов призывает и Матвей Ганапольский: Я не слабонервная девица, я против потока неконтролируемой миграции, но я не понимаю, почему нужно всех брать в плен. Конечно, у нас есть великий опыт победы над фашистской Германией и умение сделать Парад Победы, но разве мы сейчас воюем? Такое ощущение, что да. И каждый день «сообщения информбюро»: «Сегодня в результате спецоперации на рынке «Садовод» задержано 1000 мигрантов. Спецоперации будут продолжены». Не хватает только голоса Левитана. Подобная «охота на мигранта» приводит общество к психозу.
Дальше он долго рассказывает о том, что «мигранты» в России совсем не известны, что они принадлежат к древним богатым культурах, о которых мы знаем недостаточно, вспоминает просветительский эффект недель культуры союзных республик, которые проводились в советское время и т.д. Ну и моральные претензии к своему народу тоже предъявляет: В нынешней проблеме с мигрантами их вина минимальна — они просто хотят как-то заработать денег. Но если их ловят и позорной шеренгой ведут по улице, то почему рядом нет второй шеренги? Почему нет шеренги, в которой шагают довольные бизнесмены, которые используют рабский мигрантский труд? Где в шеренге шаркающие тапками бабушки, сдающие комнату тридцати мигрантам сразу, как добавочку к своей пенсии? Почему в шеренге не чеканят шаг участковые, которые прекрасно знают, где и как живут мигранты, но молчат об этом за рубли? Я уверяю вас, что эта, вторая, шеренга была бы гораздо многочисленней. Но своих в плен не берут.

По поводу незаинтересованности россиян судьбами мигрантов высказался на днях Иван Давыдов – он анализирует типичные для сети про- и анти-мигрантски настроенные посты и показывает, что никакого отношения к мигрантам они не имеют. Все эти посты, от начала и до конца, о «нас с вами»: В лучшем случае авторы этих текстов продают себя. Я, герой русского сопротивления, противостою черной угрозе, думает толстый домашний мальчик, который в жизни боится даже мух. Не говоря о собаках. И колотит по клавишам, путая Георгия Победоносца с Николаем Угодником. Я — сострадательный всечеловек, думает унылый офисный работник, который в жизни словом не перекинулся с обширной шестидесятилетней дамой, убирающейся у него в конторе, и таджичкой ее называет только потому, что искренне полагает: все гастарбайтеры — таджики. А в маршрутке вообще никогда не был, предпочитая передвигаться по городу на купленном в кредит «Форде». В лучшем случае все эти мастера пера пытаются нам впарить себя, в худшем — тухлятину посерьезней. Поэтому постарайтесь не тиражировать тухлятину, - хотя бы из гигиенических соображений. Серьезные проблемы не решаются, и даже ясней не становятся от того, что мы подменяем поиск решения обсуждением скверных анекдотов.
(В издании, для которого этот текст предназначался, его признали экстремистским и поэтому он размещен только в фейсбуке).

Еще одну общую черту всех без исключения текстов о проблеме миграции еще, кажется, никто не отметил: они все – о нашем отношении к проблеме, о возможности взглянуть на нее иначе, но никогда не о самой проблеме.

Кажется, как раз в ответ Александру Архангельскому, заместитель председателя комитета ГД по энергетике Олег Михеев («Справедливая Россия») подготовил поправки в законодательство, приравнивающие оскорбление патриотических чувств к экстремистской деятельности с наказанием в пять лет тюрьмы. Лучший комментарий дал Владимир Бурматов: Законопроект поступит к нам в комитет, и мы его детально рассмотрим. Тут всё может зависеть от одной запятой.

Загрузить еще

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG