Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Демографы выясняют причины революции в России в начале XX века


Ленин на Красной площади

Ленин на Красной площади

В середине и в конце 20 века ученые-демографы вернулись к мальтузианской теории исторического развития общества. Были разработаны модели, в которых учитывались сложные механизмы взаимодействия различных слоев населения. Оказалось, что в рамках неомальтузианских моделей удачно объясняются не только демографическая статистика, но и ключевые политические события, происходившие в разных странах. В связи с этим стало активно использоваться такое понятие, как политико-демографические циклы. Специалисты-демографы - кандидат исторических и физико-математических наук, сотрудник Института истории и археологии Уральского отделения Российской академии наук Сергей Нефедов и доктор исторических наук, сотрудник Российского государственного гуманитарного университета Андрей Коротаев рассказывают о политико-демографических циклах в России и о поворотном событии в истории России - о социалистической революции 1917 года.


Итоги смутного времени


Сергей Нефедов: В 1580 годах в списках числилось 80 тысяч воинов. Это - дворянское ополчение, из которого 65 тысяч ежегодно выходило на южную границу защищать страну. По сметному списку 1630 года числилось 27 тысяч служивых дворян, из них лишь 15 тысяч могли нести полевую службу.


Крестьянство продолжало пользоваться свободой переходов от помещика к помещику, хотя его пытались прикрепить, но никаких правил сыска не существовало, крестьяне свободно уходили. Они уходили от своих помещиков на юг - на плодородные черноземные земли. И дворянство все равно было не обеспечено. В частности, на Новгородчине в среднем дворянин имел около четырех дворов. Сохранялось очень тяжелое положение дворянства, и они требовали введения крепостного права. И они добились этого. Далее начинается период, когда дворянство боролось уже с государством за перераспределение рент. В принципе, закрепляя крестьян и увеличивая ренту крестьянам, оно задевало интересы государства, которое тоже собирало с крестьян налоги. И встал вопрос о распределение этих налогов.


На Западе в это время появились наемные армии ландскнехтов, и царю Алексею Михайловичу пришлось создавать полки иноземного строя. Для этого требовались большие деньги. Деньги эти взять было не с кого, потому что дворянство противодействовало повышению налогов на своих крестьян. Уже государство потребовало перераспределения ресурсов в свою пользу, и особенно резкими эти требования стали при Петре Первом. У крестьян отбиралось почти все, и это привело к голоду. Это был трехлетний голод с 1723 года.


Петр I


Сергей Нефедов: Петр умирал, когда страна голодала. Но надо все-таки отдать должное Петру – он создал армию. Вот это перераспределение ресурсов в пользу государства привело к созданию сильнейшей армии в Европе. Результатом петровских реформ было, в конечном, счете завоевание северного Причерноморья, всех этих изобильных областей теперешней Украины и Крыма. И это было резкое расширение российской экологической ниши. Последователи Петра - Миних, а потом Екатерина уничтожили старинное проклятие Руси - Крымское ханство.


Андрей Коротаев: Просто надо представлять, что собой представляли набеги с юга. По описаниям, там в среднем участвовало сто тысяч всадников. При этой каждый брал с собой двух лошадей. Реально это было сто человек на конях плюс еще сто тысяч коней сопровождения. Вся эта масса двигается на Украину, доходит до зоны обитаемых земель и при этом продолжают двигаться вперед еще километров 100-150, 200, потом вся эта масса разворачивается и идет сплошным потоком, подбирая все, что попадается на своем пути. Фактически забирали все, что только можно, оставляли при этом только свиней. Почему сало стало безумно важным продуктом в этой части, потому что оно позволяло пережить зиму после набегов.


Перераспределение налогов в XVIII – первой половине XIX века


Сергей Нефедов: Чисто схематично обрисую дальнейшее развитие событий. Петр не только переобложил крестьян налогами, он отнял все, что можно у дворян, он загнал их в полки, в цифирные школы, и с этого момента начинается борьба между дворянством и правительством за перераспределение налогов. Дворяне постоянно жалуются в сенат о том, что их крестьяне переобложены и требуют уменьшить государственные налоги. Кроме того, конечно, они жалуются на тяжесть служб. Им, конечно, повезло, что на русский престол взошел неожиданно прусский принц Петер Ульрих, которого звали у нас Петром Федоровичем, Петром Третьим. Поскольку в Германии уже давно дворяне не служили, то он, желая завоевать популярность у русского дворянства, совершил такое благодеяние. Это на самом деле была модернизация по западному образцу. После этого начались любопытные процессы в экономике. Екатерина не могла обеспечить содержание армии финансами, поэтому она допустила инфляцию. Собственно инфляция началась еще при Елизавете, инфляция эта уменьшила ценность рубля более чем вдвое. В то время налоги формально не увеличились. Таким образом, рента с крестьян уменьшилась. Для того, чтобы заплатить налоги, крестьянину в 50 годы нужно было продавать, скажем, четыре пуда, а к концу правления Екатерины всего один пуд. Налоги уменьшились в четыре раза. Но, замещая эти налоги, в такой же пропорции возросла помещичья рента. Помещики забрали себе все, что оставило государство. И теперь главными эксплуататорами стали помещики. Государство наоборот теперь перебивалось на очень скудном бюджете, что, в частности, сказалось при Александре Первом в войну 1812 года. Александр Первый финансировал свои войны за счет печатного станка – то есть пинфляция продолжилась. И таким образом государственные налоги еще упали, а помещичьи налоги снова возросли. Плюс к тому русские дворяне, побывали в Париже, увидели парижскую роскошь и захотели жить также, и в 20 годах оброки увеличились примерно в три раза. Крестьяне, конечно, отвечали на это бунтами. Это были в основном мелкие бунты, но число их стремительно росло.


Реформа 1861 года


Сергей Нефедов: И к 1861 году пришлось проводить крестьянскую реформу. Крестьянская реформа была проведена таким образом, что платежи, которые теперь платили крестьяне государству, были все-таки были намного меньше, чем та старая рента, которую крестьяне платили помещикам, может быть вдвое меньше. И крестьянство испытало кратковременное облегчение, что привело к довольно быстрому росту населения. А вот дворянство испытывало жестокий кризис. Понятно, что оно лишилось доходов, и вполне в соответствии с теорией оно фрагментировалось. Опять, появились группы бедных дворян, которые занялись революционной деятельностью. Это и были народовольцы.


В дальнейшем мы наблюдаем стандартную картину демографического цикла. Численность населения растет, крестьянские наделы мельчают. Здесь были две причины. Так сказать, освобожденные крестьяне прилагали все усилия, чтобы лучше обрабатывать землю, это привело к увеличению урожайности. А во-вторых, сказались достижения медицины, прекратились эпидемии, хлорка привела к тому, что о холере больше не вспоминали. Таким образом, в условиях очень низкого потребления продолжался рост населения, но он продолжался ровно настолько, насколько позволяло увеличение урожайности. Бедная половина крестьян систематически голодала. Ей оставалось идти в отход, зарабатывать ремеслом на стороне. Это отчасти помогало, но все равно положение оставалось очень тяжелым, все это выливалось в полный эко-социальный кризис.


Неурожай 1905 года: начало конца


Сергей Нефедов: Вот этот эко-социальный кризис начался в 1905 году, и хотя его начала элита, поскольку фракции элиты пытались поднять народ на восстание и вот так, в частности, был спровоцирован расстрел 9 января, но все-таки настоящая революция началась, когда случился неурожай в 1905 году, и крестьяне пошли жечь помещичьи усадьбы. И это движение тоже приняло массовый характер. Оно было, в конечном счете, подавлено, но это было только начало. Потому что эта ненависть, которую породило подавление революции - это были многие тысячи высеченных крестьян, многие из которых побывали в армии, и, начиная с 1907 года, деревня находится в состоянии волнения. Революция, по сути, продолжается. И начинать в этих условиях какую-то войну было просто смерти подобно.


Сохранился великолепный прогноз: «Если война для России окажется победоносной, то все будет хорошо, — писал Дурново, — но в случае неудачи социальная революция в своих крайних проявлениях у нас неизбежна. Все неудачи будут приписаны правительству. Как результат в стране начнутся революционные выступления. Эти последние сразу же выдвинут социалистические лозунги, которые смогут поднять и сгруппировать широкие слои населения, сначала черный передел, а затем и всеобщий раздел всех ценностей и имущества. Побежденная армия, лишившаяся к тому же за время войны наиболее надежного кадрового состава, охваченная в большей части крестьянским стремлением к земле, окажется слишком деморализованной, чтобы послужить оплотом законности и порядка. И Россия будет ввергнута в беспросветную анархию, исход которой не поддается предвидению».


Издательство УРСС. Коротаев А.В., Малков А.С., Халтурина Д.А., «Законы истории. Математическое моделирование исторических макропроцессов. Демография, экономика, войны». 2005.


Нефедов С. А. Демографически-структурный анализ социально- экономической истории России. Конец XV – начало XX века. Екатеринбург: Издательство УГГУ, 2005. – 543 с.


XS
SM
MD
LG