Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Научные контакты крымского времени


Акция активистов профсоюза РАН

Акция активистов профсоюза РАН

Российские ученые – о будущем отношений с западными коллегами и советизации науки

Наука и культура даже в далеких от политики областях могут стать жертвами антизападной кампании российских властей, сопровождающей аннексию Крыма, которую многие сравнивают с холодной войной. Охлаждение уже происходит в культуре, например, польский актер Даниэль Ольбрыхский в знак протеста против политики Владимира Путина отказался от участия в театральной постановке в Москве. В научной сфере подобных примеров пока нет, но и здесь, как во всем российском обществе, обсуждение крымского кризиса ведет к политизации даже тех, кого обычно не замечают в политической деятельности.

Представители российского академического сообщества опубликовали несколько открытых писем. Тексты с осуждением политики российских властей в отношении Украины и словами поддержки в адрес украинских коллег были размещены в газете "Троицкий вариант" и на сайте poilit.ru и собрали в общей сложности более 100 подписей. Еще одно письмо солидарности от представителей академического и образовательного сообщества России с обращением "Не допустить военного конфликта между Россией и Украиной!" было опубликовано в социальных сетях, его подписали более 150 человек. Многие российские ученые присоединились к коллегам творческих профессий и подписали ответ русского ПЕН-центра на обращение украинских коллег. Более пятидесяти ученых подписали письмо протеста после телепрограммы Дмитрия Киселева от 16 марта, в которой тот рассуждал о том, что "Россия способна превратить США в радиоактивный пепел": "Разногласия в конкретном геополитическом вопросе недопустимо использовать для публикации призывов к ядерной атаке на другое государство, каково бы ни было к нему отношение, к развязыванию третьей мировой войны", – заявили ученые.

О том, стоит ли ожидать разрыва научных контактов, возможна ли советизация российской науки и усилится ли в свете последних событий “утечка мозгов”, корреспондент Радио Свобода побеседовал с российскими учеными.

Анатолий Вершик, математик, президент Санкт-Петербургского математического общества (1998-2008), подписал письмо, связанное с программой Киселева, написал собственное открытое письмо к украинским математикам:
Думающие ученые в России не могут поддерживать этот бессмысленный курс на конфронтацию


– Наши контакты не пострадают. Западные ученые, во-первых, привыкли отделять политические симпатии от научных, и для них различие политических оценок может сочетаться с совместной деятельностью. А во-вторых, и это главное, у сведущих западных ученых не должно быть сомнений в том, что думающие ученые в России не могут поддерживать этот бессмысленный курс на конфронтацию, который, на мой взгляд, умышленно провоцируется с темными целями. Однако бюрократы, в том числе и научные, вполне могут ввести ограничение на визиты и на контакты с российскими учеными их западных коллег или чинить препятствия с визами нашим ученым.

Российская наука уже давно находится в кризисе, и украинская эпопея, наверное, его немного усугубит. Говорить о кризисе можно долго, но любопытно, что причины его недавнего усиления родственны причинам, того, почему агрессия в Крыму привела к таким печальным последствиям, только часть из которых уже проявилась сейчас. Это неправдоподобные просчеты в планах кремлевской команды. Вспомните, каким наглым наскоком началась реформа Академии наук: Академию сначала предлагалось вообще ликвидировать в ее нынешнем виде, и хотя многие изменения в ее работе давно назрели, сейчас уже ясно, что и срочно подправленная реформа провалилась: Академия наук практически лишена всех своих прежних функций и находится в оцепенении, а к выполнению новых (быть клубом ученых) – не готова, а так называемое ФАНО, которое по замыслу организаторов преобразований должно руководить деятельностью институтов, стало чудовищно бюрократическим монстром, который не способен выполнять эту работу. Из-за подобных "реформ" обстановка в научных институтах ухудшилась, а настроения ученых, и прежде всего молодежи, очень пессимистичны.

Что касается советизации, если под этим понимать близость к традициям советских времен, то советизация политической жизни в стране давно наступила: отсутствует общественное обсуждение реальных действий власти, политические структуры лишь исполняют распоряжения и приказы
В такой стране не может быть настоящего диалога власти с думающей частью общества, в частности, с учеными
администрации президента, а он имеет власть сравнимую с властью генерального секретаря ЦК КПСС в худшие времена. Под стать этому и положение в науке, может быть, с небольшим запозданием от общего движения, поскольку некоторые завоевания конца 80-х – начала 90-х годов еще живы – свободный выезд, общение с зарубежными коллегами, некоторая самостоятельность в мелочах.

Желание власти унифицировать и поставить под контроль всю общественную жизнь становится все явственней. Об этом свидетельствует "крымская" воинственная речь президента, по интонациям похожая на доклады на партийных и советских съездах. Это впечатление особенно усиливается, если посмотреть на тот экстаз, с которым внимает оратору толпа чиновной верхушки. В такой стране не может быть настоящего диалога власти с думающей частью общества, в частности с учеными.

Алексей Старобинский, физик, академик РАН, один из возможных претендентов на очередную Нобелевскую премию, подписал письмо, связанное с программой Киселева:

– Я не ожидаю прямого ухудшения отношений с зарубежными коллегами-учеными, так как они представляют наиболее развитую и независимо мыслящую часть общества, а потому, сколь отрицательно они бы ни оценивали сегодняшнюю политику руководства России, они не будут считать нас, российских ученых, ответственными за нее. Проблемы, несомненно, возникнут с их административным руководством в том случае, если с нашей стороны последуют запросы на значительное финансирование каких-либо совместных
Сколь отрицательно они бы ни оценивали сегодняшнюю политику руководства России, они не будут считать нас, российских ученых, ответственными за нее
научных проектов внутри России. Здесь, действительно, следует ожидать вежливого отказа со ссылкой, что при нынешнем правительстве это не представляется возможным. Однако визиты российских ученых за рубеж и их долевое участие в проектах, выполняемых там, несомненно, будут оставаться на прежнем уровне.

Разумеется, при общении с простыми людьми за границей, особенно в таких странах, как Украина, Эстония, нам придется ощутить на себе степень их любви к современной России. Однако здесь мы, ученые, находимся в равном положении со всеми гражданами России.

Что же касается основной опасности для российских ученых и для российской
науки в целом, она, как всегда, идет изнутри.

Виктор Васильев, математик, академик РАН, был приговорен к штрафу за участие в "несанкционированном митинге" у стен Замоскворецкого суда 21 февраля:

– Сложно что-то предсказать. Ограничения возможны, и даже не знаю, с какой стороны они будут происходить.

Что касается советизации науки, тут есть две части. С одной стороны, во всяком случае, в такой науке, как физика и математика, возврат в прошлое вряд ли возможен. Тогдашняя структура создавалась, имея в виду серьезное сотрудничество с оборонными ведомствами. И это сотрудничество было в каком-то смысле достаточно продуктивным. Сейчас я не вижу предпосылок для возврата к такой схеме. По моему ощущению, наша оборонная сфера утратила связь с наукой, там, по-моему, в основном занимаются туфтой и псевдонаукой. Ну и с нашей стороны контакты с ними ослабли. С другой стороны, да, можно ожидать, что будет больше надзора, сложности с зарубежными командировками. Но я настолько плохо представляю себе образ мыслей политической элиты, тех, кто принимает решения, что боюсь делать хоть какие-то прогнозы. Повернуться все может самым удивительным образом. Впрочем, я согласен с тем, что отъезд ученых за границу в ближайшее время усилится.

Сергей Бершицкий, биолог, зав. лабораторией Института иммунологии и физиологии УрО РАН, член Общества научных работников:

– Охлаждение возможно. Пока это, конечно, еще не ощущается. Но вот, например, у нас есть проекты, связанные с использованием синхротронного излучения, мы работаем в Гренобле в экспериментальном комплексе ESRF. В прошлом году Россия, наконец, подписала соглашение, чтобы стать участником этого консорциума. Теперь российские ученые, наконец, получили официальную возможность участвовать в этих экспериментах наравне с другими. До этого мы ездили как бы от Лондонского Imperial College, формально представляли именно его. Недавно мы подали заявку уже от себя, от российской стороны. Теперь мы опасаемся, что наш доступ к таким технологиям будет ограничен – а в России просто нет синхротронов такого класса. Кроме того, я не знаю, внесла ли Россия полагающуюся сумму в ESRF. Предполагаю, что и с нашей стороны это может быть заморожено. Словом, отдельные ученые и дальше будут участвовать в коллаборациях, а вот сможет ли Россия выступать самостоятельной стороной в высокотехнологичных экспериментах – я не уверен. В то же время, личные контакты с западными коллегами вряд ли пострадают. Те, с кем контактирую я, давно и здраво понимают ситуацию в России.

Что касается “утечки мозгов”, в последнее время она несколько приостановилась, но в основном потому, что уже уехали все, кто мог уехать. Кто-то, конечно, вернулся, чтобы делать проекты с российскими институтами и университетами, в частности, в рамках мегагрантов, например, биолог Константин Северинов, сохраняющий при этом постоянную позицию в США. Но, насколько я знаю, из-за относительно новых таможенных ограничений на ввоз радиоактивных материалов, используемый в биологических исследованиях в качестве маркера радиоактивный фосфор запрещен ко ввозу в РФ. Теперь Северинову, видимо, придется переносить часть существенных работ в Америку. Так что и у тех, кто вернулся сюда работать, не все так уж хорошо. А теперь, я уверен, возвращаться не захочет точно никто.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG