Месяц на площади

Оппозиции удалось в четверг вывести людей на улицы Тбилиси, несмотря на дождь

Происходящее в Грузии — это не политический, а глубочайший, многомерный государственный кризис, отмечает в интервью Радио Свобода независимый тбилисский эксперт Георгий Хухашвили.


На митинге в Тбилиси лидеры грузинской оппозиции выступили с совместным обращением к президенту Михаилу Саакашвили, призвав его к открытому диалогу. Говоря о своей готовности "встретиться в публичной обстановке с Саакашвили для рассмотрения вопросов вывода страны из кризиса", оппозиционеры назвали мирную и конституционную отставку действующего президента "единственным выходом" из сложившейся ситуации (цитаты по "Интерфаксу"). Ранее в Тбилиси полиция освободила троих участников оппозиционных акций протеста, которые заявили журналистам, что их избивали и над ними издевались, пока они были под арестом.


У здания парламента в центре грузинской столицы собрались несколько тысяч человек, которым оппозиция рассказала о плане своих действий на ближайшие дни. Не исключено, что она попытается воплотить в жизнь главную угрозу и перекрыть единственную автомагистраль, которая соединяет Тбилиси, а также Армению и Азербайджан с черноморским побережьем. О серьезности такого вызова для властей можно судить уже хотя бы по тому, что когда во время событий у здания тбилисского управления полиции оппозиция заблокировала трассу всего на несколько часов (причем глубокой ночью), у пикета скопились сотни машин. Все въезды в город были попросту парализованы.


Что касается диалога с президентом, то, несмотря на призывы западных дипломатов к началу переговоров, лидеры оппозиции до последнего момента были настроены непримиримо. Например, бывший министр иностранных дел Грузии Саломе Зурабишвили заявил журналистам, что единственный вопрос, который может обсуждаться с президентом Саакашвили — это вопрос о его отставке и последующих гарантиях безопасности для него и его семьи. Не менее категорично настроена и бывший спикер парламента Нино Бурджанадзе. Она заявила, что у нее вообще нет желания встречаться с Михаилом Саакашвили. Однако, поскольку представители Европейского союза и дружественных Грузии государств настаивают на такой встрече, может быть, эта встреча и состоится. Но, по словам госпожи Бурджанадзе, темой для обсуждения опять-таки станут условия отставки главы государства.


Оппозиционеры, убежденные, что напряженность в стране разрядится только в случае избрания нового президента, настаивают на внеочередных президентских и парламентских выборах.


О развитии ситуации в Грузии обозреватель Радио Свобода Андрей Шарый побеседовал с независимым экспертом из Тбилиси

Георгием Хухашвили.


— Можно ли утверждать, что страна стоит на грани крупных гражданских беспорядков?


— Я надеюсь, что этого не случится. Политики со стороны оппозиции настроены на действия в рамках конституции. К сожалению, власти всячески провоцируют их выйти за эти рамки, но пока, слава богу, этого не произошло. Главное, что три молодых человека (среди них есть несовершеннолетний) освобождены сегодня утром. Я очень надеюсь, что это поможет снизить давление на какое-то время.


— Многие наблюдатели отмечают, что обе стороны придерживаются провокационной тактики: оппозиция сама заинтересована в широких демонстрациях протеста и, может быть, в том, чтобы полиция жестко обошлась с демонстрантами. Вам не кажется?


— Я все-таки не думаю, что это так. Стреляли, по всей видимости, снайперы, и они выборочно стреляли прямо в лидеров оппозиции, то есть прямого контакта между правоохранителями и демонстрантами не было. Так что я бы не сказал, что оппозиция как-то заинтересована в таком конфликте. Когда малолетний, пусть даже нарушитель, из мест предварительного заключения пишет, что полицейские ему угрожают изнасилованием… Это Грузия, сами понимаете, здесь говорить о политической тактике уже не приходится, это дело морали, ценностей, того, на чем стоит вся страна. С самого начала власти проявили неспособность к гибким действиям.


— Насколько эффективной кажется вам тактика уличного протеста, которой сейчас придерживается оппозиция? Попытки блокирования городских магистралей, окружение государственных объектов, демонстрации у телевидения или у административных зданий — это даст результаты?


— Авторитет властей в стране катастрофически упал. Что касается тактики оппозиции — возможно, она где-то ошибается, но дело не в этом. Если даже из-за этих ошибок протест удастся вернуть на кухни, освободив улицы, от этого ничего не изменится. Риски не уменьшатся. Наоборот, если грузинское общество наконец удостоверится, что мирными, конституционными методами заставить эту власть пойти на уступки нельзя, тогда на самом деле может наступить тот этап, которого мы очень боимся.


— Период активного противостояния оппозиции и властей продолжается на фоне начала учений НАТО, против которых возражала Россия, и того, что грузинские власти называют попыткой государственного мятежа в отдельно взятом танковом батальоне. Оказывают ли эти факторы какое-то влияние на механику главного внутриполитического конфликта в Грузии, на отношения между властью и оппозицией?


— В Грузии сейчас не политический кризис. Это очень серьезный и глубокий, имеющий множество измерений кризис государственный. Обсуждать с нашими властями какие-то серьезные темы уже почти никто не хочет. Мы оказались фактически вне игры и в международной, и в региональной политике. Мы проиграли войну. Кроме этого, мы сталкиваемся с очень серьезными экономическими и, как следствие, с огромными социальными рисками. У властей не осталось простора для реальных действий и выполнения своих основных функций, они уже не функциональны, а на теле государства Грузия практически не осталось живого места. И это, к сожалению, будет продолжаться до тех пор, пока в стране не начнутся системные перемены.


— Результатом станет досрочная отставка президента Саакашвили, или он не уйдет ни за что?


— Идет процесс. Сегодня мне очень сложно говорить о том, что и когда случится. Но власти, которая не имеет поддержки в народе, в любом случае придется уйти. Вопрос, в какой форме это случится. Я очень надеюсь, что мирно. Сегодня, завтра, уйдет, не уйдет — это, я думаю, чисто технические вопросы.