Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Киргизия без тюльпанов


Траурная церемония у дома правительства в Бишкеке.

Траурная церемония у дома правительства в Бишкеке.

Что случилось в Киргизии: революция, переворот или крестьянский бунт? Продолжение репортажа корреспондента Радио Свобода из Бишкека.

К своей победе победители готовы были не больше, чем президент Бакиев - к поражению. Победителям не досталось ничего. Ни милиции, ни послов, ни даже газеты, в которой можно было бы опубликовать один из тех декретов, которыми власть вознамерилась управлять государством.

И по поводу устройства нового государства вице-премьер Омурбек Текебаев отвечал, будто посмеиваясь над моими попытками быть в своих формулировках сколь-нибудь деликатным.

- Да, мы, 14 человек, объявили себя временным правительством. На каком основании? Ни на каком. По законам революции. Да, получается, что мы узурпаторы. Мы стали и правительством, и президентом, и парламентом. Это - чудовище. Это - монстр. Но другого нам просто не оставалось

- А зачем было упразднять парламент? Кто, скажем, примет теперь отставку Бакиева – если ему придет в голову о ней объявить?

- Парламента уже не было. Депутаты от правящей партии просто растворились. Их нереально было бы собрать.

С парламентом, впрочем, поначалу новая власть намеревалась все решить несколько мягче: правящую партию "Ак жол" ("Светлый путь") запретить – просто в силу процедурных нарушений, которые ее создатели в свое время в спешке допустили. А освободившиеся мандаты перераспределить между победителями. Не получилось. По вполне понятной причине: победители не договорились о пропорциях.

А победителей много – 14 человек. Больше, чем пять лет назад, когда были иллюзии, ради которых можно было между собой договориться, и эти договоренности даже соблюдались целых полтора месяца. Нынешняя власть эти полтора месяца прожила меньше, чем за день – ровно столько потребовалось, чтобы выйти из первоначального шока. Уже на второй день правления, как рассказывают очевидцы, полемика на заседаниях временного правительства едва не доходила до драки. Человек, близкий к правительству, философски замечает: "Один знаменитый мексиканский революционер говорил: прежде чем составлять план революции, составь план избавления от революционных друзей".

Кажется, единственным пунктом, по которому сошлись все, было согласие на то, чтобы правительство возглавила Роза Отунбаева. Но и этот компромисс, как вскоре выяснилось, был не лишен некоторого коварства.

Впрочем, Азимбек Бекназаров, отвечающий во временном правительстве за правоохранительную систему, рассказывал мне совершенно о другом – о том, как ловить президента Бакиева. Это только через несколько дней станет ясно, что все угрозы свергнутого президента утопить Киргизию в крови, как и рассказы временного правительства о некоей секретной спецгруппе, ждущей приказа о поимке Бакиева - лишь эпизоды торгово-переговорного процесса, который идет между ними. Тогда сообщение о том, что против Бакиева заведено уголовное дело, на некоторое время стало событием номер один. Бекназаров о том, что такое дело заведено, сообщил уже 9 апреля вечером.

- А как же президентский иммунитет?

- Заведению уголовного дела он не мешает. А к тому времени, когда Бакиева задержат, будет подписан вот этот декрет.

Бекназаров кивнул на документ в несколько машинописных страниц и прочитал название: "Декрет о порядке исполнения Конституции и переходе государственной власти".

Порядок исполнения конституции сводился к тому, что от нее оставалась только преамбула про права человека. Главы про органы власти фактически отменялись за ненадобностью, потому что этими органами становилось само временное правительство из 14 человек, которые не могли договориться даже о пропорциях перераспределения депутатских мандатов.

- И как вы собираетесь править? С учетом того, что избирательная кампания начнется уже где-то через неделю – если еще не началась?

Бекназаров улыбнулся.

- А на этот случай у нас есть договоренность: руководитель временного правительства не будет баллотироваться на выборах.

- И Роза Отумбаева с этим согласилась?

- Да. А если она передумает, мы пересмотрим этот декрет.

Поскольку декрет для ознакомления, как я догадывался, мне никто давать не собирался, да и в его скором опубликовании тоже имелись известные сомнения, я уточнил:

- То есть, это не только суррогат конституции – это еще и договор о сотрудничестве?

- Да.

На следующий день вице-премьер Омурбек Текебаев подтвердил: декрет подписан.

- А Роза Отумбаева действительно согласилась выйти из борьбы?

- Не знаю. Может быть, об этом договорились без меня.

Больше, кстати, за время нашего разговора он глаза ни разу не отводил.

Тут, впрочем, есть один вопрос: а куда, собственно, не будет баллотироваться Роза Отумбаева?

Выборы, которые, как анонсировано, состоятся через полгода, пройдут в соответствии с новой конституцией. На ее принятие, вместе с соответствующим референдумом, остается три месяца. Ее разработкой как раз и занят вице-премьер Омурбек Текебаев, который рассказ о будущем государственном устройстве предваряет замечанием: только вы не удивляйтесь, оно несколько необычно.

То есть, все вроде бы как у многих: парламентская республика, большинство формирует правительство, оппозиция имеет право на несколько парламентских комитетов. Но, как признает Текебаев, некоторые нюансы – плод исключительно киргизского творчества.

- Ни одна партия не может набрать больше 50 процентов плюс один голос. А если сможет, то все равно их не получит, и этот излишек будет перераспределен между другими партиями, прошедшими в парламент. А президент, соответственно, становится символической фигурой.

- Избираемой в парламенте?

- Нет. Всенародно. А что вы удивляетесь – в Финляндии то же самое.

"Президентский пост в таком варианте, действительно, особо никого не привлечет. Борьба пойдет за премьерство", – полагает известный киргизский политолог Нур Омаров. Проблема только в том, что выборы в Киргизии – затея по мировым стандартам крайне дешевая: стоимость хорошей кампании оценивают миллиона в три долларов. Что делает такой критерий, как политические симпатии избирателя, мягко говоря, не решающим. Голоса даже в выборный день дорогими быть не обещают.

Естественно, особых различий в предвыборных программах ведущих партий – "Атамекен" ("Отечество") Омурбека Текебаева, Социал-демократической партии Алмазбека Атамбаева и "Ак Шумкар" ("Белый орел") Темира Сариева – никто не обнаруживает. Но даже нюансы могут потонуть в той общей линии, которую избрали для общения с народом в первые дни лидеры временного правительства и которая, вероятнее всего, станет обязательной для исполнения на выборах. По крайней мере, два пункта кажутся непреложными для всех, в том числе и тех, кто прекрасно понимает всю их порочность. "Мы пересмотрим тарифы на электричество!" – заявили с трибуны новые лидеры наутро после победы, и толпа немедленно забыла о своих претензиях к новым вожакам. И второе: "Путин с нами!". Ответом на это стали возгласы из толпы "Даешь в состав России!", что усугубило овации.

В состав России хотят больше 50 процентов населения, и эта цифра, как говорят социологи, стабильна. 70 процентов считают Россию другом, столько же считают врагом Америку. "Как нам это не учитывать?" – признает Омурбек Текебаев. Азимбек Бекназаров никаких политических сомнений на этот счет и вовсе не питает.

- Я за то, чтобы американцы ушли. Когда мы боролись с Бакиевым, они на все его дела закрывали глаза. Им же только на словах демократия нужна, а на самом деле их интересует только база.

И, конечно, все смеются над тем, как Бакиев обещал России убрать базу, взял деньги, а потом взял деньги у американцев и базу оставил. Между тем, киргизский политолог Марат Казакбаев, оценив комичность исполнения, полагает, что, объективно говоря, у Киргизии и нет другой политической линии. "Ни у одной киргизской власти просто духу не хватит отказаться от американцев. В том же духе все и будет продолжаться".

Омурбек Текебаев по этому поводу вспоминает анекдот о киргизской геополитике, в соответствии с которым нужно между Кантом (военная база ОДКБ) и Манасом (военно-транспортная база американцев) поставить еще и китайскую. Он продолжает улыбаться:

- Вообще говоря, мы Москве ничего не обещали. И мы всегда можем сказать, что все договоренности были достигнуты до нас.

Но поскольку вопрос серьезный, Текебаев вспоминает, что он математик, что должно помочь ему правильно подобрать слова. Пусть с точки зрения математики звучащие несколько неоднозначно.

- Любой вектор является суммой многих других векторов. Это и есть многовекторность, а не как считают многие - вектора, направленные в разные стороны. Они могут быть направлены по-разному, но результирующая для Киргизии должна быть направлена на север.

На севере – Россия. И Казахстан.

Но, судя по всему, геополитическая тема главной не будет. Ничем новым на этой ниве не отметишься, и куда интереснее, кто и как пообещает разобраться с теми же тарифами на электричество. И, конечно, кто больше вбросит, так сказать, в свою кампанию. И кто возглавит ЦИК. И вообще, как через несколько месяцев перегруппируются силы в самом временном правительстве – или в том, что к этому моменту от него останется.

И что будет происходить на улице. В первую ночь после переворота громили магазины и элитные поселки. Во вторую мародеров понемногу сменил обычный криминал. А на третью стало понятно, кому на самом деле принадлежит Бишкек после переворота – хотя об этом знали и раньше, благо не впервой. После смены власти начинают захватывать земли. На окраинах Бишкека, да и в других областях энергичные люди расставляют колышки, и с этим спорить не принято. Ни конкурентам, ни государству. Государству уже намекнули: вы же знаете, чем кончается ваше вмешательство там, где оно совершенно не требуется. Хотя, скорее всего, все заинтересованные стороны понимают, что как раз на эти мероприятия время у всех есть. У одних - захватить, у других – со временем узаконить. Как показывает практика, это ревизии не будет подлежать даже в случае очередной революции – на то она и крестьянский бунт.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG