Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Безальтернативный Евгений Ройзман


Альтернативы Евгению Ройзману в деле борьбы с наркотиками нет, считает Ольга Романова

Альтернативы Евгению Ройзману в деле борьбы с наркотиками нет, считает Ольга Романова

Ольга Романова и Елизавета Глинка, также известная как Доктор Лиза, неожиданно объявили об объединении с фондом Евгения Ройзмана "Город без наркотиков". По их словам, это позволит более эффективно оказывать помощь людям, попавшим в беду. В интервью Радио Свобода Романова и Глинка заявили, что не опасаются возможных репутационных потерь от объединения с Ройзманом, которого, в частности, обвиняют в применении насильственных методов реабилитации наркоманов.

– Мы хотим открыть вам секрет. Я, Ольга Романова и Женя Ройзман приняли решение, к которому мы очень долго шли: мы объединяемся, – объявила Елизавета Глинка 8 февраля на встрече движения Ольги Романовой "Русь сидящая" – и сорвала аплодисменты зала.

После встречи "Доктор Лиза" пояснила это решение корреспонденту Радио Свобода:

– Наши пациенты, подопечные Жени Ройзмана, заключенные и родственники заключенных, очень тесно взаимосвязаны. Например, часть бездомных, которые кормятся на вокзале – это освобожденные заключенные, от которых отказались родственники. Часть бездомных подростков – это люди, употребляющие наркотики. Сегодня к нам пришла женщина, у которой два сына-наркомана – она попросила дать ей что-нибудь покушать, потому что сыновья всё выносят из дома.

Это не стихийно принятое решение. Побывав у Жени Ройзмана, посмотрев на заключенных в Бутырской тюрьме, я поняла, что наши пути пересекаются. Так мы решили объединиться. Это не будет формальным объединением, у него не будет юридического статуса. Мы просто будем помогать друг другу, – сказала Елизавета Глинка.

"Доктора Лизу" не смущает деятельность Евгения Ройзмана, которая вызывает в обществе неоднозначную реакцию. Напомним, в адрес Ройзмана звучат обвинения в связях с членами объединенного преступного сообщества "Уралмаш" и в применении насильственных методов реабилитации наркоманов.

– Вы знаете, у Ройзмана есть редкое качество – он исключительно порядочен, – говорит Елизавета Глинка. – Я бывала в детском, женском и мужском приюте [Ройзмана]. Никакого насилия я не увидела. Не верьте всем этим байкам. Никого насильно там не держат.

Ольга Романова также не считает, что сотрудничество с Евгением Ройзманом повлияет на репутацию ее движения "Русь сидящая". Зато оно позволит людям, попавшим в беду, быстро получить помощь, считает Романова:

– На встречи "Руси сидящей" приходят люди, которые, например, пострадали из-за того, что ГИБДД сообщила следствию, что это именно их родственник на своей машине покалечил или убил человека. Я не смогу справиться с этим делом одна – привлеку Петю Шкуматова (координатор движения "Синие ведерки" – РС). Я не могу одна справиться со статьей 228 ("Наркотики") – конечно, я обращусь к Евгению Ройзману. И так далее.

– Если вы и раньше взаимодействовали друг с другом, зачем решили сейчас официально об этом объявить?

– Мы делаем это для того, чтобы люди знали: они могут прийти к Лизе Глинке, Пете Шкуматову или Жене Ройзману – и очень быстро достучаться до меня. Не надо, если ты живешь в Екатеринбурге, ехать в Москву и искать меня – позвони Жене Ройзману. Или зайди в хоспис – спроси, как позвонить Романовой. Или спроси у Романовой, где здесь ближайший хоспис – и я тебе скажу.

– Евгений Ройзман имеет довольно неоднозначную репутацию…

– Все мы имеем довольно неоднозначную репутацию.

– …Это и его предполагаемые связи с ОПС "Уралмаш", и насильственные методы, которые якобы применяются в отношении пациентов его диспансеров. Сотрудничая с ним, вряд ли удастся избежать репутационных издержек.

– Репутация – дело хорошее. Я бы с большим удовольствием работала не с Ройзманом, а с теми, с кем мне положено работать – с Федеральной службой по контролю за оборотом наркотиков. Только проблема в том, что они нас знать не хотят. Скажите, кто вместо Ройзмана?

Я бы с удовольствием сотрудничала не с доктором Лизой, а с Минздравсоцразвития – только они с нами не сотрудничают. И я с удовольствием бы работала по тюремным проблемам с Федеральной службой исполнения наказаний. А вместо этого я работаю с ворами в законе, потому что они – согласны со мной работать. И решать проблемы. А ФСИН проблемы мне создает.

– То есть вас не смущают методы, которые использует фонд Евгения Ройзмана?

– Дайте другие методы и других людей. Ройзман не нравится? Окей. А кто вам нравится? Голикова? Вперед – обращайтесь к Голиковой. Обращайтесь к Иванову, или кто там сейчас в ФСКН… Он гуманист, наверное.

Выбирать между властями и Ройзманом не приходится: выбора такого нет. Есть Ройзман. И по проблеме бездомных выбора нет – есть доктор Лиза. По решению проблем с ГИБДД и мигалками выбора тоже нет – есть "синие ведерки". В том-то все и дело.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG