Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Что общего у Венгрии и России?


Студенты Венгерского университета изобразительных искусств спрашивают: "Куда подевалась весна после такой долгой зимы?"

Студенты Венгерского университета изобразительных искусств спрашивают: "Куда подевалась весна после такой долгой зимы?"

Перед будапештской галереей Műcsarnok – на радость туристам и при невероятной жаре – стоит молодой человек в зимней куртке и теплых ботинках. В руках он держит плакат: "Куда подевалась весна после такой долгой зимы?". Неподалеку за происходящим следит Йозеф Мейи, куратор и профессор в Венгерском университете изобразительных искусств. Со своими студентами он каждую неделю проводит около галереи художественные акции. Куратор разрешает студентам делать, что вздумается, но смысл перформансов всем понятен и без объяснения.

Художественный протест – не единственная форма, которую используют венгры, чтобы выразить свое недовольство лидером партии "Фидес" Виктором Орбаном и решениями его правительства. Писатель и драматург Андраш Форгач почти год продолжает свой одиночный и непубличный протест: не покупает сигары, которые он иногда курит, в открывшихся "контролируемых магазинах для продажи табачных изделий". Такие магазины появились после того, как соответствующее решение в прошлом году принял венгерский парламент, аргументировав свои действия борьбой с курением среди молодежи. Но многие в Венгрии уверены: сделано это было для того, чтобы распределить прибыль от продажи сигарет между приближенными к партии "Фидес" и лояльными режиму.

Была создана государственная компания, получившая полномочия раздавать лицензии на продажу табачных изделий. Старые лавки, которых до принятия закона насчитывалось около 40 тысяч, закрыли, а вместо них в начале июля этого года появились 7 тысяч новых магазинов. О том, что сокращение почти в шесть раз количества мест продажи сигарет ударит по экономике, правительство Орбана особо не беспокоилось: оно руководствовалось политическими мотивами.​ "Даже те, у кого изначально были иллюзии, что речь идет о борьбе с курением и о стремлении оградить детей от табака, поняли, что на самом деле это раздача своего рода субсидий для друзей, – рассказывает Андраш Форгач. – Андраш Форгач

Андраш Форгач

Лицензии получили не старые владельцы табачных магазинов, а новые – даже те, кто ни разу не занимался продажей сигарет. Я не исключаю, что этим людям дали разрешения потому, что они сделали взносы в партийную кассу. К тому же даже премьер-министр не скрывает, что стоит за его решениями. Во время одного из официальных визитов в Румынию Орбан признался: "Да, я хочу поддержать тех, кто поддерживает нас". С момента открытия контролируемых государством табачных лавок Форгач решил не появляться даже на пороге таких магазинов. Сигары он старается покупать во время поездок за границу или просит друзей, чтобы они привозили ему их в качестве подарка из заграничных поездок. Но есть и те, кто бросил курить в знак протеста против действий властей. "Мне кажется, что список людей, получивших разрешения на продажу сигарет, – это попытка создать отдельный класс людей, лояльных режиму и имеющих больше денег, чем остальные венгры", – говорит Форгач.

Табачный закон не единственная неоднозначная инициатива, принятая правительством Орбана. В марте этого года утверждены поправки, касающиеся запрета спать на улице, снискавшие критику Евросоюза. Решение нацелено на бездомных, не имеющих крыши над головой, но правительство не предлагает решения, как избавиться от необходимости спать на улице. Новая законодательная инициатива сложна для применения на практике.

Еще одно спорное решение – обязать получающих стипендию студентов несколько лет отработать в стране по завершении учебы. Эта поправка направлена на предотвращение эмиграции, увеличившейся после прихода к власти "Фидес". Из Венгрии чаще уезжают именно молодые люди, получившие образование: они знают иностранные языки и имеют право на трудоустройство в других странах Европейского союза. Кроме студентов, уезжают и потому, что ключевые посты в государственных учреждениях отдают сторонникам правящей партии. Пример из недавнего прошлого – десятидневная "оккупация" музея современного искусства в Будапеште – Музея Людвига. Протестующие требовали провести конкурс на замещение вакантной должности главы музея, но их просьбы услышаны не были и была назначена фаворитка "Фидес" Юлия Фабенйи.

Можно вспомнить еще и закон о СМИ, вызвавший в конце 2010 года массовые протесты не только в Венгрии, но и за ее пределами. Он предусматривал внушительные штрафы для журналистов и медиаорганизаций за несоответствие их материалов "общественным интересам, принятым моральным нормам или порядку". Поскольку эту норму, как, к слову, и российский закон об оскорблении чувств верующих, можно трактовать довольно широко, под нее сразу попали – из-за бранной речи – композиции американского рэпера Ice-T. Стражи венгерской морали начали разбирательство в отношении радиостанции, которая транслировала песни рэпера в прямом эфире, поскольку они "оказывают негативное влияние на молодежь".

Российский закон о гей-пропаганде тоже принимался с целью оградить молодых людей от гей-пропаганды, однако его применяют к фильмам, не рассчитанным на детскую аудиторию. Лента "Зимний путь" Сергея Тарамаева и Любови Львовой пока не может получить постоянное удостоверение национального фильма из-за закона о гей-пропаганде. Против этого закона началась кампания по всему миру, особенно активны – из-за Олимпиады в Сочи – сейчас спортсмены, но никто не рассчитывает, что его положения будут смягчены. В Венгрии же закон о СМИ в 2011 году пересмотрели – в части, касающейся штрафов, а также интернет-дневников. Блоги до внесения поправок приравнивались к СМИ, а значит, подпадали под действие закона о печати, что практически сделало невозможным свободно высказывать свою точку зрения онлайн. Но большая часть спорных моментов в этом законе осталась. И здесь можно снова провести параллели с Россией: принятие жестких законов, которые нечасто используются на практике, имеет целью устрашение общества, а не стремление регулировать определенные области жизни.

Законы правительства Орбана отвлекают внимание от реальных проблем: экономика Венгрии пока не оправилась от кризиса. В прошлом году ВВП страны уменьшился на 1,7 процентов – один из худших показателей в Центральной Европе. Уровень безработицы при этом превышал 10 процентов трудоспособного населения. Это было уже второе падение экономики за последние годы после кризиса, начавшегося в Венгрии в 2009 году, когда ВВП снизилось на почти 7 процентов. И хотя в этом году начался слабый рост и экономисты пишут, что самое худшее – позади, в ближайшее время стране придется отдавать кредит, полученный пять лет назад для предотвращения дефолта.

С другой стороны, весной следующего года в Венгрии пройдут очередные парламентские выборы, и, вероятно, партия "Фидес" потеряет свое нынешнее большинство в парламенте, которое сегодня позволяет ей беспрепятственно принимать любые законы и менять конституцию, как это удобно именно ей. Оппозиция сейчас работает над созданием платформы, которая объединила бы все оппозиционные партии, чтобы на следующих выборах "Фидес" снова не могла создать коалицию с Христианско-демократической народной партией. Осенью оппозиция представит своего кандидата на пост премьер-министра: с большей долей вероятности им станет в прошлом председатель правительства Гордон Байнаи. Байнаи – кандидат, которого готовы поддержать горожане либеральных взглядов, однако в регионах ему будет сложно найти поддержку. "Венгерское общество разделено, – говорит писатель и драматург Андрас Форгач, – но я надеюсь, что правящая партия проиграет выборы". При этом назначенная за годы правления "Фидес" на разнообразные государственные посты элита останется.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG