Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Авторские проекты

"Книжное обозрение" и одинокие сердца


Обложка мартовского номера журнала London Review of Books

Обложка мартовского номера журнала London Review of Books

Продолжение цикла "Старейшая печать мира", посвященного британской прессе, – рассказ о журнале London Review of Books (LRB). За 30 лет своего существования журнал превратился в одно из наиболее важных литературных изданий Европы. Но интеллектуалы ценят его не только за это.

Помимо рецензий и критических статей, в London Review of Books публикуют короткую прозу и стихи, эссе на культурные темы. Кроме того, здесь уделяют большое внимание политике. По замыслу основателей журнала, он должен был сделаться европейским эквивалентом знаменитого New York Review of Books. В какой-то степени это удалось: тираж LRB, выходящего раз в две недели, приближается к 50 тысячам экземпляров – цифра для издания подобного рода впечатляющая.

То, что в литературном отношении журналу мало равных, признают почти все специалисты. Главное, за что критикуют LRB – крайняя левизна в сочетании с открытыми антиизраильскими настроениями. Владелица и главный редактор журнала Мэри-Кэй Уилмерс некогда заявила в интервью: "Я абсолютно враждебно отношусь к Израилю, потому что это – лживое государство".

За последние 10 лет основная часть журнала не особенно изменилась – во всяком случае, в том, что касается политических идей, которые там высказываются. Зато большой путь проделала колонка частных объявлений: кроме обычных "сниму квартиру для работы над романом" нынче тут можно найти настоящие жемчужины народного творчества. Прежде всего – в разделе объявлений о знакомствах. Идея его создания принадлежала Дэвиду Роузу, в то время – ассистенту по рекламе.

– Мне показалось, что неплохо было бы сделать такую колонку для взаимодействия читателей друг с другом – ведь этих людей связывают общие литературные интересы. Я подумал: может получиться забавный раздел, который принесет и дополнительный доход журналу. В этих объявлениях поражает способность авторов иронизировать над собой; порой их письма честны до жестокости, порой абсурдны, а главное – невероятно смешны. Так оно и продолжается с самого начала, с 98-го года. По-моему, наиболее интересно в этой колонке то, что ее авторов и читателей отличает высокий интеллект. Этот раздел целиком и полностью принадлежит им, является плодом их собственного творчества, – говорит Дэвид Роуз.

Успех, выпавший на долю колонки, стал неожиданностью для Роуза и его коллег. Разумеется, они рассчитывали не только на письма от одиноких людей, ищущих партнеров для совместного изучения трудов Жака Деррида. Однако никто и не подозревал, что объявления о знакомствах перестанут выполнять свою обычную функцию и превратятся в особый жанр, где убийственная самоирония смешивается с писательскими амбициями, нередко образуя мини-шедевры. К 2006 году популярность колонки достигла такого масштаба, что лучшие объявления выпустили отдельной книжкой. В ней попадаются неплохие образчики британского юмора.

Например, такое признание: "Застенчивый, толстый, некрасивый мужчина средних лет, подверженный долгим приступам приятной жалости к себе, ищет невозможного".

Или такое: "Негодяй, полный и законченный. Не отвечайте ни за что – пожалеете".

Или: "Это объявление – мой последний шаг по дороге к покорению мира".

Или совсем просто: "См. выше, но лучше образован и начитан. Плюс больший размер бюста. Мужчина, 38 лет".

Как писала газета "Таймс" по поводу эксцентричности авторов объявлений, "создается ощущение, будто заглядываешь под стол, за которым сидят солидные профессора, и видишь там кружевные чулочки". Что движет людьми, сочиняющими абсурдистские миниатюры и готовыми заплатить 80 пенсов за слово? Видимо, желание не столько найти спутника жизни, сколько дать выход остроумию, а то и потайным мыслям.

У Дэвида Роуза существует своя теория на этот счет:

– Представьте себе, что происходит, если вы рекламируете себя, перечисляя все свои положительные качества. Скажем, вы пишете: я – выпускник Принстона, высокого роста, хорош собой, люблю гулять по берегу, увлекаюсь поэзией Уолта Уитмена. Вы говорите о себе все эти замечательные вещи, а никто на ваше объявление не отвечает. В результате нетрудно впасть в депрессию. Те, кто пишет в LRB, поступают иначе. Они до такой степени скрываются за своими шутками, что им удается вывернуться из любой ситуации. Человек может сказать: я – лысый, раздражительный, вздорный, неуверенный в своей сексуальной привлекательности. Не исключено, что так оно и есть; пускай. Если ответа не будет, он может сделать хитрый ход и заявить: а, это я просто так, шутки ради сочинил…

Колонка объявлений о знакомствах несомненно способствовала повышению прибылей London Review of Books. Кстати приходится и грант, получаемый изданием со дня открытия от Британского совета по искусству (сегодня размер гранта – 21 тысяча фунтов в год). Однако до решения всех финансовых проблем LRB очень далеко.

Как недавно выяснилось, долги журнала превысили 27 миллионов и продолжают расти. Кредитор издания – семейный трест, наследницей которого является Мэри-Кэй Уилмерс, дочь еврейских эмигрантов, уехавших в Америку в 30 годы. Насколько можно судить по заявлениям обеих сторон, на уплате долгов никто не настаивает. Хозяйка и главред журнала комментирует сложившуюся ситуацию односложно: "Да, это деньги моей семьи; да, долги растут уже не первый год. Это не моя забота – в моем ведении только запятые".

Другие публикации цикла "Старейшая печать мира":

Британская пресса не боится цензора – боится судьи;

Spectator жаждет новой крови;

Когда критика дороже похвалы;

Мало денег – много идей;

Александр Лебедев добавил лондонцам оптимизма.


(Сюжет из рубрики "Истории Запада и Востока" программы "Время свободы – дневной выпуск".)
XS
SM
MD
LG