Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Импичмент Путина: пора убирать кукловода"


Политики Юлия Галямина и Андрей Зубов

Политики Юлия Галямина и Андрей Зубов

Андрей Зубов, Юлия Галямина, Андрей Клычков – о Путине, Собянине, Москве

Профессор, доктор исторических наук Андрей Зубов (Партия народной свободы), филолог, преподаватель МГУ Юлия Галямина ("Яблоко"), депутат Мосгордумы Андрей Клычков (КПРФ) обсудили проблемы жителей столицы и ход новой дорогостоящей реконструкции центра города при мэре Сергее Собянине.

Ведет передачу Михаил Соколов.

Михаил Соколов: Сегодня мы говорим на столичные в основном темы, о проблемах города Москвы. У нас сегодня в студии профессор, доктор исторических наук Андрей Зубов, Партия народной свободы; у нас сегодня будет филолог, преподаватель МГУ Юлия Галямина, дружит с партией "Яблоко", как я знаю; депутат Московской городской думы Андрей Клычков, Коммунистическая партия Российской Федерации.

Я начну с темы, которая, на мой взгляд, тоже важна – это не урбанистическая тема, но столицы она касается.

Сообщение премьера и лидера "Единой России" Дмитрия Медведева сегодняшнее касается москвичей: вместо индексации пенсий по инфляции, которая должна быть раз в полгода, пенсионеров, оказывается, – такое решение принимает правительство – ждет разовая выплата 5 тысяч рублей в январе 2017 года. Как вам эта замечательная новость?

Андрей Клычков: Я напомню, что в нашей стране за последние годы было пять реформ пенсионных и ни одна из них не увенчалась ничем хорошим. На сегодняшний день это решение напоминает продолжение уже пресловутого высказывания Дмитрия Анатольевича Медведева про отсутствие денег и кому надо держаться.

Получается, сам заложенный принцип накопления пенсионных средств просто разбивается в пух и прах единовременной поддержкой малоимущему населению 146-миллионному Российской Федерации. Тогда зачем все эти конструкции, математические модели, которые представляли в Госдуме на огромных экранах, где были формулы, просчеты, для чего мы должны работать, для чего мы должны накапливать денежные средства и как счастливо мы будем жить после пенсии. Это просто издевательство.

Я думаю, что в нынешних экономических реалиях они просто показывают способности, возможности, более того, социальное направление нашего государства, несмотря на то что оно прописано в конституции. Поэтому, я думаю, что это провал социальной политики, и эта выплата – оценка тому, что происходит в социальном блоке как правительства, так и бюджетного направления.

Андрей Клычков

Андрей Клычков

Михаил Соколов: Юлия, ваше мнение, что вы думаете о происшедшем? Что скажут люди, вы с ними общаетесь?

Юлия Галямина: Люди давно уже ничего хорошего про наше правительство не говорят, они иногда говорят что-то хорошее про Путина, но все реже и реже, честно говоря. Это простой типичный пример вранья так называемого. Потому что нам обещали в 2015 году, что в 2016 году все выплаты будут нормальными, в итоге мы получаем то, что получаем. Часто говорят: это популизм – говорить о повышении пенсий и так далее. Но надо понимать, что человек, если он является в центре политики государства, должен жить достойно. Человек, который не живет достойно, он не может считаться жителем нормального цивилизованного и великого государства. Поэтому необходимо обеспечить достойную жизнь пенсионерам. Как? Очень просто. У нас есть, например, Керченский мост, который строится, за последнее время он подорожал в 10 раз. У нас есть стадиона "Арена", который подорожал в 7 раз, который теперь будет строиться за счет школ, детских садов и поликлиник.

Михаил Соколов: Есть столичный гранит на улицах.

Юлия Галямина: Про это я вообще молчу. Но это все шаги временные. Понятно, что это диагноз всей системе, которая не в состоянии прокормить своих пенсионеров, которые работали все эти годы на наше государство. Это значит, что экономика развалена. Развалена она из-за политики правящей верхушки нынешней, и внешней, и внутренней, и в целом вектора развития страны, который был выбран в последние 15 лет. Вот мы получили итог, он будет еще хуже и хуже. Сегодня трактористы идут на Москву, шахтеры голодают, с каждым месяцем это будет все хуже, зимой нас ждут большие выступления людей.

Михаил Соколов: Андрей Борисович, получается, заплатили за Крым или за столичный гранит, которым все мостят, жизни нет жителям города в центре, по крайней мере?

Андрей Зубов: Заплатили за всё, заплатили Ротенбергу, заплатили Тимченко, всем заплатили. И за многочисленные виллы Путина заплатили, и за многочисленные яхты Ольги заплатили. За все заплатили, заплатили деньгами простых людей.

Ведь на самом деле пенсии – это не дар доброго царя батюшки старичкам и старушкам, к которым и я отношусь, – это обязательные выплаты. Поскольку, когда люди работали, они не получали всю зарплату, последнее время после конца советской власти были социальные отчисления обязательные, в советское время формально их не было, но фактически они были, зарплаты явно недотягивали до реального уровня работы, поэтому у людей накапливались реальные пенсионные личные накопления.

Если эти накопления сейчас не выплачивают и пенсии не индексируют, как известно, рубль упал в два раза после крымских авантюр, это означает только одно – это означает, что властная верхушка России, возглавляемая Путиным, просто воры, которые кладут себе в карман, которые кладут в карман своим друзьям и берут эти деньги не из воздуха, а из карманов миллионов простых людей. И заставляют людей и среднего возраста, и одиноких матерей, и многодетных матерей, и пенсионеров практически голодать, нищенствовать, жить недостойной гражданина России жизнью, хотя они имеют полное право на эту достойную жизнь, а эти деньги они берут себе и живут такой жизнью, какой хотят жить, какой хотят, чтобы жили их любовницы, их дети, их друзья, их собачки, чтобы летали бизнес-классом и спецрейсами. Вот, собственно, чего они хотят. До тех пор, пока народ не будет сознавать, что его просто обворовывают те самые властители, на которых он молится, до тех пор это обворовывание будет происходить самым циничным образом с усмешкой во время выковыривания мяса между зубами.

Михаил Соколов: Я бы напомнил людям, что, во-первых, были лишены накопительных пенсий старшие возраста – это было как раз в середине 2000-х годов, когда росло благосостояние, но почему-то говорили, что денег не хватает. Не так давно были накопительные пенсии, накопления взяты в бюджет, тоже людей обманули. Теперь третий круг большого обмана пошел.

Андрей Клычков: Многие не знают, что ряд инвестиционных проектов реализуются на так называемые длинные пенсионные деньги. Деньги пенсионного фонда различного содержания были направлены, например, платная дорога Минская, дублер Минского шоссе – это построено на пенсионные длинные так называемые деньги. Они были переданы, через 30 лет они должны вернуться. Но бизнес говорит – 40% инфляции. Извините, мы вернем уже не те деньги в содержательном выражении. Мы когда рассуждаем про Крым, без Крыма это все сложилось. У нас в законе есть четкое понимание – индексируется на уровне инфляции. У нас правительство по-прежнему считает, что уровень инфляции за последние два года 4%.

Михаил Соколов: Где-то 12% было, считали.

Андрей Клычков: Почему-то индексировать они собирались на 4%. Это вопрос на самом деле именно системный, вопрос того курса, либерального, уж извините, который последние 25 лет у нас был, именно он привел. Потому что коммерциализация, переход к рыночным отношениям привел к тому, что пенсионные накопления не смогли сохранить, им взять их неоткуда, и начинают дальше разбазаривать.

Михаил Соколов: Не знаю, я либералов в правительстве точно с огнем бы не нашел.

Юлия Галямина: К либерализму это не имеет никакого отношения. Воровство – это воровство.

Андрей Зубов: То, что до 1968 года не было пенсии у колхозников, – это "крайний либерализм" сталинской и хрущевской политики.

Михаил Соколов: Еще ведь обидели людей, которые хорошо зарабатывают. Одно время они много зарабатывали, много платили в пенсионный фонд и получали высокую пенсию, а потом при Путине тихо ввели "потолки" и срезают эти пенсии.

Андрей Клычков: Это только начало. В Госдуму, если мне правильно представили информацию, внесен законопроект о повышении ставки НДФЛ до 15%. Казалось бы, подоходный налог, прогрессивная шкала, можно только радоваться, но когда видишь ранжиры, по которым будет вводиться, понимаешь, что они ударят по тому самому среднему классу, который пестовали, создавали условия, сейчас его просто-напросто уничтожают. Это следующий шаг к уменьшению социальной составляющей в роли государства.

Юлия Галямина: Я думаю, это такая сознательная политика по уничтожению среднего класса, потому что именно средний класс является наиболее граждански и политически активной частью населения. Именно гражданская и политическая активность населения является сейчас главным врагом нашей правящей верхушки. Именно потому, что эти люди готовы и могут изменить ситуацию в стране и менять ее системно. Именно сегодня эти люди начинают объединяться, выходить на защиту своих прав. Они начинают предлагать другие системные решения. Я себя тоже отношу к среднему классу, например, я пришла в политику ровно потому, что меня не устраивало то, что происходило до сих пор в этой политике. Я выражаю интересы, конечно, разных слоев населения, но и среднего класса тоже.

Михаил Соколов: Мы сделаем сейчас так, поскольку москвичи по своему уровню жизни в среднем по отношению к остальной России в значительной части средний класс, мы и спросили этот самый средний класс на московских улицах, что они хотят от новых депутатов.

Михаил Соколов: Мы закончили уникальным человеком, он единственный нашелся, который сказал, что его все устраивает, у остальных есть разные вопросы. Все это на фоне страшного строительства, которое идет в центре, асфальт меняют который раз, гранит, плитка, бордюры, грязь, грохот, искусственно созданные пробки. В Москве и зимой не очень хорошо, грязновато, какая-то жижа на этой плитке.

Андрей Клычков: Велосипедистам должно быть хорошо.

Михаил Соколов: Да, мэрия какой-то парад делала зимних велосипедистов. Я ничего не имею против велосипедистов, они ни в чем не виноваты, виноваты те, кто это раскручивает и потом выводит деньги из этих проектов.

Андрей Клычков: 32 миллиарда рублей выделено на рекламу, информационное обеспечение деятельности московской мэрии.

Михаил Соколов: То есть это пропаганда?

Андрей Клычков: Чистой воды пропаганда за 32 миллиарда рублей наших с вами денег.

Михаил Соколов: Я вот Юлию Латынину бедную, пострадавшую недавно, слышал, она теперь в последнее время любит Собянина, я надеюсь, бескорыстно. Говорит, настоящий город строит мэр.

Мне хочется спросить тех, кто сейчас ходит, общается с людьми, видит все это внизу, все-таки настоящий город строит мэр Собянин или это декорация?

Андрей Зубов: Мне кажется, что мэр Собянин вообще не должен строить никакого города, а должен слушать москвичей, которые ему говорят, что ему надо делать и что ему не надо делать. К сожалению, сейчас в Москве построена такая система, в которой исполнительная власть перестала быть исполнительной, а стала властью решительной. Мэр, префектуры, управы, а где же люди? Построена такая система, в которой Мосгордума сама устранилась, практически, приняв закон, что депутаты будут собираться раз в месяц на один день.

Я напомню число: у нас сейчас в Мосгордуме, если мне память не изменяет, 45 депутатов. Вы знаете, сколько было депутатов в Московской городской думе в 1917 году – 200, один депутат на 9 тысяч москвичей. Сейчас один депутат на 350 тысяч. Естественно, никакого контакта со своими избирателями у такого количества депутатов быть не может. Безусловно, надо увеличивать число и, главное, изменять регламент, что Дума принимает решения, а мэрия их исполняет. Муниципальное собрание района принимает решение, а управа его исполняет. Налоги частично остаются в районе, и ими распоряжается муниципальное собрание, соответственно, управа делает то, что говорит муниципальное собрание.

Михаил Соколов: Это федеральный закон таков.

Андрей Зубов: Об этом мы и говорим: задача – изменить федеральный закон, коли Московская дума не сумела сделать права районов шире, чем в среднем по стране.

Михаил Соколов: По-моему, как раз последняя была хитрость – это лишили депутатов согласования строительных объектов.

Юлия Галямина: Надо менять закон, отменять особый статус местного самоуправления в Москве и Санкт-Петербурге. У нас в принципе местное самоуправление не очень развито в стране, оно не соответствует той хартии, которую мы ратифицировали, европейской хартии о местном самоуправлении. Но в Москве просто безобразие – это полностью противоречит этой хартии. И непонятно, каким образом до сих пор Конституционный суд ничего не сделал по этому поводу. Когда мы придем в Думу, мы обязательно займемся этим вопросом.

Михаил Соколов: Не могу не удержаться от реплики: Конституционный суд, точнее его председатель, занимается пропагандой крепостного права, это его больше волнует.

Юлия Галямина: Конституционный суд надо менять. Понятно, что система – это система, и системные партии, которые здесь тоже представлены, они эту систему только поддерживают. Например, в принципе, что должно происходить: налоги должны оставаться на местах, например, налоги на малый бизнес, тогда местному самоуправлению будет на что жить, и у него будет стимул развивать малый бизнес.

Михаил Соколов: А то они ковшами все, ковшами.

Юлия Галямина: Почему этим занимается мэр? Вообще это малый бизнес, которым должно заниматься местное самоуправление. Партия КПРФ и "Справедливая Россия", Хованская, которая отсутствует, лично, – они голосовали за поправки в гражданский кодекс, который позволяет без суда сносить эти ларьки.

Андрей Клычков: Поподробнее, как партия КПРФ голосовала за эти поправки? Она голосовала против. Единственная фракция, которая голосовала против, сейчас направила в Конституционный суд запрос.

Как и мы не голосовали за налоговый кодекс, я с вами отчасти согласен, он осуществил неравноценное распределение налогов. Те налоги, которые отнесены к местным, их в принципе недостаточно. Получается некая подачка, на которую ничего нельзя, ни реализовать полномочия, ни выполнить функцию местного самоуправления.

Юлия Галямина: В скандинавских странах, например, есть такой принцип: беднеем вместе, богатеем вместе. Там не может быть разного уровня, например, одни в дефолте находятся, как наши регионы, а бюджет профицитный, как у нас было долгое время в стране. Соответственно, такого не может быть – это неправильная налоговая система, такую налоговую систему надо менять, но ее надо системно менять.

Михаил Соколов: Была введена такая штука хитрая, я, конечно, не экономист, но я это запомнил, называется консолидация прибыли, когда раньше платили по месту нахождения предприятий в разных местах, а теперь все это можно свести, удобнее же в Москве держать офисы, и эти налоги уходят в Москву. Москвичам хорошо.

Андрей Клычков: Закон о консолидации налогоплательщиков был принят на федеральном уровне, для Москвы он принес ущерб около 50 миллиардов рублей, что в рамках бюджета Москвы не смертельно, что-то получили регионы.

Михаил Соколов: А серьезные доходы потеряли многие регионы.

Андрей Клычков: Это был политический акт. Я считаю, что децентрализация налоговая, финансовая необходима. Любимый всеми по-разному советский период, мною любимый и воспринимаемый позитивно, он как раз создавал условия, при которых направлялись средства на развитие конкретных регионов. Что сейчас мешает заниматься развитием? Мы привыкли критиковать Северный Кавказ – все сюда едут. Почему едут? У них нет ни работы, ни образования, ничего. Отсутствие системы развития регионов, инфраструктурной составляющей, просто притягивает как магнитом в Москву, Санкт-Петербург, другие крупные города.

Михаил Соколов: А с другой стороны, анекдотическое совершенно решение я бы отметил, эта начавшаяся, но все время из-за ломающегося сайта не состоявшаяся раздача какого-то гектара на Дальнем Востоке, в тайге, – это просто анекдот. Люди поедут в тайгу осваивать, рубить лес, я этого не понимаю.

Андрей Клычков: Можно я отвечу на тот сюжет, который мы увидели. Во-первых, 90%, что было сказано, к сожалению, на сегодняшний день не находится в ведении депутатов. В Москве анекдотичная ситуация: депутаты, большинство "Единая Россия", последний год занимались только тем, что передавали полномочия исполнительной власти. Я, например, на сегодняшний день вообще не понимаю смысла Мосгордумы.

Михаил Соколов: Здание хорошее получили, красивое.

Андрей Клычков: Лучше бы мы никуда не переезжали. Вопрос градостроительной политики вообще в уставе отсутствует как полномочия Мосгордумы, а это основное, что решает вопросы и пробок, и инфраструктурных развитий. Система МСУ, в России нет аналогов. В Москве такое нагромождение, которое требует и денег, и непонятно, кто выполняет решения. По мне префектуры нужно просто ликвидировать, управы ликвидировать, поднять статус исполнительных органов, органов местного самоуправления, муниципалитеты и дать полномочия депутатам.

Можно Лужкова любить или не любить, но что сделал Лужков в свое время, почему его так любят на местах – он отдал полномочия в низы. Что касается примера тех же самых социалистических стран, про которые говорят, да, там совершенно другая и налоговая система, и поддержки полномочий.

Тот же Китай, может нравиться, не нравиться, но оттуда можно опыт черпать. Мы можем долго рассуждать о полномочиях, о статусе депутатов, представительной власти, но это будет ничто, пока мы не поймем, каким образом полномочия будут подкрепляться финансово. На сегодняшний день механизм контроля исключительно финансовый через представительную власть. На сегодняшний день тот самый средний класс, те самые налогоплательщики, физические лица обеспечивают 40% доходной части бюджета. Это показатель просто разрушения системы поступления доходов, когда юрлица уходят на вторую роль, 30-40% НДФЛ. Перспектива к тому, что дальше будет сжиматься доходная часть, и мы не будем иметь возможности реализации всего, что можно.

В этой связи мы не сможем в Москве решить ни проблему пробок, ни проблему развития социальной инфраструктуры через пенсии, доплаты, поддержку, если мы не займемся не развитием космических или абстрактных рынков ценных бумаг, которых в Москве огромное количество, а займемся развитием высокотехнологичной науки, промышленности высокотехнологичной, я не говорю про мусоросжигательные заводы или еще какое-то грязное производство. Вот этим мэрия заниматься не хочет и не собирается, надеясь, что банки, крупные инвестиционные компании обеспечат им доходную часть. Без этого полномочий ни получить, ни реализовать.

Михаил Соколов: Я хотел бы обратить внимание на тему приоритетов развития Москвы. Кризис в стране, сокращается доходная база, стагнация экономики. Очень хорошая статья Михаила Касьянова на РБК сегодня, подробно показывающая современный этап развития российской системы – стагнация с перспективой идти вниз. В это же время мэрия, мы видели эти замечательные картины, тратит огромные деньги.

Андрей Клычков: 458 миллионов рублей истрачены на празднования, на последние фестивали.

Михаил Соколов: Меня интересует плитка, гранит, мощение.

Андрей Клычков: Все эти работы по "благоустройству" около 200 миллиардов рублей.

Михаил Соколов: У меня вопрос: почему такое творится? Есть другие значимые проблемы, которые стоит решать в столичном городе, да и вообще просто в городе.

Андрей Зубов: Я, во-первых, хотел бы сказать, что Москва по всем параметрам – это современный большой европейский город, европейская столица, в которой, естественно, как в любой европейской столице сами люди должны определять свою судьбу. Любая европейская столица – это в первую очередь самоуправление. А у нас унизительно эти люди, которые и по своей культуре, и по образу жизни обычные европейцы, их держат практически за крепостных рабов. Потому что они платят налоги, но они не распоряжаются ни одним рублем из тех, которые они платят.

Проблема в том, что нет в Москве реального самоуправления. Я боюсь огорчить нашего депутата, но городская дума стала профанацией. Мы не управляем своим домом. Я всю жизнь прожил в Москве, родился в Москве, я не могу управлять ни своим районом, ни своим двором, ни своей улицей. У нас недавно рубили деревья, старые клены, потому что дали взятку какие-то владельцы автомобилей, моя жена выходила, требовала, чтобы их оставили, над ней просто смеялись. Потом мы так и не могли найти, кто же отдал приказ.

То же самое сейчас эти 200 миллиардов, которые закапывают на улицах Москвы в этом граните. Если бы сейчас была бы нормальная Московская городская дума, которая бы действительно имела бы, как и до революции, все властные полномочия, кстати, советую вам подробно изучить полномочия той Думы, хорошо бы их воспроизвести, то совершенно очевидно, что мы бы 200 миллиардов тратили на городское образование, на городскую медицину и районную, тратили бы что-то на улучшение дорог, но вряд ли бы мы стали бы делать то, что делает Собянин.

Собянин в этом смысле, я скажу откровенно, он наглый царедворец, который пытается угодить совершенно взлетевшему в эмпиреи Путину, который хочет видеть имперский город.

Что такое уничтожение палаток? Конечно, это страшное нарушение прав частной собственности – это очевидно. Здесь, я боюсь, Собянин идет вслед за большевиками, которые просто всю частную собственность отобрали, уничтожили, не признавали, сделали всех людей пролетариями. Тот же Ленин писал, что в России 90% имеют собственность производящую и доход, а большевики все это отобрали себе. Так что здесь он достойный их продолжатель.

Я иду сегодня по переходу в центре города, к выставке Айвазовского, помните, там всегда в этом переходе продавали картины, и это было прекрасно. Да, может быть, там было чуть-чуть тесновато, зато это был удивительный уникальный переход – это был стиль Москвы, это был маленький русский Монмартр. Сейчас убрали абсолютно все, все пусто, и такой вид, мне это сразу напомнило фильм Антониони "Конформисты", вот эти огромные пустые залы, огромные колоннады. То есть это имперский, но абсолютно дегуманизированный стиль жизни. Собственно, к этому идет. Собянин угождает человеку, который желает жить в империи, ему плевать на людей, которые живут в Москве.

Я считаю, самое главное у этих людей вырвать право распоряжаться нами, мы должны распоряжаться собой. Я думаю, очень большая задача, чтобы люди действительно стали серьезно относиться к выборам. В 2014 году произошли две безобразных вещи, когда выбирали Московскую думу. С одной стороны, часть партий, в том числе и ПАРНАС, сняли с выборов, гнусным образом просто лишили граждан возможности голосовать за тех, за кого они хотят голосовать.

А вторая проблема, что многие не пришли, отчасти поэтому, потому что альтернатива была не слишком велика, отчасти потому, что не видели смысла. Что говорят на камеру эти милые молодые и не очень молодые люди, они говорят: давайте стоянки, дайте молодежи что-то еще. Это ведь психология советского человека, который говорит государству "дай", а государство ему дает или не дает. Такая неприличная песенка была: "Возмущается народ – мало партия дает". Совершенно другая должна быть логика: мы должны управлять нашими деньгами, мы должны строить наш город, мы должны строить наш район, нашу страну. Если это сознание утвердится в наших людях – а по-моему, среди москвичей, европейских культурных людей, должно утвердиться в первую очередь, то тогда дело пойдет, и не позволит снимать власти партии с выборов, вам будет гораздо легче, у вас появится еще 250 кандидатов, депутатов Московской думы, будет большая Дума, представляющая весь большой город, и неплохо будем работать.

Юлия Галямина: Я бы маленькую ремарку относительно тех миллиардов, которые потрачены, за счет чего они потрачены. В прошлом году московское правительство выпустило постановление, согласно которому больше не платят детям-сиротам, которых привезли из других регионов. На этом московское правительство "заработало" два миллиарда рублей. Семьи, которые взяли детей-инвалидов или много детей из других регионов, не получают выплат, за счет этих денег мы строим сейчас эту плитку. Это абсолютно антигуманно.

Переходя к вопросу об активности, гражданской позиции, об управлении. Это надо брать в руки, никто не даст нам этого. Первое: почему они не отдадут? Не только потому, что Путин, имперский город и так далее. Сейчас по моей просьбе и просьбе моих соседей "Трансперенси Интернешнл" провели расследование, что за строительство в парке "Дубки", с которым мы все боремся. Там люди выступают против очень активно, вдруг возникло это, этого не было в городе. За этим стоит, предположительно, я не могу утверждать, потому что суда не было, что вице-мэр Хуснулин имел свой интерес в этой стройке. Эксперты говорят, что этот интерес мог бы выражаться в размере 240 миллионов рублей. Маленькая, но приятная вещь для некоторых, а для нас неприятная, потому что в нашем родном парке строят огромный дом. Именно за это они рвутся, не хотят это отдавать, зачем им давать нам распоряжаться этими деньгами.

Михаил Соколов: Кстати говоря, еще одна деталь, которую я не могу не вспомнить, как раз Игорь Николаев, кандидат одной прогрессивной партии, сегодня сообщил, что из состава природного комплекса города исключается большой перечень участков, в том числе два участка в Западном округе.

Юлия Галямина: Это информация прошлой недели, они сейчас просто перекраивают. За 15 лет мы три тысячи гектаров зеленых зон потеряли в Москве.

Я к вопросу о гражданской активности, участии. Вот уже больше 50 дней в Москве около офиса "Единой России" голодают многодетные матери. Они голодают не за себя, они голодают против коррупции в данном случае в департаменте городского имущества, хотя она проела все департаменты нашего города. Они совершенно не хотят отступать. Когда мне некоторые депутаты предлагают: ну что же вы такая негуманная, вы поддерживаете их, надо бы заставить перестать голодать. Это взрослые люди, граждане, которые сделали свой взрослый выбор. Они это делают, мы их поддерживаем.

Конечно, хочу, чтобы они перестали голодать, потому что это неправильно, когда многодетные матери сидят около офиса "Единой России" и голодают, но нет сейчас другого у них выхода и у нас нет никакого другого выхода, кроме как сопротивляться всеми средствами возможными, в том числе, когда мы пойдем в Государственную Думу. Мы не будем просто так уходить с голосования, если нам этот закон не нравится, или голосовать "за" под давлением окружающих людей, мы будем всегда отстаивать свою позицию до конца по любым вопросам. Вот это самое важное: чтобы наши граждане начали вести политически активно себя, граждански активно, и политики, которых они выбирают, были принципиальными и шли в своих позициях всегда принципиально.

Михаил Соколов: Кстати, о коррупции, я сегодня обратил внимание на очень интересное сообщение. Сергей Митрохин, может быть, не только он, раскопал, но тем не менее, помните, был скандал на ВДНХ, вдруг срочно стали рубить ели, а вместо них решили посадить липы. Эта липа при рыночной цене 32 тысячи рублей покупалась по 557 тысяч за штуку.

Андрей Клычков: Она сразу с лампочками просто.

Михаил Соколов: Я не знаю, может быть, нанолипа, она там умеет что-то еще, но факт тот, что такие истории надо расследовать, те, кто обладает какими-то депутатскими правами, думаю, какие-от запросы должны писать срочно.

Андрей Клычков: Так получается, хорошо это или плохо, но мы впятером по количеству обращений, в том числе в правоохранительные органы, обгоняем всех остальных 40 депутатов. Уже, к сожалению, пол-леса Сибири перевели на эту бумажную волокиту. К сожалению, она не всегда дает успех, потому что, с одной стороны, не хватает той самой общественной поддержки, а иногда она нужна, чтобы продавить какой-то вопрос. С другой стороны, мы понимаем, что нет четкой системы защиты, которая не позволяет пробить всегда тот или иной вопрос до окончательной проверки. Теперь что касается темы, которую мы обсуждаем.

После заявления о том, что из-за большевиков снесли палатки, умиление наступает, когда говорят, что есть заявления программные Касьянова. Где был Касьянов? Он же в правительстве у нас был. Может быть, давайте еще поговорим о том, что Егор Тимурович не смог реализовать те планы, которые у него были замечательные. Кто заложил эту систему? Коммунисты опять виноваты, большевики.

Михаил Соколов: Я предлагаю компромиссный вариант: у нас всегда виноваты во всем журналисты, которые обо всем рассказывают.

Андрей Клычков: Что касается образования, здравоохранения, лекала-то какие – те же самые европейские, то, что сейчас пытается сделать Исаак Иосифович Калина в Москве, сломать все, что есть, и сказать: у нас есть рыночные отношения, у человека есть выбор между социальными обязательствами и между экономическими перспективами. Теперь, что касается перспектив, я, может быть, возьму на себя слишком большую смелость, но я должен вас расстроить. Наши с вами москвичи, сограждане, через два месяца, когда Сергей Семенович Собянин закончит благоустройство, скажут: все хорошо, мы всем довольны. Это, наверное, парадокс нашей Москвы и многих других регионов. Посмотрят, что плитка светлее, чем асфальт, – это будет хорошо.

Михаил Соколов: Плетью обуха не перешибешь.

Андрей Клычков: В данном случае я депутат, вы претендующие на мандаты депутатов, мне кажется, важный вопрос рассуждения не последствия, а содержательность момента, использование средств, как используют, каким образом эти решения были приняты. На сегодняшний день, мне кажется, издевательством выглядит в кризисный период использование четвертой части бюджета на благоустройство, прием центральной части, хотя требования больше к благоустройству районов, где люди живут, а не гуляют.

Что касается парковок, мы все привыкли, модно говорить, что надо решить транспортную проблему. Ни в одной стране транспортные проблемы не решены строительством дорог. Мы этим занимаемся в городе, при этом не создаем альтернативы через нормальный качественный общественный транспорт.

Михаил Соколов: Только что кризис с маршрутками. Ликсутов отрицает, что он есть, а люди уже весь "Фейсбук" закидали фактами.

Андрей Клычков: Что касается тарифов. Коммунисты вносили законопроект: давайте вернем полномочия Мосгордуме по контролю за тарифами, потому что тарифная заявка утверждается после бюджета – это смешно. Вам выделили 100 миллиардов, они под них расписывают тарифы. Капитальный ремонт 15 рублей с одного квадратного метра. Мы посчитали, сумма невыполненных обязательств по капремонту один триллион рублей. Так вот, это четыре года программа по благоустройству, можно было сделать все, но мы занимаемся плиткой.

Михаил Соколов: В смысле они, власти?

Андрей Клычков: Они занимаются плиткой. Что касается некоей альтернативы протесту и запросам граждан, заменили "Активным гражданином". Многие наши сограждане говорят, что они голосуют, я не знаю, за что они голосуют, потому что ни одного актуального вопроса там нет физически.

Михаил Соколов: По переименованию станции "Войковская".

Андрей Клычков: В Москве то, о чем говорят коллеги, по голодающим многодетным, эта проблема имеет гораздо большие границы, на самом деле 80, а то и больше тысяч человек, на сегодняшний день закрытие программы предоставления жилья социального, 1991 года, четыре года подряд об этом рапортуют, что с 1991 года закрыли. Москва – единственный субъект, который не предоставил земельные участки для многодетных, то, что было предусмотрено еще указом медведевским. И палатки, возвращаясь к большевикам, коммунисты единственные на сегодняшний день, кто пошел в Конституционный суд, проводит митинги. Я там больше никого не вижу, только одни коммунисты, потому что остальным вроде бы неудобно.

Сносят какие-то палатки, нерусские там работают. Я хожу туда и защищаю, буду защищать дальше по одному лично для себя важному правилу: есть закон – вы его исполняйте. Даже та 212-я статья гражданского кодекса не предусматривает самостоятельный снос, если есть собственник, если есть документ.

Реагируя на заявления Сергея Семеновича о филькиных бумажках, дайте мне список возбужденных уголовных дел, привлеченных к ответственности и дальше судебного решения с конфискацией, если вы выдали эти бумажки, человека привлекли к ответственности. В этой связи коммунисты со своей программой национализации стратегических отраслей производства просто выглядят детьми. Мы предложили прийти, провести проверку, вернуть деньги людям, потом вернуть государственную собственность. Здесь же Сергей Семенович снес.

Михаил Соколов: Вы его в анархисты записали, похоже.

Андрей Клычков: Я его считаю либералом, но коллеги относят к какому-то другому.

Юлия Галямина: Он не либерал. Либерал – это человек, который за правозаконность, за свободу. Главное, чтобы работал закон, я с вами абсолютно в этом смысле согласна, чтобы закон соответствовал нашей конституции. У нас сейчас законы такие принимают, например, "пакет Яровой", он разрушает нашу правовую систему, не просто интернет-отрасль разрушает.

Андрей Клычков: КПРФ проголосовала против этого пакета.

Юлия Галямина: Мы с вами можем сотрудничать по очень многим вопросам. Вопрос в том, что у нас сейчас разрушение правовой системы идет и на уровне законодательном, и на уровне исполнительном. Именно эту систему надо менять. Надо, чтобы права человека соблюдались, чтобы конституция соблюдалась. Я однажды сидела в автозаке, говорила полицейскому: вот конституция. "Я не знаю никакой конституции, у меня есть распоряжение начальника УВД".

Михаил Соколов: А за это его надо было уволить, поскольку он человек безграмотный и делает абсолютно гнусные антиконституционные заявления.

Я хочу еще одну тему поднять, она, мне кажется, очень важная – Москва и остальная страна. Я о зажравшейся Москве слышу постоянно, когда я уезжаю из Москвы. Действительно разрыв в уровне жизни, во всем, он есть. Получается так, что есть столица, есть Москва, которая приросла еще Новой Москвой, она становится таким азиатско-африканским мегаполисом, который расползается уже на Московскую область, неуправляемая совершенно агломерация. Сюда с другой стороны втягиваются деньги, здесь чуть ли не 75% дорожного строительства в Москве и Московской области уже. Это же проблема для остальной России. Москва пухнет, а все остальное хиреет.

Андрей Зубов: Совершенно очевидно, что это опять же система налогов, но не только система налогов. В огромной степени это связано с совершенно нарушенной системой производства. У нас сейчас практически в стране очень мало производится вторичной продукции, у нас в основном или полезные ископаемые, или природные богатства страны, или что-то с очень маленьким циклом обращения, скажем, зерновые культуры, которые можно за один год посадить, собрать. Скажем, мясо-молочное производство уже сложно, потому что там надо ждать несколько лет, пока вырастут коровки, соответственно, никто не гарантирует, что собственность останется в тех же руках.

Опять же, проблема незыблемости собственности – это огромная для нас проблема. Она связана, собственно говоря, и с той проблемой, которая уходит в прошлое. Дело в том, что если мы не восстановим права собственности, нарушенные большевиками, то мы никогда не начнем верить в незыблемость прав собственности сегодня. Поэтому все страны Центральной Европы провели реституцию прав собственности – это важнейшая задача, без которой не будет строительства новых экономических отношений в России. Это один очень важный момент. Смотрите, до революции разве мы можем сказать, что Москва росла за счет Курска, Харькова или Новосибирска, Новониколаевска тогда? Нет, конечно. Тогда очень быстро разрасталось все государство, в отличие от советского периода, когда все это командно-административным методом управлялось, тогда это было самоуправление, это были городские думы, это были земства. Мне кажется, что сейчас незыблемость частной собственности, самоуправление на всех уровнях, вплоть до национального парламента.

Михаил Соколов: Вы забыли слово "федерация". Россия – федерация только по названию теперь.

Андрей Зубов: Конечно же. Я обращаю внимание, что старая Россия не была федерацией, но там не было концентрации ни в Москве, ни в Петербурге, потому что был нормальный живой экономический организм, политически там была масса проблем, но экономически был нормальный живой организм перед революцией последние десятилетия. А сейчас это абсолютно больной организм. Восстановить его как живой, исцелить его – это наша задача. Я думаю, что мы идем в Думу в значительной степени именно для этого.

Михаил Соколов: Андрей Евгеньевич, ваш комментарий – Москва и то, что обидным словом "провинция" называется, как не обидеть москвичей, а другим дать жить нормально?

Андрей Клычков: То, что мы видим сегодня в Москве и Санкт-Петербурге, наверное, еще два-три крупных региона, которые являются центром притяжения, – это все-таки не результат большевиков в царской России, а это результат того 25-летнего курса, который привел к развалу, децентрализации, нарушению народно-хозяйственных связей, которые существовали в советское время.

Когда мы говорим о том, что нужно восстановить права собственности до революции, – это вообще смешно. Вспомните 1990-е годы, раздали наделы гражданам нашим, развалив колхозы, совхозы, что мы из этого получили, я могу ошибаться, 40 миллионов гектар на сегодняшний день поросли бурьяном. Это потому что отсутствует система коллективной ответственности и взаимодействия в первую очередь в сельском хозяйстве. Мы страна, нравится это или не нравится, коллективная, не создавая систему коллективного взаимодействия, обеспечения народно-хозяйственных связей, мы ничего не сделаем.

Андрей Зубов: Кто вам сказал, что у нас страна коллективная?

Андрей Клычков: Я в этом убежден.

Андрей Зубов: Я убежден как историк, что мы не страна коллективная.

Андрей Клычков: На сегодняшний день не нужно придумывать никаких велосипедов, нужно децентрализовать даже не систему управления, а систему народно-хозяйственных, финансовых, экономических связей через поддержку регионов. 19 тысяч населенных пунктов без населения, потому что людям негде учиться, негде лечиться, им нечего делать.

Михаил Соколов: Значительная часть на Севере, где жить невозможно. Люди уехали.

Андрей Клычков: Они уехали по этим же причинам. Создать систему развития регионов через инфраструктурные проекты, вложение денежных средств именно в развитие, тогда люди потянутся.

Михаил Соколов: Это вы роль государства подчеркиваете.

Юлия Галямина: Надо не поддержать регионы, а дать регионам самостоятельно развиваться, местным поселениям, в том числе сельским. У нас земли отобрало государство, но при этом налоги оно местному самоуправлению не платит, хотя земельный налог – это местный налог. Государство считает, что оно не должно платить местным властям, возвращать налог. Вертикаль власти состоит не просто в командных отношениях – это и финансовые отношения, когда у нас муниципалитет является подчиненным почему-то региону, а регион подчинен федерации, хотя это совершенно не так, это разные уровни, которые вступают в сложные отношения друг с другом. Но у нас царь-батюшка, и дальше пошло вниз.

Андрей Зубов: Я замечу такую вещь, у нас мало кто обращает внимание, в конституции прямо сказано, что местное самоуправление не входит в систему государственных органов. Это, между прочим, прямое воспроизводство земской системы, когда было все то же самое.

Михаил Соколов: Восстановим земство?

Андрей Зубов: Конечно, это очень нужно.

Юлия Галямина: Нарушается конституция и тут тоже. Все наши экономические и федеральные проблемы связаны с политикой, с политической волей, то, как хотят управлять – хотят управлять вертикально. И наша школьная реформа в Москве – это то же самое.

Михаил Соколов: Сокращение здравоохранения, то, что происходило.

Андрей Клычков: К примеру, есть поселок, в нем три дома, там есть десять депутатов, они должны выстроить свою систему образования и здравоохранения?

Юлия Галямина: Есть подушевое финансирование, на эти деньги выстраивай систему.

Михаил Соколов: Я подозреваю, что если бы спросили действительно москвичей, что они хотят, вот этот гранит или нормальные поликлиники и несокращение врачей, я думаю, что ответ был бы ясный. Если бы была нормальная обратная связь, извините, сейчас она заменена искусственным "Активным гражданином" и самопиаром бесконечным дорогим и за счет людей.

Вот эти изменения, вы хотите одного, вы хотите другого, вы хотите третьего, ваши изменения можно осуществить, скажем, в рамках для Москвы, чтобы было хорошо Москве, да и другим тоже, при нынешнем президенте, при нынешней власти?

Андрей Клычков: Я думаю, что для того, чтобы что-то изменить в нынешней системе координат управления, безусловно, нужно поменять верхушку управления. В данном случае правительство, в любом случае оно должно уйти, потому что люди, которые там сидят, большинство из них просто никчемные, лишь малая часть способна на какие-то.

Михаил Соколов: А президента оставите?

Андрей Клычков: Президента избрали. Через два года будут выборы, и мы приложим все усилия для того, чтобы президента поменяли, безусловно.

Юлия Галямина: Я думаю, что если сейчас люди придут на выборы Государственной думы и выберут другую Думу, туда не придет ни "Единая Россия", ни "Справедливая Россия", про КПРФ я не буду говорить в присутствии, если придет другая Дума, то, в принципе, возможны любые изменения, просто поменяем эту систему. Это возможно, если нас поддержат жители.

Михаил Соколов: А Путина поменяете?

Юлия Галямина: Путина невозможно поменять, его выбрали люди. Но если поменяется система, то уже и Путин будет другой, а дальше уже и Путина, может, не выберут, я надеюсь очень на это.

Андрей Зубов: Во-первых, хочу сказать, что у нас с Юлией Евгеньевной нет разных мнений по большинству вопросов, даже в некоторых моментах московского самоуправления мы идем совместно.

Во-вторых, мы, безусловно, считаем, чем быстрее пройдет люстрация, которая руководство КГБ удалит от власти, в том числе и Путина, тем будет лучше. Потому что эти люди не умеют управлять, они преступники еще с советских времен, поскольку добровольно пошли в преступную организацию КГБ. Поэтому импичмент Путину, если он возможен юридически законными методами, чем быстрее он будет осуществлен новой Думой, тем будет лучше. Другое дело, что это нелегкий вопрос в осуществлении. Но мы считаем, что несчастный Медведев, конечно же, только игрушка в руках Путина, министры только игрушки в руках Путина, Путин назначает людей на все руководящие посты. Поэтому не уберешь кукловода, менять только кукол – это бессмысленный разговор.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG