Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Виолетта Рябоконь родилась в Украине. В 2001 году она вместе с матерью и отчимом приехала из Донецкой области в Свердловскую. Все эти годы Виолетта жила в России без каких-либо документов, кроме свидетельства о рождении. 12 сентября этого года 19-летняя Виолетта в серовской городской больнице №1 родила дочь Элеонору. Врачи сообщили Виолетте, что они хотят оставить ребенка в больнице. Объяснили – так положено по закону, если у матери нет паспорта и ее личность не установлена.

Виолетта Рябоконь

Виолетта Рябоконь

– Я дочь девять месяцев вынашивала, я не могу ее никому отдать. Я очень хотела ребенка, сильно ее ждала, – рассказывает Виолетта Радио Свобода. – Когда педиатр сказал, что дочь не отдадут, у меня началась истерика. Мне вызвали психолога. Она стала меня убеждать, что для дочери сейчас будет лучше в больнице. Психолог говорила, что я смогу Элеонору забрать, только когда восстановлю документы. Но я же знаю, что мою проблему с документами решить невозможно, я уже пыталась много раз.

Виолетта закончила коррекционную среднюю школу в селе Романово Свердловской области, несмотря на отсутствие регистрации и других документов. Школа действовала правильно – в федеральном законе "Об образовании" четко говорится: не принять ребенка в школу можно только в одном случае – если в образовательном учреждении нет мест. Учитель Виолетты Наталья Сыстерова возмущена ситуацией, в которой оказалась ее выпускница:

– Мы проблему Виолетты с документами пытались решить, но безрезультатно. Потом бывшая ученица переехала в другое село, радостно писала мне, что ждет ребенка. Виолетта очень добрая, отзывчивая и трудолюбивая. Немного легкомысленная из-за юного возраста. Неправильно у нее дочь отбирать. Несправедливо, но мы привыкли к несправедливости. Мы живем у черта на куличках, и никому мы, люди из сельской местности, не нужны.

Чиновники бросали трубку, ничего толком не объясняли

Когда Виолетте исполнилось 14 лет, она пошла в местное отделении полиции, чтобы получить российский паспорт. Виолетте ответили, что она гражданка Украины, поэтому российский паспорт ей не дадут. И посоветовали обращаться в миграционную службу.

– В поселке Восточный Свердловской области, где я раньше жила, сотрудники УФМС вздыхали, что не могут мне ничем помочь, и отсылали меня в Екатеринбург. Я пыталась до УФМС в Екатеринбурге дозвониться. Много раз звонила, но чиновники бросали трубку, ничего толком не объясняли. Даже часы работы узнать не смогла. Кроме того, выбраться в Екатеринбург для меня большая проблема. Я боюсь большого города, стесняюсь разговаривать с незнакомыми людьми. И денег на поездку в Екатеринбург не хватало.

После окончания школы Виолетта работала сторожем, получала зарплату 300 рублей в день. На работу с более высокой зарплатой ее не брали из-за отсутствия паспорта и регистрации. Семья с трудом сводила концы с концами. Мать Виолетты Татьяна Багненко одна содержит шестерых несовершеннолетних детей. Самому младшему три года. Багненко рассказывает, почему Виолетта пятнадцать лет живет в России на нелегальном положении:

Нельзя шантажировать нас ребенком

– В опеке Серова нам говорят: "Если хотите получить ребенка, вы должны начать процесс оформления документов". Мол, мы должны поехать в посольство Украины в Екатеринбург или лучше сразу на Украину, чтобы сделать дочери украинский паспорт. Как они себе это представляют? Как дочь пересечет границу без документов? Кроме того, сейчас у меня нет возможности купить билет на Украину. Нет даже денег, чтобы до Екатеринбурга добраться. Пять часов туда ехать. Нужно купить билеты и в городе где-то переночевать. За один день мы не управимся. Я работаю сиделкой, семья большая, денег нам хватает только на самое необходимое. Мне чиновники в ответ предлагают у кого-нибудь занять деньги. Не у кого! Все сбережения потратила на подготовку к рождению внучки. Я недавно ушла от мужа, потому что он пил, бил меня и обижал детей. Опека решила нас обоих ограничить в родительских​ правах. Я стала за своих детей бороться. Мы переехали из другого поселка в село Сосьва, от бывшего мужа подальше. Я кручусь как могу, стараюсь для детей. Карточка, на которую приходят детские пособия, сейчас у бывшего мужа. Он снимает с нее деньги. Но я перед родами ремонт сделала, купила для внучки кроватку и коляску. У меня семь детей. За школу и детсад платить, за все платить. У меня украинский паспорт, я получала разрешение на временное проживание, а Виолетта при мне всегда была. Я понимаю, что сейчас надо Виолетту в России легализовывать, но нельзя шантажировать нас ребенком. Дочь в панике, а опека повторяет свое, совершенно не пытаясь вникнуть в наше положение и предложить нам помощь.

В отделе опеки и попечительство города Серова Радио Свобода дали такой комментарий.

Государство относится к беженцам и мигрантам бесчеловечно. Но особенно страшно, когда от такого жестокого отношения страдают дети

– Мы согласны, чтобы Виолетту выписали из роддома вместе с Элеонорой, но при условии, что девушка начнет оформление документов. Мы, наверное, разрешим Виолетте забрать дочь домой, но будем в дальнейшем наблюдать за семьей и контролировать. Мать Виолетты мы уже давно знаем. На наш взгляд, Татьяна Викторовна с трудом справляется с выполнением родительских обязанностей. Два раза Багненко с нашей помощью выиграла суд по делу об ограничении ее родительских прав. Мы ей тогда помогли, а она на нас журналистам жалуется. Я думаю, что следующий суд по делу об ограничении родительских прав Татьяна Викторовна проиграет.

Сотрудники управления социальной политики по Серову и Серовскому району отказались давать комментарии Радио Свобода. Но Андрею Клеймёнову, журналисту издания "Глобус", чиновники этого ведомства сказали, что Элеонору матери, скорее всего, не отдадут.

В городской больнице №1 города Серов Радио Свобода сказали, что Виолетту выпишут из родильного отделения вместе с дочерью, потому что им все время кто-то звонит. Организация "Всероссийское родительское сопротивление" пригрозила обратиться в органы прокуратуры с просьбой провести проверку заявлений со стороны чиновников.

Виолетта Рябоконь в родильном отделении. Фото Андрея Клеймёнова

Виолетта Рябоконь в родильном отделении. Фото Андрея Клеймёнова

Игорь Мороков, уполномоченный по правам ребенка в Свердловской области, заявил журналистам, что нет никаких оснований не отдавать ребенка матери.

– Детей у мигрантов в России отбирают очень часто. В ситуации с Виолеттой Рябоконь опека ведет себя традиционным образом, – говорит Любовь Мосеева-Элье, юрисконсульт в Калужском общественном правозащитном движении "За права человека". – Недавно в Калуге мы помогли гражданке Кыргызстана через суд вернуть ребенка. Другой семье мигрантов пришлось покинуть страну после того, как им пригрозили забрать детей. Жительнице Молдовы не хотели отдавать детей из дома ребенка. Она уехала на родину, чтобы восстановить документы, а когда пришла за детьми, ей сказали, что они теперь "государственные". Такое ощущение, что органы опеки делают все возможное, чтобы российские дома ребенка не пустовали.

Опека не имеет никакого права забирать дочь у Виолетты, несмотря на ее проблемы с документами. Закон защищает право матери быть вместе со своим ребенком. Государство может забрать ребенка только при непосредственной угрозе жизни и здоровью. В ином случае это будет нарушение Семейного кодекса РФ и Конвенции ООН о правах ребенка.

Рекомендация чиновников ехать на Украину и оформлять там украинский паспорт тоже абсолютно типичная и некорректная. Чиновники так делают для собственного удобства. Я могу посоветовать Виолетте подавать заявление на установление личности в районное отделение полиции. К сожалению, это очень долгая процедура. Минимум один месяц, если заниматься только этим вопросом. Но, если Виолетту признают лицом без гражданства, она сможет подать документы на получение российского гражданства и российского паспорта.

Светлана Ганнушкина

Светлана Ганнушкина

Светлана Ганнушкина, председатель комитета "Гражданское содействие", сказала Радио Свобода, что в последнее время к ней часто за помощью обращаются мигранты, у которых пытаются отобрать детей.

– В России искаженное понимание ювенальной юстиции. На Западе ювенальная юстиция действует в интересах детей. У нас органы опеки, вместо того чтобы помогать семье в сложной жизненной ситуации, выступают в качестве карательного инструмента. Государство относится к беженцам и мигрантам бесчеловечно. Но особенно страшно, когда от такого жестокого отношения страдают дети. Очень важно сейчас не допустить, чтобы повторилась страшная история гибели пятимесячного Умарали Назарова, которого полиция отобрала у мигрантов Таджикистана.

Почти год назад в Санкт-Петербурге гражданку Таджикистана Зарину Юнуcову задержали за нарушение миграционного законодательства. В отделении полиции у Юнусовой отобрали ребенка. Несколько часов Умарали провел в участке, а потом его увезли на скорой в Центр медицинской и социальной реабилитации детей, оставшихся без попечения родителей им. В. В. Цимбалина. Ночью ребенок умер. Вскоре Зарину Юнусову выдворили из России. В апреле этого года суд признал незаконными действия следствия по делу о смерти Умарали Назарова.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG