Ссылки для упрощенного доступа

В феврале федеральный судья в американском штате Вашингтон приостановил исполнение указа президента Трампа, которым вводился временный запрет на въезд в Соединенные Штаты граждан семи стран с преобладающим мусульманским населением. Администрация не стала оспаривать решение, а переработала некоторые положения указа в надежде, что в новой своей редакции он вступит в силу 16 марта, но опять просчиталась; президентская директива была снова заблокирована, на сей раз – федеральным судьей на Гавайях.

По мнению многих комментаторов, причем как сторонников, так и противников Трампа, решающими в судебном запрете на исполнение и первоначального президентского указа, и его пересмотренной версии были соображения не столько юридические, сколько политические. Оба федеральных судьи, и в штате Вашингтон, и на Гавайях, упирали в своих постановлениях не на то, что указы Белого дома явным образом нарушают закон, а на заявления, которые Трамп и люди из его ближайшего окружения делали еще в ходе предвыборной кампании по поводу закрытия доступа в Америку всем мусульманам.

Встреча в аэропорту в Вашингтоне

Встреча в аэропорту в Вашингтоне

Поэтому Верховному суду (а дело почти наверняка дойдет до Верховного суда, ведь не похоже, что апелляционная судебная коллегия в Калифорнии отменит постановление нижестоящей инстанции) предстоит решать редкую, если не беспрецедентную, задачу: имеет ли политическая риторика приоритет над действующим законодательством, регламентирующим иммиграционную политику Соединенных Штатов? Исходя сугубо из закона, указы Трампа, с большой долей вероятности, правомочны. Да и вообще, чего стоят в правовом плане декларации, озвученные в пылу предвыборной борьбы? С позиции же критиков обоих указов, в декларациях кандидата Трампа допустимо усматривать его подлинное отношение ко всем представителям определенной религии, а оно по сути своей дискриминационно, что противоречит Конституции. Однако, как заметил видный правовед, профессор Гарварда Алан Дершовиц, нет ничего антиконституционного в признании того факта, что исполнителями терактов, равно как и их жертвами, являются преимущественно мусульмане.

Во всей этой истории есть один казус: юрисдикция федеральных судей распространяется официально лишь на те округа, в которых они "прописаны". Тем не менее и судья в Вашингтоне, и его гавайский коллега заблокировали исполнение директивы Трампа в масштабах всей страны. Как такое возможно? Отвечает эксперт фонда "Наследие" Ганс фон Спаковский:

– Логическое обоснование, приведенное обоими судьями, было одинаковое: запрет не тотальный, а ограниченный лишь пределами их округов, приведет к хаосу, к неединообразному применению распоряжения центральной власти на территории всей страны. Мне кажется, в обоих случаях судьи превысили свои полномочия, но исполнительная власть пока с ними по данному аспекту проблемы не спорит.

– Одновременно с запретом, наложенным на первоначальный указ Трампа судьей в штате Вашингтон, другой федеральный судья в Массачусетсе, несмотря на идеологические расхождения с президентом, постановил, что предложенная им мера с чисто правовой точки зрения абсолютна законна. Трамп мог, таким образом, пойти за вторым судьей и проигнорировать первого, но он этого не сделал, а предпочел переработать указ. Почему?

– Трамп, на мой взгляд, поступил совершенно резонно: он не хотел рисковать, ибо неподчинение судебному постановлению могло спровоцировать конституционный кризис между двумя равноправными ветвями власти. Но согласитесь, ситуация прискорбная: федеральные судьи в двух разных частях страны принимают диаметрально противоположные решения. Я разделяю принципиальный подход судьи в Массачусетсе, который можно сформулировать так: судебная власть вправе сколько угодно расходиться с властью исполнительной идеологически и политически, их воззрения могут быть абсолютно полярными, но это никак не должно влиять на судебное определение того, отступил или не отступил президент в рассматриваемом деле от закона. Судья в штате Вашингтон, видимо, считал иначе.

Акция протеста против указа Трампа о мигрантах

Акция протеста против указа Трампа о мигрантах

– В чем вы видите принципиальное отличие первого указа Трампа от второго? Помимо того, что из-под распоряжения были выведены те, кто имеет вид на жительство в США или действующую американскую въездную визу?

– Принципиальное отличие, по-моему, одно: первоначально приостанавливался въезд в США граждан семи стран, в которых, согласно нашему собственному Госдепартаменту, существует повышенная террористическая опасность. И власти которых не сотрудничают с нашей иммиграционной службой в вопросах фильтрации подозрительных лиц, испрашивающих въездную визу в Америку. В новой редакции из списка был удален Ирак, поскольку тамошние власти стали взаимодействовать с Вашингтоном в указанной области. Я не в силах объяснить, почему это не убедило критиков в том, что Трамп не вводит повсеместный запрет на въезд мусульман, а на самом деле своими распоряжениями желает укрепить национальную безопасность Соединенных Штатов. Дело не в исламе, а в принадлежности к группе стран повышенного риска терроризма. Ни в первом, ни во втором указах не упоминаются, к примеру, мусульманские Пакистан и Саудовская Аравия, ведь их спецслужбы имеют рабочие контакты с нашими. В списке остались государства-спонсоры терроризма, Иран, Сирия и Судан, а также Ливия, Сомали и Йемен, где царит анархия, где нет структур, способных нормально просеивать потенциальных туристов и беженцев. Даже в отношении шести оставшихся стран президентский указ предусматривал запрет не бессрочный, а продолжительностью всего несколько месяцев, что дало бы администрации время разработать более действенные методы выявления в беженско-туристском потоке лиц, причастных к терроризму. Администрация не хотела повторять печальный опыт Европы, которая не отфильтровала прибывающих беженцев, позволив террористам ИГИЛ (запрещенная в России террористическая организация. – РС) просочиться в страны ЕС, – полагает эксперт фонда "Наследие" Ганс фон Спаковский.

Второй указ отличается от первого еще и тем, что из него был удален пункт о преференциях, которыми будут пользоваться при въезде христиане, проживающие в странах, попавших под президентское распоряжение. Подчеркнутое выделение христиан критики расценили как дискриминацию по признаку вероисповедания. Поэтому во второй редакции раздел о преференциях и исключениях распространяется на все религиозные меньшинства, а не только на последователей Христа – адептов бахаизма, шиитов в суннитских странах, суннитов – в шиитских.

Акция в поддержку американских мусульман

Акция в поддержку американских мусульман

Критики, ссылаясь на слитые прессе служебные документы Белого дома, также заявляют, что президент настолько одержим антимусульманскими предрассудками, что игнорирует выкладки своих собственных экспертов. Например, опасность совершения терактов исходит в основном не от лиц, зараженных радикализмом на момент въезда в Америку, а подвергшихся радикализации, уже прожив в Америке определенное время. Довод не особо убедительный, поскольку в документах речь идет главным образом о тех, кто был привезен в Америку в совсем юном возрасте и на момент въезда не мог быть носителем экстремистского вируса. Или большинство лиц, подозреваемых в терроризме, – иммигранты из стран, не включенных в трамповский список. И этот аргумент не впечатляет сторонников президента: локализация террористической угрозы меняется, и государства, из которых исходила основная угроза в прошлом, не обязательно те, что являются самыми проблематичными сегодня.

Гавайский судья, доказывая, что его штат пострадает от трамповского указа, пишет: "Жители Гавайев, имеющие родственников в указанных шести странах, не смогут с ними видеться; как высшие учебные заведения, хозяйствующие субъекты и медицинские учреждения лишатся возможности приглашать студентов или квалифицированных работников, из стран, задетых распоряжением президента". "Все это верно, – соглашаются протрамповские комментаторы, – но отношения к делу не имеет, ибо иностранцы, безотносительно к тому, имеют они родных в Америке или нет, не обладают конституционным правом на въезд в страну. Равным образом, вузы, хозяйствующие субъекты и медицинские учреждения вправе приглашать к себе иностранных студентов или работников только в пределах возможностей, устанавливаемых Конгрессом, который Конституция наделяет всей полнотой власти в иммиграционной сфере. Конгресс же, исходя из своей прерогативы, передал главе исполнительной власти полномочия запрещать въезд в Америку любым иностранцам, если это может нанести ей какой-либо вред". Так-то это так, отбиваются критики, но президент своим "антимусульманским указом" превысил полномочия, переданные ему законодательным органом. Правы они или нет, способен решить только Верховный суд.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG