Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Год независимости. Промежуточные итоги


Премьер-министр России Владимир Путин н и президент Южной Осетии Эдуард Кокойты. Москва. 26 августа 2009 г

Премьер-министр России Владимир Путин н и президент Южной Осетии Эдуард Кокойты. Москва. 26 августа 2009 г

Год назад, когда Россия вторглась в Грузию, а потом в одностороннем порядке признала независимость Южной Осетии и Абхазии, на Западе было много разговоров о том, что так просто сносить это поведение невозможно. Звучали требования бойкотировать Олимпийские игры 2014 года, исключить Россию из "большой восьмерки", прервать военное сотрудничество, заморозить переговоры с Всемирной торговой организацией.

Но вот прошел год, и отношения разморожены, и Россия как будто ничего не потеряла, пойдя на антиобщественный, с точки зрения международного права, шаг. Так что же потеряла Россия после событий августа прошлого года? Об этом говорят ведущие американские эксперты по России Дэвид Саттер (Гудзоновский институт) и Дэвид Креймер (фонд Джорджа Маршалла в Вашингтоне)

Дэвид Креймер: Можно сказать, что в конечном итоге Россия не много чем заплатила за свои действия в августе 2008 года. Да, были прерваны отношения между Россией и НАТО, приостановлено межвоенное сотрудничество между Соединенными Штатами и Россией. Администрация Буша вернула из Сената соглашение 123 о сотрудничестве в области атомной энергетики – из-за того, что случилось в Грузии. Ну и, конечно, была серьезно подмочена российская репутация, что всегда сложно измерить.

Но, в конечном итоге, менее чем за год все стороны сотрудничества были восстановлены, и Россия вновь занимает те позиции, которые она занимала до 7-8 августа 2008 года. Но трудно представить себе, а что еще Запад мог бы сделать? Конечно, никто не хотел разрывать отношения, особенно дипломатические отношения, а других вариантов практически не было.

- Да, Россия практически ничто не заплатила. Но что она потеряла в этой войне?
Россию рассматривают сейчас как страну, которая превзошла все рамки ответа на то, что происходило, применила непропорциональные меры и подверглась за это всеобщему осуждению

Дэвид Креймер: Она потеряла свое положение в международном сообществе. Ее рассматривают сейчас как страну, которая превзошла все рамки ответа на то, что происходило, применила непропорциональные меры и подверглась за это всеобщему осуждению. Если это можно рассматривать как потерю, то стоит, конечно, это упомянуть. Кроме того, ее действия несомненно изменили взгляд на Россию из Вашингтона и европейских столиц.

Но помимо всего этого и помимо непосредственной первой реакции на свои действия, Россия в долгосрочной перспективе понесла серьезный урон в отношениях с соседями, потеряла свое положение в регионе. Целый ряд государств по границам России начал рассматривать ее как менее предсказуемого и менее дружественного союзника и обратил свои взоры к возможным источникам поддержки против угрожающего российского поведения. Может быть, это самая большая цена, которую Россия заплатила за свое поведение в августе 2008 года: ухудшение отношений с соседями, которые теперь смотрят на евроатлантические институты, чтобы противостоять той угрозе, которая, как они видят, исходит от России.

- Тот же вопрос Дэвиду Саттеру, с которым год назад мы говорили именно на эту тему. Вы думаете, Россия что-то в итоге потеряла?

Дэвид Саттер: Думаю, потеряла, потому что России нужно двигаться и развиваться абсолютно в другом направлении по сравнению с тем, как она развивается сейчас. Стремление России доминировать над своими соседями противоречит интересам развития страны как демократического и миролюбивого государства, которое способно избегать конфликтов и работать с другими странами на благо всех.

Россия погружается все глубже и глубже в психологическую ловушку: в стране все больше считают, что единственный способ построить отношения с соседями – это доминировать над ними. Но таким образом можно только отвратить от себя всех соседей и тем самым создать для себя проблемы, которые в долгосрочной перспективе будет невозможно разрешить. Более того, российские власти создадут проблемы в своей собственной стране, потому что поддерживая сепаратистские настроения в Грузии, они тем самым поддерживают их и в России. Есть районы, такие, как Северный Кавказ или даже просто мусульманские республики, которые также являются кандидатами на отделение от Российской Федерации. Так что Россия не только не отказалась от порочной практики поведения, она пересекла несколько красных линий, захватив соседнюю страну, что неминуемо приведет к тому, что ее соседи будут намного более осторожно строить с ней отношения и намного больше сопротивляться неумеренному российскому давлению.
Россия погружается все глубже и глубже в психологическую ловушку: в стране все больше считают, что единственный способ построить отношения с соседями – это доминировать над ними

- Но кремлевское руководство сейчас играет на том, что Запад сначала слишком бурно отреагировал, а потом, дескать, понял, что Россия была права – ведь отношения восстановлены в полном объеме, сотрудничество - как международное, так и двустороннее - не пострадало. И в определенной мере Запад на самом деле был не совсем последователен.

Дэвид Саттер: В какой-то степени это не имеет значения, потому что вне зависимости от того, как реагирует Запад, российское поведение создает долгосрочные проблемы для самой России. Ведь не только Украина и Грузия, но и другие государства бывшего Советского Союза и Варшавского блока сейчас получили предупреждение, что Россия всеми силами стремиться доминировать в странах, которые она хочет либо контролировать, либо подчинить своим интересам. Россия просто слишком слаба, по сравнению с Советским Союзом, чтобы сделать это.

- Россия, похоже, этого не заметила или не хочет замечать. Ее поведение по отношению к соседям становится все более провокационным. Взять хотя бы недавнюю "молочную войну" с Белоруссией или пример Украины, в частности, письмо Медведева. Украинцы – даже на уровне простого общественного мнения – начинают опасаться, что Россия предпримет в Крыму ту же тактику, которую применила в Южной Осетии и Абхазии. То есть раздаст российские паспорта, а потом начнет защищать "своих российских" граждан. Складывается впечатление, что такое поведение просто в крови у нынешнего российского руководства и никакие уроки здесь не действуют.

Дэвид Креймер: Думаю, было бы справедливо сказать, что поведение России в последнее время показывает, что страна не извлекла урока из прошлого. Но это – не первый раз, когда Россия не извлекает уроков из своей собственной ошибочной политики. Возьмем, к примеру, 2004 год, когда Россия с помощью денег и довольно грубого вмешательства и поддержки Януковича получила обратный результат: украинские избиратели решили, что они, а не российское руководство, будут решать, кому руководить их страной.

Аналогичный пример есть и в этом году. Августовское письмо Медведева Ющенко, которое вы упомянули, тоже жесткое и, с моей точки зрения, непродуманное, если он хотел найти поддержку и друзей на Украине. Скорее всего, оно тоже обернется против России. Так что неслучайно страны по периметру российской территории начали смотреть на Запад. Туркменистан сейчас пытается ослабить зависимость от России в экспорте энергоресурсов. Киргизстан отменил свое предыдущее решение о базе Манас, что позволит Соединенным Штатам там остаться. А когда Россия заявила о своих планах создать вторую базу в Киргизстане, Узбекистан отреагировал крайне негативно. Белоруссия продолжает встречи с Западом, хотя президент Лукашенко и будет встречаться на этой неделе с президентом Медведевым. Так что российские отношения с соседями в целом за последний год значительно ухудшились. И это в значительной мере связано с тем, что произошло в Грузии в прошлом августе.

- Отношение с соседями – это в крови нынешней кремлевской администрации? Или это какое-то историческое наваждение, от которого Россия никак не может отказаться?

Дэвид Саттер: Нет, я думаю – это в природе именно тех людей, которые находятся сейчас у власти. Это небольшая группа людей, которые присвоили себе монополию на политическую и даже экономическую власть в стране. И они всячески стремятся отвлечь общественное мнение в стране от собственных грехов – от коррупции, от преступности, от плохого управления. И нет лучшего способа, особенно учитывая сегодняшний менталитет людей, чем ввязаться в международные авантюры.

Трагедия России состоит в том, что российские люди в большинстве своем не осознают источник своих проблем. Их легко отвлечь. Они склонны винить во всех бедах либо каких-то собственных козлов отпущения, либо внешний мир. И часто они не понимают, что достоинство страны состоит не в том, сколько государств она может контролировать. Царь Александр III сказал крылатую фразу, что у России нет друзей, кроме ее армии и флота. И это отношение не только по-прежнему бытует в умах россиян, но и усердно внедряется подконтрольными государству средствами информации.
Трагедия России состоит в том, что российские люди в большинстве своем не осознают источник своих проблем

- Какое будущее открывается для этих двух территорий, которые, вероятно, еще долгие годы так и останутся никем, кроме России, не признанными государствами?

Дэвид Креймер: Это унизительно для российской дипломатии. Даже Лукашенко пока отказывается признавать Абхазию и Южную Осетию как независимые государства. И тот факт, что никто не хочет их признавать, на мой взгляд, означает, что у этих двух республик будет очень трудное будущее - с точки зрения реальной независимости, в том числе, и независимости от России. И, честно говоря, Южная Осетия в принципе не может выжить и существовать без российских субсидий и помощи. Абхазия немного в другом положении. Но даже там тот факт, что никто не признал абхазскую независимость, показывает дипломатический провал России в мире.

- У Абхазии еще есть возможность развития. В конце концов, красивая береговая линия, выход к морю, обещание России влить миллионы долларов... Кстати, российские офицеры уже немало денег вливают в строительство там частных дач и вилл. Республика лидирует по части отмывания денег, поскольку находится вне государственных норм законности. Но Южная Осетия?

Дэвид Саттер: Южная Осетия? Я думаю, она превратится в своего рода государство-попрошайку и будет во всем полностью зависеть от России. Может быть, даже больше зависеть, чем она того хочет. И, конечно, ее могут использовать в любой момент для того, чтобы вновь накалить отношения с Грузией, вновь устроить какую-то провокацию. Ведь иностранные наблюдатели выведены – даже с грузинской стороны. Но в обоих случаях – и для Южной Осетии, и для Абхазии – будущее довольно мрачно. Если они думали, что получают подлинную независимость, они будут сильно разочарованы, потому что экономически они - несостоятельны, международно – не признаны, они полностью зависят от государства, у которого явно есть агрессивные намерения в отношении соседей. Так что я готов предположить, что в результате они мало что получат от этого своего статуса.

- Каковы будут последствия непризнания для этих двух территорий?

Дэвид Креймер: Нестабильность. Чего Россия, по-моему, должна хотеть меньше всего, учитывая проблемы, которые у нее существуют на Северном Кавказе. Убийства, расправы, теракты, взрывы происходят практически ежедневно. Ситуация на Северном Кавказе чудовищна. И нестабильность, которую Россия цементирует через границу в Южном Кавказе, признавая независимость территорий, поддерживая сепаратистские настроения, явно не помогает стабилизировать ситуацию на Северном Кавказе.

Нестабильность будет пропитывать весь этот регион. А ведь это ни в чьих интересах. Казалось бы, наоборот - страны должны совместно работать над решением социальных, экономических проблем, над решением проблемы коррупции, перемещения экстремистов и террористов по региону. Вот это – области, в которых государства должны работать вместе, а не наперекор друг другу.

Это интервью – фрагмент из аналитического радиожурнала Ирины Лагуниной "Время и мир". Полностью прочесть и прослушать его можно здесь.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG